Виктория Анкай – За сроком давности (страница 25)
Он просто издевается…
Выдохнула, понимая, что эмоции сейчас просто не помогут.
— Что ты хотел?
— Ну раз звоню — значит, поговорить хотел, — Игорь рассуждал почти миролюбиво, но слишком уверенно и настойчиво. — Извини, если разбудил…
Да твою ж мать… Как слон в посудной лавке со своими извинениями, озвученными больше из вежливости, чем из реального сожаления!
Стиснула зубы, чувствуя, как от нервного напряжения начинают дрожать ладони.
— Извинила. Говори.
— Мммм… — похоже, он не ожидал такой быстрой капитуляции с моей стороны. — Выйдешь, Юль? С глазу на глаз пообщаемся…
— Нет! — я почти заорала, на миг забыв о том, что за стеной спят дети. — Говори сейчас, или я вообще брошу трубку!
Игорь лишь холодно усмехнулся в ответ, мгновенно пропихивая вперёд дружелюбия свою циничность.
— Бросишь трубку — поднимусь в квартиру, — он с каким-то особым удовольствием произнёс эту фразу, словно наслаждаясь своей угрозой. — И буду стучать, пока не откроешь. Хочешь разбудить весь подъезд, Юль?
Спина покрылась испариной… Он ведь реально это сделает. И снова всё обставит так, будто это я виновата…
— Иди к чёрту, Игорь… — зашептала, без сил опускаясь на табуретку, давясь какими-то злыми беспомощными слезами. — Ненавижу тебя…
— Я это уже слышал сотню раз, — его голос стал ядовито-ледяным. — Придумай что-нибудь поинтереснее наконец…
Наверное, я убила бы его недрогнувшей рукой, если бы он стоял сейчас рядом. Как вообще человек может вызывать столько негатива?! Как умудряется одним предложением лишить собеседника самообладания и воли? Как был энергетическим вампиром, так и остался. Невыносимо просто…
— Игорь, я не выйду, — я обессиленно всхлипнула. — Просто скажи, какого чёрта тебе надо, и иди спать, а…
В трубке послышался смешок, чиркнула зажигалка…
— А вот не спится мне, Юль, — он зажал зубами сигарету, выдохнул. — Дай, думаю, Юльке позвоню… — он пьяно ухмыльнулься, словно обвиняя меня в своей бессоннице.
— Прекрати паясничать, а?! — зло выплюнула в ненавистный сейчас телефон, вытирая мокрые щёки. — Ты мог детей разбудить…
— Ой, не начинай приплетать мне несуществующие грехи, Юлька, — Игорь раздражённо присвистнул. — Не разбудил же…
— Но мог! — меня уже трясло от бешенства, и невозможность в полной мере выплеснуть гнев ощутимо душила горло.
— Вот ты всегда так, заметила? — бывший муж зло рявкнул в трубку. — Ещё ничего не случилось, а ты уже со своим "мог, не мог"…
Господи, как же он бесит своими вечными претензиями…
Промолчала, глубоко вдыхая прохладный воздух, ещё наполненный кухонным ароматом приготовленного на ужин плова. Что толку спорить, если у каждого из нас своя точка зрения? Что толку вообще вести диалог, если мы видим этот мир с разных углов? Боже мой, как мы вообще пару десятков лет прожили вместе…
— Ну не молчи, Юль… — голос Игоря стал более дружелюбным, избегая нот сарказма и самодовольства. Очередная затяжка в трубке… — Я же не ругаться приехал…
— Не получится у нас не ругаться, — всхлипнула почему-то, тоже понижая голос почти до шёпота. — И разговаривать нам не о чем…
Почувствовала, что он снова ощетинился…
— Ну как не о чем, Юль? — его тон снова стал менторским. — Вот мне очень интересно, какая, твою мать, муха тебя сегодня укусила, когда я приехал за дочкой? — злость в его голосе вновь набирала обороты. — И что ты наговорила Кате, что она себя так вела?
Господи, какой же он упёртый баран, а…
…В подъезде неожиданно громко хлопнула тяжёлая входная дверь. Эхо осталось звенеть в воздухе на несколько долгих секунд…
— Я, кстати, уже поднимаюсь, Юль, — муж сообщил это таким равнодушным тоном, словно дал знать о том, что он приехал с работы, а не припёрся среди ночи через четыре года после развода… — Дверь откроешь?
— Нет! — в какой-то полубезумной панике подскочила со стула, едва не выронив телефон из горячих вспотевших ладоней. — Не смей подниматься сюда! Я сейчас… — я бросилась в прихожую, сдёрнула с вешалки пуховик, одной рукой неловко накинула его прямо на домашний халат. — Сейчас спущусь… Только не поднимайся! — хотелось добавить сопливое "пожалуйста", но я сдержалась, размазывая по лицу вновь покатившиеся слёзы.
