Виктор Ярошенко – Пять лет рядом с президентом (страница 31)
Надо отдать должное демократам первой волны – мы не были так тщеславны, как сегодняшние оппозиционеры, мы не стали дробиться и почковаться в отдельные движения и партии, а в критический момент ради общей цели объединились вокруг одного лидера – Бориса Ельцина, который одновременно обладал огромной привлекательной силой для избирателей и организационными способностями.
Нас было менее трехсот человек в МДГ, но никто ведь не стал олигархом, никто не грабил собственную страну… В основном это было поколение патриотов-идеалистов.
То же самое можно сказать о первом и втором правительстве Ельцина-Силаева (1990–1991 гг.): у нас не было атмосферы бесконечного стяжательства, мы не мерились дворцами, яхтами, автомобилями, бриллиантами. Никто из тех, кто осуществил августовскую революцию 1991 года, никогда не входил в первую сотню, может быть, даже тысячу самых богатых людей России. А ведь это дорогого стоит – значит, мы больше думали о служении Отечеству, а не о собственном кармане.
Судьба Ельцина и его семьи не просто драматична, но и, в некотором роде, трагична. Им было и будет суждено до конца своих дней находиться в центре политической борьбы, направленной против эпохи Ельцина, быть предметом интриг, придирок, клеветы и нападок. Любые недостатки, промахи и преступления текущей политики много лет или даже десятилетий будут списывать на эпоху Ельцина.
Борис Николаевич прекрасно понимал, что история не имеет сослагательного наклонения, ее невозможно переписать с черновиков – ее делают только один раз и окончательно. А это ведь непомерный груз, когда надо взять на себя ответственность и принять непростое решение.
На его долю выпал самый тяжелый период в жизни нашей общей страны за последние 50 лет: глобальный экономический кризис конца 1980-х, путч 1991-го, неудачные гайдаровские реформы, политический кризис 1993-го, катастрофические цены на нефть, повальный сепаратизм и чеченская война, дефолт, импичменты, разгул коррупции и т. д. Всё это можно определить как жесточайший системный кризис.
Надо было обладать огромными мужеством, волей и честолюбием, чтобы взвалить на себя принятие судьбоносных исторических решений, как это смог сделать Борис Николаевич Ельцин.
Следует признать, что первый президент России обладал не только харизмой, но и личным обаянием, которое пригодилось ему в ведении международных дел. У Ельцина были прекрасные личные отношения с руководителями практически всех знаковых стран.
Огромным достижением его международной политики является вывод ядерного оружия с территории соседних стран: Украины, Белоруссии и Казахстана. Кто знает, какие политики со временем могут прийти к власти в этих странах, будут ли они самостоятельны и какую политику будут вести по отношению к России.
Пост президента России в то время был самой настоящей Голгофой, на которой его мог распять любой оппозиционер или журналист. Он как бы жертвовал собой и никогда ни с кем не судился.
За редким исключением Борис Николаевич выбирал меньшее из возможных зол, находил правильный вектор движения. Уверен, что за ширмой отдельных фактов, разговоров и баек мы до конца еще не увидели и не оценили масштаб этого человека.
Первый президент России – это великий человек в смысле того, какую роль он сыграл в истории нашей страны. Этот человек – уникальное, штучное творение природы, образец самообразования и плод исторических обстоятельств. Бесспорно, Борис Ельцин был по-своему одаренным человеком, и я не вижу ничего катастрофичного в том, что он был властным и честолюбивым руководителем огромной страны.
В целях саморекламы и в поисках дешевой популярности некоторые авторы пытаются представить Ельцина как некомпетентного руководителя. Ничего подобного – это был политик с огромным организационным опытом, широким кругом знаний, потрясающей памятью и интуицией. Как бы мы ни спорили о его роли, но если сложить все плюсы и все минусы, то, конечно же, перевесит плюс с восклицательным знаком.
Различные домыслы о том, что Ельцин стремился к неограниченной власти любой ценой, не имеют под собой серьезных оснований. Партийная элита ненавидела Горбачёва и, начиная с 1990 года, как мне говорил Борис Николаевич, ее гонцы намекали ему, что готовы поднять внутрипартийный мятеж и передать ему партийную, а следовательно, и государственную власть. Но он принципиально отвечал отказом, потому что понимал неизбежный крах тупикового коммунизма в нашей стране, с одной стороны, и необходимость строительства нового демократического общества с рыночными отношениями в экономике – с другой.
