Виктория Беляева – Верни мою жизнь (страница 2)
– Не надо, давайте я сама. – Консультант забрала деньги, пересчитала и, пробив чек, вернула несколько купюр. – Это лишние.
– Лишние, да? Хорошо, а то я даже не считала.
– Ксана только в этот момент поняла, что внимание посетителей было приковано только к ней. – Извините, пожалуйста, что я тут так… шумно.
– Ничего страшного. Мы и сами переживали за вас и туфли. Пусть они принесут вам удачу, как Золушке. Спасибо за покупку и приходите к нам ещё.
– Спасибо… Большое. Обязательно.
Ксана замешкалась, не зная куда себя деть, пока коробку укладывали в фирменный пакет. Прижав покупку к груди, пошла к выходу. Казалось, что она превратилась в Кэрри Брэдшоу, идущую по Верхнему Ист-Сайду в очередном трофее. Пульс постепенно замедлялся, но дыхание ещё сдавало кросс. Закрыв за собой дверь, оглянулась. В витрине на подставке появилась чёрная пара с большим камнем на остром носке.
Мелкий дождик из набежавших тоскующих туч не мешал Ксане поверить в чудо. Больше двух месяцев она ждала. Да какая уже разница? Женский триумф от покупки заветных каблучков затмил весь мир.
Выслушав от вахтёрши нотации о недостойном поведении и угрозе выселения, Ксана поднялась в комнату. Рухнула на кровать, не выпуская покупку из рук.
– Привет! Ты сегодня идёшь на дискач? – хлопнув дверью, ворвалась соседка Наташа вместе с запахом чебуреков.
– Какой дискач? – встрепенулась Ксана.
– Здрасьте! Восьмимартовский, какой же ещё? Из нашей группы все идут. – Распахнув шкаф, Наташа бросала на кровать платья и юбки.
– Не, не хочу-у-у. Хотя… Пойду! – Ксана поднялась и открыла коробку. – Выгуляю как раз.
– Охренеть! Ты их купила! Хоть есть начнёшь, и мне не придётся прятаться по углам с сосисками. – Наташа устала оберегать от соблазна подругу, истязающую себя голодом.
– Ага, купила. В них и пойду.
Холл корпуса педа шумел. Очередь в раздевалку колыхалась змейкой. Ксана перед зеркалом поправила чёрное платье с плиссировкой, отцентровала поясок с серебряной пряжкой. Улыбнулась, бросив взгляд на новых любимиц. Крутанулась вокруг оси и пошла к лестнице. Поднявшись на десяток ступеней, почувствовала толчок в бок. Местные красотки укололи ехидным «подвинься».
Ксана не удержалась. Каблук соскочил со ступени, нога уехала назад. Схватившись за перила, Ксана попыталась подняться. Хруст прозвучал приговором: обувь осчастливила хозяйку всего на несколько часов.
– Ну, бли-и-ин, только не это! – она села и сняла туфлю.
Слёзы медленно скатывались по щекам. Тихо всхлипывая, Ксана прижала каблук к подошве, будто могло случиться чудо и он прирос бы обратно.
– Ну и чего ты так расстроилась? Это ж фигня. – Над ней навис парень в синих лакированных ботинках. Даже заплаканного взгляда хватило, чтобы понять – её успокаивал представитель «брульянтовой мóлодежи», как говорила вахтёрша в общаге. – Хочешь, отдам своему мастеру, починит – чихнуть не успеешь?
– Не надо, я сама. – Ксана поднялась, обулась, каблук положила в сумочку и, прихрамывая, пошла к раздевалке. Практически завернув за угол, обернулась и крикнула: «Спасибо!»
Накинув пальто и переобувшись в ботинки, вышла на улицу. Мороз, видимо, не заглядывал в календарь, вовсю щекоча носы и нервы прохожих, балансирующих на обледенелом тротуаре. Ксана шла медленно, контролируя каждый шаг. Это не спасло, когда мимо прошмыгнули подростки. Она взмахнула руками и плюхнулась в объятия.
– Я так понимаю, тебя одну оставлять нельзя. Покалечить себя хочешь? – Недавний знакомый держал Ксану под мышки и усмехался, внимательно рассматривая её лицо.
– Нет… Это случайность. Спасибо, что помог, но ходить за мной не надо. – Ксана освободилась из крепких рук, машинально отряхнула пальто и ускорила шаг.
– Да подожди ты, куда несёшься? Давай подвезу, пока не звезданулась ещё где-нибудь. У меня машина тут рядом, пошли. – Парень подхватил её под локоть и развернул к пешеходному переходу.
– Эй, ты ненормальный? Оставь меня в покое.
– Ксана дёрнула рукой и от этого ещё больше заскользила.
– Что ж ты дурная-то такая? Стой здесь: сейчас подъеду, а то не сядешь, рядом сугроб. – Парень встряхнул её и поставил на тротуар оловянным солдатиком.
Через пару минут раздался сигнал клаксона. Ксана обернулась и замерла. Перед ней стоял рыжий конь. Металлический, но конь. Она рассмеялась.
– Что гогочешь? Машину никогда не видела, что ли? Давай садись, здесь останавливаться нельзя. – Новый знакомый опустил окно пассажирской двери.
– Представляешь, когда маленькая была, загадала, что мой принц приедет непременно на рыжем коне.
