Виктория Авеярд – Разрушитель судеб (страница 117)
«Зато нам пригодятся их трупы», – ухмыльнувшись, подумала она.
Слон не останавливался до городских ворот, заставляя всех солдат, встававших у него на пути, отпрыгивать в сторону. К восторгу Эриды, ворота были открыты – враги заносили в город раненых. Эрида и ее Львиная гвардия последовали за ними.
Тот, Кто Ждет направлял ее на вершину скалы. По дороге они встречали Древних лучников и копейщиков, однако их было слишком мало. Они пытались остановить ее отряд, убивая одного рыцаря за другим, пока не осталась одна лишь королева. Она не знала, повезло ли ей или ее оберегало жившее внутри демоническое божество.
Улицы на удивление были пустынны, но Эрида не стала тратить время на раздумья, куда делся вражеский гарнизон. Она чувствовала только лошадь, которая несла ее вперед, и полыхавший под кожей огонь.
Защитники Айоны покинули посты, чтобы присоединиться к битве, разгоравшейся у ворот.
Или чтобы сразиться с чем-то еще более страшным, что поджидало ее впереди.
Глава 42
Могила бессмертных
– Домакриан —
Он прожил в Тиарме пять сотен лет, но этой ночью замок был ему совершенно не знаком. Дом никогда не видел, чтобы в его залах кипели сражения и проливалась кровь. На его памяти в этих коридорах постоянно царили давящая тишина и сводящая с ума умиротворенность. Теперь же, как бы далеко Дом ни удалялся от подземных залов, они были пропитаны запахом смерти. Но доносившееся до его слуха эхо пугало больше. Он горевал из-за того, что был вынужден оставить Гариона и видэров сражаться с мертвецами и сдерживать тот нескончаемый поток.
Он надеялся, что им удастся задержать Таристана и Ронина, выиграв достаточно времени для спасения Корэйн.
Солнце наконец-то спряталось за горами, погрузив долину во тьму. Удивительно, но мрак не казался Дому таким жутким, как проклятый красный свет.
Сораса держалась рядом. Ее куртка была разорвана, и из прорех выглядывала сверкающая кольчуга. На шее расцветали синяки – яркие, словно клеймо. Они остались там, где в ее кожу впивались пальцы Меркьюри. Дом и сейчас видел как наяву руки лорда амхара, сжимавшие горло Сорасы. Ее лицо синело, а глаза вылезали из орбит, пока он выдавливал из нее жизнь.
«Ее сердце по-прежнему бьется», – уверил он самого себя, когда они бежали по коридору. Он прислушивался к звуку ее пульса, пока его собственное сердце не забилось в том же ритме. Теперь они создавали идеальный тандем.
Дом попробовал расслышать что-то еще, кроме биения сердца Сорасы. Он напряг все свои чувства, надеясь, что до него донесется знакомый голос или запах.
Но он услышал лишь гул боевого рожка, эхом прокатившийся по замку.
«Он доносится с противоположной от поля боя стороны», – понял Дом, замедлив шаг.
Сораса тоже остановилась и нахмурила испачканное кровью лицо.
– Я тоже слышала.
– К галлийцам прибыло подкрепление? – Дом поморщился от этой мысли, какой бы невозможной она ни казалась. Им и так приходилось сражаться с огромным количеством легионов. Ему не хотелось даже думать о том, что их может стать еще больше.
Пронзительный гул раздался снова, и Сораса широко улыбнулась, демонстрируя окровавленные зубы.
– Кто это? – спросил Дом, боясь услышать ответ.
– Шанс на спасение, – выдохнула Сораса. Как бы она ни презирала надежду, Дом видел, что это чувство большими буквами написано у нее на лбу. – К нам на помощь прибыли темурийцы.
Дом мало что знал о Темуриджене, но доверял Сорасе Сарн больше, чем большинству других людей. Если она верила в темурийскую армию, значит, Дом будет разделять ее чувства.
Его ноги сами находили путь по бесконечным коридорам, пока наконец-то не привели их в сад, расположенный в самом сердце Тиармы. Зайдя во двор, озаренный слабым пламенем факела, Дом выдохнул от облегчения. Под его ногами стелились стебли роз, а первые бутоны все еще боролись за возможность распуститься.
Первым делом Дом окинул взглядом Корэйн, чья фигура виднелась на другом конце двора. Она была в безопасности. Позади нее возвышалась Изибель. По одну сторону стоял Эндри, а по другую – Чарли. Все трое радостно вскрикнули, подзывая Дома и Сорасу к себе.
– Домакриан, – произнесла правительница Айоны с дрожью в голосе. Она по-прежнему была облачена в доспехи и держала в руке меч. Распущенные серебристые волосы лежали на ее плечах.
Как бы Дому ни хотелось заключить юных Соратников в объятия, времени на воссоединение у них не было. Поэтому он лишь мрачно нахмурился и стремительным шагом пересек сад.
– Таристан с магом проникли в замок, – прорычал он, жестом маня Корэйн к себе.
Ее глаза округлились и почернели, вбирая в себя тусклый свет розария.
– Вот дерьмо, – пробормотала она.