Очередной шанс получить абсолютную власть в условиях военного положения появился у Бориса Ельцина в августе 1991-го, когда путчисты уже свергли Михаила Горбачёва, не знали, что с ним делать и кем заменить. 19 августа 1991 года группа «Альфа» должна была переместить Ельцина с дачи в Архангельском на секретный объект «для беседы с руководством страны». Во время этой встречи, как один из вариантов, планировалось предложить ему заменить Горбачёва.
Вместо всех этих вариантов он предпочел, рискуя жизнью, возглавить сопротивление путчистам.
Разумеется, как и любой другой человек, он был неизбежно подвержен слабостям, влиянию окружающих его людей – иногда недостойных, а также обстоятельств – часто трагических. Многие, прикрываясь мнимой лояльностью, пытались выклянчить у него какие-то льготы, подписать нужные бумаги. Однажды он в сердцах повторил при мне фразу, которую приписывают Александру Македонскому:
– Господи, избавь меня от друзей – с врагами я сам справлюсь.
Как любой другой человек, с течением времени он менялся в ту или другую сторону. И это тоже нормально и естественно, что Ельцин в 1991 году был не таким, как Ельцин в 1999-м. И уж совсем не таким, как Ельцин в 2007-м.
За 12 лет, с 1987 года до ухода в отставку в 1999-м, на Бориса Ельцина обрушилась огромная лавина проблем, трагедий и негативной информации. В этих условиях естественной реакцией организма, чтобы выдержать, чтобы не перегореть, были время от времени признаки раздражительности, вялости и апатии… В огне этой борьбы Ельцин не просто сгорел, а испепелился дотла, поэтому вовремя ушел из политики, не дав времени неокоммунистам собраться с силами.
Он – герой своего, но уже не нашего, текущего времени, поэтому бесполезно и несправедливо оценивать его деятельность с позиций только сегодняшнего дня, с высоты сегодняшних знаний, информации, достижений и поражений.
Представьте себе, что вы смотрите очень старый немой фильм. Всё в нем кажется наивным и примитивным. Но надо вспомнить и понять, что тогда, когда он снимался, были другая техника, другие нравы, мода и одежда… Поэтому все события и людей следует оценивать в масштабе того, прошедшего времени, которое нам, быть может, очень не нравится, но люди вынуждены были жить и действовать именно тогда.
По поводу первого президента России бытует много разных мифов. Но есть неоспоримая правда. Ельцин принес нам долгожданные свободы, без которых не может развиваться современное общество: свободы экономические и политические, свободы слова и совести… Ельцинскую Конституцию, наконец, по которой мы живем до сих пор.
Обладая фантастической харизмой, он положил свою популярность на алтарь тяжелых экономических и политических реформ, что в значительной степени обеспечило их продвижение.
Ельцин в некотором роде был великодушным политиком, обычно не мстительным по отношению к большинству своих оппонентов и врагов. Например, Борис Николаевич не преследовал, а всегда поддерживал Никиту Михалкова несмотря на то, что последний был активным членом команды Александра Руцкого, который предал Ельцина в 1993 году, возглавив мятеж против президента.
Сам Руцкой в 1997 году стал губернатором Курской области, а уволенный с высокого поста Александр Коржаков в том же 1997-м стал многолетним депутатом Государственной думы РФ. При мстительном Ельцине всё это было бы невозможно.
Кроме того, его политические противники после событий 1991 и 1993 годов были амнистированы и нашли себе определенное место в политике и в общественной жизни.
Положительным является также решение президента добровольно в конце 1999 года уйти в отставку, что в истории России и СССР было пока в первый и в последний раз. Хотя в этом решении Бориса Николаевича, бесспорно, были важные тактические выгоды.
Никто и никогда не называл его идеальным политиком, но многие отдавали ему должное, и со временем эта точка зрения будет укрепляться.
Уверен, силовые структуры и особенно спецслужбы до сих пор не могут простить именно Ельцину того, что он подавил организованный КГБ путч в августе 1991-го, хотя даже многие из них помогали нам, понимая, что дальше так жить нельзя.
Для дискредитации мертвого первого президента России используются любые «сливные бачки».
Я с большим интересом смотрю по телевидению передачи, которые ведут официальные рупоры власти Владимир Соловьев и Алексей Пушков. Мало того, на 80 процентов согласен с их комментариями и ходом мысли, за исключением того, что они лепят про Ельцина: не знаешь – лучше помолчи, возьми многозначительную паузу, но не клевещи. Я уже не говорю о некоторых наиболее злобно настроенных гостях и героях их неоднозначных передач.