Чёрт побери, ну почему?! Почему он всегда сильнее? Почему, сколько бы я не изображала из себя сильную и независимую женщину, он одним щелчком по носу сбивает эту спесь и поступает по-своему?! Это просто несправедливо…
Нажала отбой. Схватилась за ручку, дёрнула дверь на себя, выскочила на площадку прямо в тапочках…
Внизу на лестнице слышались неторопливые уверенные шаги. Его шаги…
Сердце на миг замерло. Спину прошиб ледяной липкий пот…
Господи, он правда приехал. А ведь мне почти хотелось верить в то, что это лишь дурацкий розыгрыш с его стороны…
*19*
Я успела сбежать вниз на два пролёта, крепко держась за перила и с трудом передвигая негнущиеся в коленях ноги. Остановилась на площадке, созерцая высокий чёрный силуэт, поднимающийся по ступеням…
Пульс зачастил так, что заломило виски, желание сорваться с места и спрятаться в своей квартире стало просто нестерпимым в какой-то момент, и мне пришлось глубоко вздохнуть и силой воли удержать себя на месте. Чёрт подери, когда? Ну когда я перестану реагировать на него так? Давным давно, года три назад, я даже радовалась нашим встречам в глубине души, хоть внешне и не показывала этого. А сейчас… Сейчас бывший муж словно перекрывает кислород, словно одним присутствием высасывает все силы, будто катком проезжает по натянутым струнам нервов, оставляя после себя выжженную пустыню. Иногда мне даже кажется, что периодические приступы головной боли или паршивого самочувствия связаны с тем, что Игорь по воле случая проезжает мимо моего дома или заглядывает в этот район, чтобы, например, заскочить в строительный магазин, и эта ментальная волна его неподъёмной ауры долетает до моего сознания… Боже мой, у меня уже паранойя, да?! И в этом тоже виноват он…
— Привет, — Игорь наконец поднял голову, едва заметно улыбнулся торжествующей улыбкой, искривившей его губы буквально на секунду. — Не замёрзнешь в халате, Юль? — он вопросительно выгнул бровь, охватывая взглядом мой внешний вид.
Проигнорировала его приветствие. Поджала губы, наблюдая за тем, как муж поднимается с каждым шагом всё выше. Это какой-то странный настрой — во время наших встреч активизируется некий защитный механизм, срабатывает инстинкт самосохранения, переходит чёрту гордыня, да хрен знает что ещё, но это по телефону я могу орать и срываться не задумываясь, а при личной встрече… Нет. Раньше, ещё когда мы были женаты, мне хватало командного мужского голоса, чтобы держать себя в руках, а теперь я просто не могу показать при бывшем муже хоть какую-то слабость, пусть и держаться получается исключительно на ослином упрямстве…
— Ну что ты смотришь как на врага народа, Юль? — Игорь наконец сделал шаг на площадку, короткими выдохами выравнивая дыхание. Его голос тоже потерял часть бравады, так резво рвущейся наружу при нашем телефонном разговоре…
— Враг и есть… — прошептала, отступая назад и отводя взгляд, старательно изучая свежую надпись на стене, сделанную чёрным маркером. — Предатель…
Теперь Игорь проигнорировал мои слова. Прислонился плечом к щитку рядом с лифтом, вглядываясь в моё лицо в тусклом оранжевом свете унылой подъездной лампы, покрутил в пальцах неприкуренную сигарету…
— Ну говори, — я всё-таки подняла глаза, не скрывая нетерпение, чувствуя, как нарастает давление в груди, как хочется сорваться и наорать первой, не дожидаясь повода, как тянет выплюнуть ему в лицо всё, что я думаю и о претензиях насчёт дочери, и о его "мама не имеет права", и вообще обо всём на свете… — Или ты так пришёл, полюбоваться?
Игорь устало усмехнулся.
— Поругаться хочешь, Юль… — он просто констатировал факт, зажимая зубами сигарету и поднося к лицу зажигалку.
— Напомню тебе, Мария Викторовна не выносит запах дыма, у неё на него аллергия, — я кивнула на ближайшую бордовую дверь. — Поэтому не советую…
— Карга старая… — Игорь ворчливо пробормотал это в сторону квартиры своей когда-то бывшей соседки, проглатывая затяжку. Бросил взгляд на верхнюю площадку. — Пошли поднимемся к окну…
Ещё ближе к моей квартире. Чёрт…
Закусила губу, понимая, что запретить мужу курить я при всём желании не могу, и подняться туда, где уже лет двадцать дымят многие жители подъезда, будет самым правильным решением. Нехотя развернулась, первая побрела вверх по лестнице, в глубине души радуясь этой короткой передышке…
За спиной послышалось шорканье — Игорь зашагал следом, всё-таки на ходу прикуривая чёртову сигарету. Невыносимый тип. Ему прямо-таки принципиально надо поступить по-своему…
Глубоко вздохнула, пытаясь не думать о том, что муж в этот момент пялится мне в спину. Шагнула в угол, не желая стоять напротив хлипкого окна, из щелей которого вовсю сквозило с улицы. Надо же, последний раз стёкла здесь менял как раз он, Игорь, а я тогда мыла их раз в неделю, как и всю лестничную клетку… Но с тех пор утекло слишком много воды, деревянные штапики давно усохли, и теперь дует из всех зазоров…
Стало неловко от этих воспоминаний. Поплотнее запахнула пуховик, поворачиваясь к мужу вполоборота, но старательно избегая встречаться с ним взглядом. Первая начала разговор, отмеряя каждое произнесённое слово: