Виктория Холт – Искатель,1994 №4 (страница 37)

И вот наступил момент, которого с таким нетерпением ждала Екатерина. Де Шабо отошел от своей жертвы и опустился на колени перед королем.

— Сир, умоляю вас провозгласить меня человеком чести. Сотрите с меня пятно позора, Ваше Величество. Пусть оно навеки покроет де Вивонна и его детей. Я передаю его вам.

Генрих еще никогда не испытывал такого Замешательства. В глазах всего двора и всех присутствующих парижан он сейчас потерпел поражение — ведь дело де Вивонна было его делом и де Вивонн защищал честь короля, а не кого-либо другого.

Ликованию Екатерины не было предела.

А сейчас, мой дорогой, задумайтесь, кто виноват во всем этом? Кто раздул этот скандал? Посмотрите в лицо той, что сидит подле вас. Это она во всем виновата. Вот кого вы должны благодарить за ваше унижение, Диану, а не де Шабо! О моя любовь, зачем тратить время на женщину, совершающую такие ошибки, когда рядом ваша королева, которая с вашей помощью может перехитрить всех французов: и мужчин, и женщин.

Как Екатерина любила его! Даже сейчас, когда он, красный как рак, с глупым видом сидел в кресле и не знал, что делать.

Вы проиграли, Генрих, признайтесь! Глупенький, ну не медлите, не мешкайте. Неужели вы забыли, что весь Париж сейчас следит за вами? Неужели вы не понимаете, что истеричная толпа способна в одну секунду сменить ненависть на обожание своего героя, а этот герой — де Шабо, который сейчас стоит перед вами? Не вредите себе.

Но король продолжал хранить молчание.

Толпа зароптала. Что значило это молчание? Победитель преклонил колени перед королем. Да, его победа удивила всех, но ведь жизнь была бы так скучна, если бы в ней не было сюрпризов! Почему король молчит?

Де Шабо с высоко поднятой головой вернулся к врагу, который вновь безуспешно пытался подняться, и яростно воскликнул:

— Не двигайтесь, де Вивонн, иначе я убью вас!

— Убейте меня. Я все равно не переживу этого позора! — простонал раненый.

Тогда Шабо вновь подошел к королю и вновь попросил оправдать его, но растерянный Генрих продолжал молчать.

Наконец даже Монморанси встал со своего места и опустился на колени перед королем. Дрожащая рука Дианы дергала Генриха за рукав. Неужели Генрих потерял рассудок? Так опозориться перед тысячами парижан! Через несколько минут популярность, на завоевание которой ушли долгие годы, могла улетучиться.

Монморанси робко попросил короля удовлетворить просьбу победителя. Диана шепотом умоляла его о том же.

— Вы выполнили свой долг, де Шабо, — холодно произнес король Франции. — Ваша честь спасена.

С этими словами Генрих внезапно встал со своего кресла. Затрубили горны, и король с Дианой, Екатериной и придворными покинул павильон.

Екатерина в душе ликовала — еще ни разу Генрих не испытывал такого унижения. Только бы он вспомнил, кто был виноват в его позоре!

Через несколько дней де Вивонн умер. Его рана была не из смертельных, но он сорвал повязки и не подпускал к себе докторов.

Ссору между де Шабо и де Вивонном вскоре забыли, а у королевы вновь проснулся интерес к изучению ядов. В ее туалетном столике было множество запертых ящиков, в которых хранились старинные книги и рецепты болезнетворных снадобий.

В ноябре у Екатерины родилась еще одна девочка, которую назвали Клод, в честь матери Генриха.

Генрих возобновил ночные визиты к жене. Ему нужно было больше сыновей. Маленький Франциск, которому уже исполнилось четыре годика, продолжал хворать. Екатерина тревожно посматривала на сына в те редкие минуты, когда Диана позволяла ей видеться с дофином.

Тем же летом в Реймсе короновали Генриха. Екатерина не участвовала в церемонии, но в этом не было ничего обидного — по французским обычаям коронация королевы всегда проходила позже короля.

Во время празднеств, сопровождавших официальное восшествие Генриха на престол, Екатерина продолжала строить планы на будущее. Она твердила Космо и Лоренцо Руджери, что должен существовать медленнодействующий и незаметный яд. Она больше не могла терпеть оскорблений, которые ей наносила соперница, и желала во что бы то ни стало избавиться от Дианы. Братья Руджери лишь качали головами и почтительно, но настойчиво советовали заделать отверстие в полу и перестать думать о романе короля и Дианы. Они не могли ей помочь; они боялись помогать ей. Даже естественная смерть Дианы навлечет на Екатерину подозрения в том, что она отравила соперницу. Более того, всех друзей и советников королевы в таком случав заключат в темницу и подвергнут пыткам.

Екатерина прекрасно понимала такую опасность и обещала сразу после завершения их общего дела устроить астрологам побег из Франции. Нет, отвечали ей, она должна перестать говорить об отравлении Дианы!

