Виктория Холт – Молот шотландцев (страница 62)

Она велела ему войти, и он последовал за ней в дом.

В зале со сводчатым потолком и высоким столом на помосте в дальнем конце его ждала Мэрион Брэдфьют.

— Кто вы? — спросила она. — И зачем вы пришли?

Он помедлил лишь мгновение и сказал:

— Я — Уильям Уоллес.

Ее глаза широко распахнулись, и он заметил, какие они дивно-синие в обрамлении длинных темных ресниц.

Она внезапно улыбнулась.

— Кажется, я знала, — сказала она. — Добро пожаловать. Я хотела бы с вами поговорить.

Она огляделась.

— Пойдемте в солар, — сказала она. И позвала служанку, чтобы та принесла им угощение.

Она повела его вверх по крутой лестнице в солар, солнечную, как и следовало из названия, комнату с двумя большими окнами в эркере на каждом конце. Это и впрямь было великолепное жилище, каких он редко видывал в Шотландии.

Она подошла к окну и села, приглашая его сесть рядом, что он и сделал.

Она сказала:

— Вы знаете обо мне?

— Я знаю, что вы госпожа Брэдфьют, известная своей красотой.

— И своим богатством, — ответила она. — Я стала его бояться.

— Я знаю также, что у вас неприятности. Я болтал в тавернах и узнал, что смог.

— Что вы, герой Шотландии, делаете в тавернах?

— Выжидаю время, когда смогу подняться и изгнать англичан из нашей страны.

— Вы пришли сюда переодетым.

— Это необходимо, госпожа. За мою голову назначена цена, и вы поступили неосмотрительно, впустив меня в свой дом.

— В некотором роде, и за мою тоже назначена цена. Сэр Уильям Уоллес, я давно восхищаюсь вами, как и тысячи шотландцев.

— Я хочу от шотландцев большего, чем восхищение, госпожа. Я хочу, чтобы они встали под мои знамена. Когда у меня будет войско, я обещаю вам, унижению Шотландии придет конец.

— Вы одолеете англичан, я знаю это. Я горжусь, что говорила с вами.

— Я никогда не видел девушки прекраснее вас, — ответил он.

Она улыбнулась, весьма довольная.

— Это мое состояние шериф хочет для своего сына.

— Я слышал, вы даете ему отпор.

— Да, но я его очень боюсь. Я уверена, это он убил моего брата.

— Об этом я тоже слышал.

— Интересно, на какую хитрость он пойдет, чтобы меня обмануть.

— Вас окружают верные слуги?

— Да, они служат моей семье много лет. Они ненавидят английских угнетателей.

— Он вам угрожал?

— Нет. Я отделываюсь от него уклончивыми речами. Я не сказала, что не выйду за его сына, но я твердо решила этого не делать.

— Я соберу отряд и двинусь на город.

— У вас есть такой отряд?

— У меня есть последователи… пока еще недостаточно. Но придет время, и за мной будет стоять целое войско.

Она протянула руку; он взял ее и поцеловал.

— Как я рада, что вы пришли. Мне уже не так страшно.

Она поднялась, давая понять, что ему пора уходить. Она не хотела, чтобы слуги сплетничали, хоть и доверяла им.

Он понял, что должен откланяться, хотя жаждал остаться.

— Я вернусь, — сказал он. — Могу я прийти завтра? Мы обсудим это дело подробнее, и если я понадоблюсь вам срочно, пошлите человека, которому доверяете, в Ланаркский лес. Там он меня найдет.

Он сам поразился, как глубоко доверился ей. Но позже он все понял, ибо не мог перестать о ней думать.

На следующий день он снова пришел, и они долго обсуждали ее дела. Он с жаром рассказывал о своих планах и пересказывал былые приключения.

Она слушала, затаив дыхание. Так, значит, легенды, что она слышала об Уильяме Уоллесе, были правдой.

К исходу недели они были влюблены.

***

Они гуляли вместе в саду за оградой.

— Вы знаете, что я люблю вас, — сказал он.

Она кивнула.

— А вы? — спросил он.

— Я люблю вас, — ответила она.

— Какое блаженство… быть вместе! Хотел бы я, чтобы мы были вместе всегда, но раз это невозможно, мы должны ценить то время, что у нас есть.

Но она была не Эллен.

— Если бы мы поженились, вы не смогли бы жить так, как живете сейчас, — напомнила она.

Женитьба! Он не думал о женитьбе. Как мог человек, посвятивший себя такому делу, как он, вести обычную супружескую жизнь с женой и семьей?

Он молчал, и она сказала:

— Ах, я вижу, вы не хотите на мне жениться.

— Хотел бы я, чтобы это было возможно, — сказал он. — Но я человек, посвятивший себя великой цели, и женщине, что выйдет за меня, не будет хорошей жизни.

— Тогда, — твердо ответила она, — мы должны проститься, ибо, хоть я и люблю вас истинно, я никогда не стану вашей любовницей. Если мы не можем пожениться, то для нас все кончено. Мы не можем так встречаться, если нашей любви не суждено сбыться.

Уильям погрузился в глубочайшую тоску.

— О Боже, — вскричал он, — если бы я не поклялся изгнать англичан с моей земли… как счастлив я был бы жениться на вас. Но я дал торжественный обет, что не успокоюсь, пока не спасу свою страну.

— Я хорошо понимаю, — с грустью сказала она. — Женитьба не для вас, Уильям Уоллес, а поскольку иной путь для меня неприемлем, давайте простимся. И пусть прощание будет коротким. Нет смысла его затягивать.

— Я никогда не оставлю вас сыну шерифа.