– Ну, смотри, какой красавец! Рыжий? Рыжий. Конь? Конь. Знакомься, это «Сивик», только из стойла, то есть из салона, забрал. Я Виталик. Тебя-то хоть как зовут?
– Ксюша.
– Куда тебе, Ксюша? Если ещё постоим, то точно нарвёмся на штраф. – Пока она садилась, Виталик оглядывался по зеркалам. Включил поворотник и под порыкивание ста сорока лошадиных сил под капотом влился в поток.
– В общежитие на Вернадского.
Весной Виталик караулил Ксану у ступенек института. В ответ получал лишь отказ. Летом настойчиво приглашал в гости, рестораны, клубы. Со стороны казалось, что оба играли в шараду по правилам, известным только им двоим. Прошёл год, прежде чем их отношения перешагнули во что-то серьёзное. Ксана часто ходила на свидания в сиреневых золушкиных туфлях, отремонтированных Виталиком.
Ксана расстегнула молнию и достала те самые туфли. Бросить в бывшем доме не смогла. Несколько раз муж порывался выкинуть их, но каждый раз происходило нечто такое, что останавливало его на полпути к мусорке. Вот и теперь туфли будто таили надежду на то, что происходящее рассосётся словно туман. Переложила оставшиеся вещи родителей на верхнюю полку, ниже – свои. Всё, что успела собрать, поместилось в любимый чемодан и сумку на колёсиках. В комод отправились косметика и мелочи.
Квартиру оживили детские голоса. Мальчишки шумели, спорили, что-то делили. Казалось, ещё немного, и соседи будут стучать по батареям.
Первым не выдержал Павлик.
– Пойдём гулять, я устал убираться. – Он сел рядом на кровать и прижался щекой. Ксана обняла его.
– Хорошо, одевайтесь. – Она выставила на туалетный столик коробочку с украшениями – несколько памятных вещей, которые успела забрать. – Прогуляемся до магазина.
– Ты обещала на площадку, а не в магазин. – Младший нахмурил белёсые брови, и Ксана заулыбалась, вспомнив, как маленькому ему напевала колыбельные.
– И погуляем, и в магазин сходим. Еды совсем не осталось. Зови ребят, чтобы через пять минут были готовы.
Павлик подскочил и выбежал.
Выудив из шкафа голубой льняной костюм, Ксана переоделась. Когда собралась спрятать сумку под кровать, появился Петя.
– Мы готовы. Пойдём быстрее, а то Павлунтий уже извёл.
– Выходите, я скоро.
Судя по звукам, сыновья потолкались в коридоре и высыпали на площадку. Хлопнула дверь. К их голосам добавился женский. Ксана, прислушавшись, обулась и вышла.
– Не знаю, хто вы такие. Ксюшу знаю, вас нет. Расшумелись тут на весь район. – У лифта, подняв костыль, стояла старушка в лёгком коричневом платье до пола и рыжей полосатой кофте.
– Зинаида Васильевна, здравствуйте! Как давно я вас не видела! Как вы? – Ксана обрадовалась соседке, с которой не встречалась с похорон родителей и не общалась лет пять.
– Ксюша, ты, хто ли? Свет тут худой, не разгляжу.
– Конечно, я. И не одна. Помните – Петя, Никита и Павлик.
– Мальчики? Друзья твои? Или к отцу пришли? – Старушка, поправив ситцевый платок, заулыбалась.
Ксана смотрела на Зинаиду Васильевну и не понимала, то ли она и правда сыновей за учеников приняла, которые приходили заниматься к папе, то ли шутила так. Видимо, сказывался возраст и память её подводила.
– Мам, она того, да? – прошептал Никита и приложил палец к виску.
– Тс-с-с, тихо. – Ксана взглядом приструнила мальчишек. – Зинаида Васильевна, как ваше здоровье?
– Помаленьку. Хвораю немного, но тут Андрюша заходил, лекарства принёс. Ладный у тебя парень. – Зинаида Васильевна развернулась и захромала к своей квартире.
– Мам, какой парень? Папа? Он же не Андрей. – Петя переводил взгляд с матери на соседку.
– До свидания! – Ксана крикнула в закрывающуюся соседскую дверь и нажала кнопку вызова лифта. – Пойдёмте, мальчики. Она старенькая совсем, всё путает и забывает, уже под девяносто, наверное. Дай бог, нам дожить до этого возраста.
– Прикольная бабуся. Тут помню, тут не помню. – Никита подмигнул Павлику, наблюдавшему за происходящим, как за театральной постановкой из первого ряда.
Двери лифта распахнулись, выпустив густой запах фужерного одеколона и копчёной рыбы. В кабине стоял мужчина с пекинесом, до смешного похожий на своего питомца. Мальчишки сразу забыли про странную соседку и увлеклись тисканьем собаки. Во двор Павлик вышел с новым другом на поводке. Обещая купить хотя бы игрушечного пса, Ксана вернула питомца хозяину.
Старшие уселись на лавку у детской площадки и сразу же провалились в телефоны. Петя изучал тактику средневекового боя, Никита применял её на практике в игре. Павлик перебегал от скалодрома к качелям, от горки к домику. Ксана неотступно следовала за ним. Память до сих пор не спрятала поглубже случай, когда Павлик оступился на лесенке, упал и рассёк бровь. Кровь залила лицо так густо, что стоявшая рядом женщина чуть не упала в обморок. Она громко закричала, напугав Павлика, который даже не успел понять, что несчастье произошло именно с ним.