Виктория Драх – Душа, отравленная тьмой (страница 13)

– А корзину? – робко заикнулся патрульный.

Я мрачно исподлобья на него посмотрела.

– А корзину со всем содержимым – в Управление как улику, – велела я. – Мало ли что ещё там найдётся…

И искать это придётся мне. Проклятье, если б эта парочка работала, как положено, я бы, может, успела перебрать мусор здесь! Тогда не пришлось бы тащить его в мою чистую и благоухающую свежестью лабораторию!

Малодушно решив ещё немного оттянуть неизбежное, я потянулась за связником и вызвала Нарана.

«Выясни, пожалуйста, у уборщика, не пользуется ли он магией», – попросила я. Маловероятно, конечно, но вдруг…

Обычно очищающие заклинания использовали только для одежды и только в экстренных случаях. Они требовали довольно большого расхода сил, но при этом заметно сокращали срок службы любой ткани, так что даже обученные маги предпочитали стирать свои вещи традиционным способом. Убирать с помощью очищающих заклятий целое помещение мог или необразованный самоучка, или перепивший крови вампир, не знающий, куда девать дармовую энергию.

Оборотень отключился, но всего через минуту связался со мной снова.

«Говорит, если б у него была магия, он бы тут со шваброй не торчал, – фыркнул оборотень. – Почему ты интересуешься?»

«В мужской уборной в том же коридоре, что и труп, пахло грозой, как после очищающего заклинания. Он ничего подозрительного не заметил?»

«Уже спрашивал, в том коридоре он убирал до того, как нашли тело. – Наран ненадолго задумался. – Ты хочешь сказать, наш вампир ещё и маг?»

«Похоже на то. Насчёт уровня силы сказать не могу, но примету для опознания в духе «перепачкан кровью» можем вычёркивать – с очищающими заклинаниями он знаком».

Оборотень выругался и отключился, а я всё-таки открыла дверь и шагнула в мужскую уборную. Что ж… Всё оказалось не так плохо. Или это спиртовые испарения с шарфика своё влияние на меня оказывали?

Вокруг было идеально чисто: бежевый блестящий глянцем кафель, недавно окрашенные – ни одного скола не видно – дверцы кабинок, сияющее чистотой витражное окно… Очищающее заклинание оказалось очень мощным, раз «прибралось» на такой территории. Сомневаюсь, что местный уборщик настолько дотошный, что моет стёкла до идеального зеркального блеска.

Решив не задерживаться здесь ни единой лишней минуты, я вновь запустила магический поиск. Надеюсь, на сегодня последний.

Мир вновь вспыхнул яркими красками, но в этот раз я успела морально подготовиться. Да и следы аур не переплетались так плотно, как в коридоре, а повторяли примерно одинаковые маршруты. Ничего удивительного. Что ещё делать в уборной, не кругами же гулять?

Оборванную и будто подгнившую на конце линию – верный признак мучительной смерти – я нашла почти сразу, во второй по счёту кабинке. К счастью, Гоййенс занимал не её, так что отпечатки аур эльфа и того, кто был в этом же месте примерно в то же время, ничем не перекрывались. Не обрывая магический поиск, я наощупь достала ещё один артефакт, позволяющий сделать снимок линий аур, и запечатлела увиденное. Есть!

Теперь нужно забрать у Шантора такой же снимок с задворок «Лобстера». Зная дотошность коллеги, я не сомневалась, что тот его сделал. Сравнить оба снимка, найти похожую ауру – у их отпечатков всегда можно выделить постоянные черты, присущие только одному конкретному человеку и не меняющиеся ни от времени, ни от перепадов настроения. Если всё получится, можно будет утверждать, что найденный мной свежий след принадлежит убийце.

Правда, для суда он теперь вряд ли понадобится. Кровопийцу, хлебнувшего эльфийской крови, и так будет несложно опознать.

*

Когда мы покинули вокзал, над городом уже царили сумерки. Артефактные фонари пока держались, освещая пустую, будто вымершую улицу. Я зябко поёжилась под порывом внезапно холодного ветра и поспешила поплотнее запахнуть плащ.

К моему удивлению, прямо перед выходом стоял блестящий в свете фонарей полированными боками автомобиль Томаса. Заметив нас, палач вышел навстречу, пожал руку Нарану, улыбнулся Ровене и мягко поцеловал меня в щёку.

– Рона, Линард попросил отвезти тебя домой, – проговорил он.

Вампирша украдкой покосилась на аккуратную чистую машину оборотня, по виду которой никак нельзя было заподозрить, что с ней что-то не так, и с довольной улыбкой кивнула.

– Тогда до завтра, – попрощался Наран и, не теряя времени, сел в свой автомобиль. Стоило ему завести двигатель, как из-под днища прямо на наших глазах вылетел сноп искр. Оборотень этого не заметил, вырулил на пустую дорогу и на полной скорости уехал прочь.

– Ты меня спас, – вполголоса, словно у стремительно удаляющегося коллеги был шанс её услышать, призналась Рона.

– Всегда пожалуйста, – одним взглядом улыбнулся Том. – Садитесь, нужно торопиться. Не хочу идти домой пешком.

Глава 7

Нам едва хватило времени, чтобы завезти Ровену и добраться до дома. Последние кварталы мы ехали сквозь медленно густеющую белёсую завесу тумана. Только чудом магическая составляющая двигателя не отказала на полпути.

Уже у дома, когда мы поднимались по ступеням крыльца, начали гаснуть артефактные уличные фонари. За спиной осталась стремительно темнеющая улица с мелким островком света. Один единственный фонарь упрямо не сдавался, держался вопреки всему и всем назло, но я точно знала: до утра ему не дотянуть.

После лёгкого ужина мы привычно расположились в гостиной, освещённой редкими дрожащими огоньками пламени. Впервые в этом году Томас не стал разжигать камин: в доме наконец-то оказалось достаточно тепло. Чтобы осветить чёрный зев топки, я выставила толстые восковые свечи на лежавшие друг на друге обожжённые поленья. Света от них было маловато, но яркие оранжевые огоньки превращали густую тьму в уютный полумрак.

Наверное, я – одна из немногих жителей Родена, кто искренне наслаждался ночью тумана. Ужасные преступления, которые порой происходили под покровом аномалии, оставались где-то там, за плотно занавешенным окном. Кажется – близко, но на самом деле недосягаемо далеко.

Здесь же, в ставшим родным доме, не было места страхам. Тёплый свет живого пламени контрастировал с тьмой неосвещённых улиц, даря ощущение уюта и безопасности. Легко можно было представить, что кроме нас двоих в мире больше никого не осталось, и в такие моменты ничто, кроме нас, больше не имело значения. Пусть тех пор, как я переехала, нам с Томом принадлежал каждый вечер – ночь тумана всё равно оставалась для нас особенной.

Разве могла я ещё год назад подумать, что буду благодарна затаившейся в аномалии опасности за то, что она свела нас вместе?

Я поудобнее устроилась на диване и положила голову на колени Томасу. Он едва заметно улыбнулся уголками губ и чуть отодвинул в сторону руку с книгой, чтобы та не оказалась у меня на лице. Вот оно – самое полезное преимущество вампиров, порой вызывавшее у меня острые приступы зависти! Попытайся я читать при таком освещении, и уже через полчаса свалилась бы с головной болью, а Тому, наоборот, было в самый раз.

Мысль о вампирских способностях потянула за собой другую, куда менее приятную.

– Завтра наверняка придётся задержаться в Управлении, – с тоской выдохнула я. Чуть не забыла предупредить!

– Из-за тумана? – Том перевёл взгляд с книги на меня. – Думаешь, этот будет «урожайным»?

Я слегка покачала головой.

– Да нет, из-за сегодняшнего дела. Тебе ещё не доложили? У нас жертва – эльф.

– Эльф? – Томас заметно напрягся. Да, эта новость не из тех, что может вызвать восторг. – Из какой он общины, уже знаешь?

– Сосновая, а разве это важно?

Дознаватель с облегчением выдохнул.

– Ещё как, – кивнул он, отложил книгу на столик и принялся расплетать мне косу. Я едва не заёрзала от предвкушения. – С некоторыми общинами у меня категорически не сложились отношения, зато в сосновой я кое-кого знаю, – продолжил объяснять Том. – Свяжусь с их ищейкой после тумана, попрошу, чтобы он сам взялся за это дело. Не волнуйся, грёза, Ирраш адекватный.

– Адекватный? – позволила я себе усомниться. – По меркам эльфов или по-настоящему?

– Для эльфа, – весело хмыкнув, уточнил Том. – Характером чем-то нашего Ловчего напоминает, так что насчёт «настоящей» адекватности я бы не стал заикаться.

Я заинтересованно приподняла бровь. Серьёзно? Большинство покидавших общину эльфов были спесивыми снобами, плюющими на представителей любой другой расы и считающимися только с более сильным противником. Порой среди них ещё и моральные садисты попадались, не гнушающиеся припугнуть наведением чар (а то и воплотить угрозу в жизнь) ради достижения собственных целей.

Хотя эльф с характером Ловчего вряд ли окажется менее опасен. Томас неспроста назвал прозвище гончего, а не имя нашего друга: Линард в обычное время и Линард под влиянием Тени были двумя совершенно разными личностями.

Оставалось надеяться, что Томас преувеличил. Два непредсказуемых психа без тормозов, но зато с бурной фантазией и выдающимися способностями – это слишком много для одного Родена.

– Путаться под ногами и мешать вам работать Ирраш точно не станет, – добавил не подозревавший о моих мыслях палач.

– Не мешать – это хорошо… – пробормотала я, закрывая глаза от удовольствия – коса наконец-то была расплетена, и длинные чуткие пальцы принялись нежно массировать мне голову. – А следом ходить? Представь, Алистер с серой тенью-дознавателем и Наран с синим эльфийским балахоном за спиной. Для полного счастья осталось только к нам с Роной кого-нибудь приставить!