«И впрямь дерьмо», – подумал Дом.
Сораса сплюнула кровь на землю.
– Мы выведем тебя отсюда. К Айоне прибыли темурийцы. Если мы сможем добраться до их армии…
В этот момент Изибель издала тихий горловой звук, и ее перламутровые глаза ярко сверкнули. Устало вздохнув, она опустила меч и уперла его острие в землю.
– По моему замку разгуливают мертвецы, – с горечью сказала она, качая головой, а потом окинула стены двора скорбным взглядом. В тихом воздухе слышались отзвуки битвы. – Полагаю, это место всегда было могилой.
Несмотря на то, что время играло против них, Дом искренне сочувствовал тете. Он понимал, что она наверняка останется в замке и умрет здесь, защищая свой трон.
– Пойдемте с нами, – сказал он и сделал шаг к правительнице, протягивая ей руку.
Изибель обернулась к племяннику и расправила плечи. В ее голосе зазвучала сталь:
– Этот замок стал для нас кладбищем. Наши души навеки заточены в его стенах и обречены медленно умирать вдали от дома.
– Наш дом теперь в Варде, – резко произнес Дом.
– Нам пора идти, – пробормотала стоящая рядом с ним Сораса. – Оставь ее здесь, если она так хочет.
Правительница Айоны посмотрела на убийцу, едва заметно изогнув губы в улыбке, а затем снова перевела взгляд на Дома.
– Ты ничего не понимаешь, Домакриан. Ты родился здесь, в Варде. Поэтому тебе никогда нас не понять, – сказала она, показывая зубастую улыбку. Ее голос стал более звучным и раскатистым. – Но я видела свет других звезд. И я увижу его вновь.
В ушах Дома раздался шум, похожий на рев ветра.
Даже среди видэров ходили легенды и старинные предания. Истории о Глориане. Сказания о героях и могучих королях. Изибель довелось встретиться с ними лично – когда-то давно, в совершенно другом мире. Она тоже обладала могуществом и была одним из самых древних существ, до сих пор живших на землях Варда.
– Изибель, – начал он.
Она взмахнула мечом так быстро, что, даже будучи видэром, Дом не заметил блеска стали и не почувствовал, как лезвие пронзило его тело. И оставило дыру в его бессмертной плоти, пробив броню и разрезав одежду.
Рев в голове Дома усилился. Ему казалось, что по замку пронесся ураган. Он медленно моргнул, и его колени подкосились.
Эндри обхватил Корэйн за плечи и удержал ее, не давая ей наброситься на Древнюю, предавшую собственного племянника.
– Моя дочь умерла по твоей вине, – закричала Изибель, и в ее серых глазах засиял белоснежный огонь. Ее голос казался Дому далеким и искаженным, словно доносился до него через толщу воды. – Так что я поступила справедливо, отплатив тебе той же монетой.
Пока Дом пытался осознать смысл ее слов, охвативший его шок сменился болью. Сначала она была едва заметной, а потом стала настолько острой, что у него закружилась голова. Дом ожидал, что его тело сейчас ударится о землю, но этого не произошло.
Тонкие, но жилистые руки вовремя поймали его и осторожно положили на землю. Его голова прижалась к теплой груди. Бронзовые пальцы расстегнули застежки доспехов и отбросили стальную броню в сторону, обнажая скрывавшуюся под ними рану. Те же самые руки разорвали рубашку и прижали лоскуты к ране на его плоти. Сораса действовала очень быстро, но по ее пальцам струился поток крови. Ее лицо помрачнело, и Дом сразу все понял.
Сейчас все было не так, как в прошлый раз, когда кинжал оставил рану у него под ребрами. В этот раз Сораса Сарн не могла его спасти.
– Все хорошо, – прошипела она, обманывая его. Одной рукой она продолжала прижимать лоскуты к ране Дома, а другой обхватила за грудь, помогая ему опереться на ее тело. – Все в порядке.
– Так говорят смертные, когда испытывают невыносимую боль, – пробормотал он, захлебываясь собственной кровью.
На его щеку упала слезинка – единственная, которую Сораса позволила себе проронить.
– ПРЕДАТЕЛЬНИЦА, – закричала Корэйн, отчаянно вырываясь из хватки Эндри.
Она колотила ногами по воздуху и размахивала руками. Если бы Эндри не удерживал ее, то она бы набросилась на правительницу Айоны, как уличная кошка.
Чарли повезло меньше.
Падший жрец не был воином. Он не умел обращаться с мечом и не был искусен в кулачном бою. К тому же он не отличался невероятной храбростью. По крайней мере, Дом так думал.
Принц Айоны медленно моргнул, увидев, как Чарлон Армонт бросается на Изибель. Смертный преступник не побоялся напасть на королеву Древних.
Изибель отмахнулась от него, как от насекомого. Он ударился о землю, увитую стеблями роз, и перекатился на бок. Его глаза закрылись, а челюсть обмякла.
Крики Корэйн сменились всхлипами. Мир перед глазами Дома начинал постепенно тускнеть.
– Таристан не крал Веретенный клинок, – выдавил он. –