Диана, в свою очередь, ни в чем не щадила королеву. Она часто устраивала королевские приемы в замке Чено, с довольным видом показывала Екатерине все изменения и переделки. Екатерине приходилось призывать на помощь всю свою волю, чтобы не поддаться соблазну и не подсыпать какой-нибудь чересчур быстродействующий яд в вино сопернице.

Диана одерживала один триумф за другим. Чено оказался далеко не последним подарком Генриха. Она не знала счета драгоценностям и поместьям, ее титулы и награды множились с каждым днем.

Теперь она взялась за приготовления к женитьбе наследника престола.

Диана де Пуатье была породнена с домом Гизов через свою старшую дочь, которую выдала замуж за одного из братьев. Араз так, то почему бы ей не укрепить положение этой честолюбивой семьи?

Приняв какое-нибудь решение, Диана просила обычно аудиенции у короля с королевой, обсуждала с ними вопрос и получала согласие, в котором Генрих никогда ей не отказывал, а Екатерина просто не могла отказать. Так она поступила и в этот раз, воспользовавшись тем, что двор находился в Чено. Хозяйка замка попросила аудиенции, чтобы сообщить королевской чете о своих планах относительно женитьбы дофина.

Король и королева приняли Диану, хотя Екатерина с горечью подумала, что скорее это Диана принимала их, а не они ее — с таким надменным видом она держалась.

— Покорно прошу выслушать меня, Ваше Величество, — начала Диана. — Дело касается будущего нашего любимого дофина. По-моему, для него не найти лучшей партии, чем юная Мария Стюарт, королева Шотландии.

— Королева Шотландии? — удивилась Екатерина. — Ее мать француженка!

— Ваше Величество едва ли может возражать против этого блестящего брака, — презрительно скривив губы, ответила Диана.

— Француженка и племянница братьев де Гизов, — спокойно продолжала Екатерина. — Мне кажется, Его Величество не могли не заметить, что эта семья отличается чрезмерным честолюбием. Если ребенок из их дома получит французскую корону, семья Гизов обретет слишком большую власть.

— Ваше Величество, иногда королевами становятся даже иностранки, — вспылила Диана.

— Давайте все хорошенько обдумаем, — вмешался в разговор Генрих. — Мальчику ведь все равно придется искать невесту.

— Но Франциск еще совсем ребенок, — возразила Екатерина.

— Браки королей и королев заключаются еще в колыбели, — высокомерно заметила Диана.

Екатерина закусила губу, чтобы не ответить на резкость резкостью. Итак — борьба за власть! Гизы хотели править Францией. Сейчас они привлекли на свою сторону любовницу короля, а позже будут действовать через свою племянницу.

— Об этой малютке сейчас говорят буквально повсюду, — сообщила Диана, не глядя на Екатерину. — Она и умна, и очаровательна. Вы только подумайте, сир, какие выгоды этот брак принесет Франции!

— Бедную Шотландию! — вставила Екатерина.

— Вы правы, Ваше Величество! — рассмеялась Диана. — Шотландия бедная страна, но все равно нам будет приятно видеть ее частью Франции. Однако, кроме Шотландии, этот брак поможет Франции сделать еще одно приобретение. Сир, вы желаете, чтобы я рассказала о нем?

— Мой милый друг, я вас умоляю, говорите. Ваша мудрость и опыт известны всем.

— Эта малютка обладает правами на английский трон, — сообщила Диана. — Весьма серьезными правами, Ваше Величество!

— Вот как? — воскликнула Екатерина, желая возразить сопернице. — На троне Англии сейчас сидит молодой король.

— Этот молодой король, — улыбнулась Диана, — всего лишь несмышленый ребенок, очень маленький и болезненный. Я слышала, у него постоянно идет кровь изо рта и уже выпадают волосы.

Екатерина знала, что бороться с Дианой бесполезно. Глаза Генриха радостно сияли. Ему понравилась мысль женить дофина на Марии Стюарт. Достаточно было уже того, что эту идею подкинула Диана. А вдобавок такой брак и впрямь сулил определенные политические выгоды.

— Кто займет английский престол после его смерти? — продолжила Диана. — Существуют две претендентки на трон: Мария. и Елизавета, причем их отец обеих объявил незаконнорожденными! Но маленькая Мария, хотя и находится вдали от трона, родилась от освященного церковью брака.

— Полагаю, Мария Стюарт превосходная партия для маленького Франциска, — кивнул Генрих.

— Да, пожалуй, — неохотно согласилась Екатерина.

Диана одарила ее снисходительно-одобрительной улыбкой, которую Екатерина больше всего ненавидела в своей сопернице. Но она права, думала королева. Франции этот брак принесет пользу. Франции достанется Шотландия и, возможно, Англия. Глупо позволить личной ревности мешать тому, что может принести выгоды королевству. Франция станет сильнее, пусть даже вместе с ней укрепится положение Гизов!