Виктор Урвачев – Лётная книжка лётчика-истребителя ПВО (страница 49)
Но до этого небывалый доселе случай – командир дивизии лично проверил технику пилотирования капитана Урвчёва, что отражено в разделе «Результаты проверки техники пилотирования» его летной книжки:
Однако об истинной цели этого 20-минутного полета можно только догадываться, так как после взлета и набора высоты были выполнены только два виража, спираль и …посадка. В результате: «
Наименования элементов полета каллиграфически вписаны в летную книжку штабным писарем чернилами, а оценки против каждого из них и подпись гвардии полковником сделаны размашисто, синим карандашом. Капитан не менее размашисто подписался красным карандашом наискосок, хотя его подпись обычно убористая, аккуратная и в строчку. Судя по этой графике, летчики, видимо, хорошо отметили полет. В июне – летно-тактические учения, и в летной книжке капитана Урвачёва еще одна оценка гвардии полковника Суворова: «
Тем временем проверки техники пилотирования капитана Урвачёва продолжились. В мае – вновь заместителем командира полка, в июне – летчиком-инспектором 147-й иад майором Леонтьевым:
В июле за Урвачёва взялся старший инспектор по технике пилотирования 9-й Воздушной армии истребительной авиации капитан Агарков. После взлета и набора высоты 3000 м выполнялись штопор, боевые развороты, перевороты, горки, виражи, ранверсманы, иммельманы, пикирования, бочки и петли. В заключение спираль, скольжение и – посадка. От взлета до посадки 30 минут и 20 фигур высшего пилотажа: «
В начале сентября Урвачёв вновь взлетел на «спарке» вместе с заместителем командира полка, но уже ночью:
В марте наступившего 1948 г. вместе с Урвачёвым в спарку УЛа-7 вновь сел летчик-инспектор 147-й иад майор Леонтьев. После полета его заключение в летной книжк Урвачёва:
Одновремено Урвачёв и сам интенсивно обучал и тренировал летчиков своей эскадрильи – 168 инструкторских полетов за год, но, видимо, недостаточно уделял внимание письменной части этой работы. Поэтому новый командир дивизии полковник Петрачёв, проверив записи в летных книжках, сделал замечание: «
Для обучения и тренировок летчиков использовались «спарка» УЛА-7 и устаревший самолет Ут-2. Поэтому, когда в полк поступил новый учебно-тренировочный истребитель Як-11, на котором был уже установлен ряд мировых рекордов скорости для этого класса самолетов, капитан Урвачёв в конце июля выполнил на нем за 35 минут два полета и получил заключение командира полка: «
13 октября переднюю кабину УЛа-7 занял майор Урвачёв, заднюю – инспектор по технике пилотирования 1-го иак капитан Донцов. Они взлетели, и Урвачёв выполнил каскад фигур высшего пилотажа: виражи, штопоры влево и вправо, левый и правый боевые развороты, петлю, ранверсман, иммельман с петлей и двойной иммельман, замедленную и управляемую бочки, спираль – посадка. Выбравшись из кабины «спарки», капитан Донцов записал в летную книжку Урвачёва: «
Следует обратить внимание на выполнение в этом полете труднейших фигур – иммельмана с петлей и двойного иммельмана, когда летчик выписывает в небе вертикальную восьмерку. О технике их выполнения Герой Советского Союза полковник Евгений Пепеляев вспоминал:
Не менее трудными фигурами высшего пилотажа Георгий Урвачёв считал замедленную и управляемую бочки. При их выполнении самолет идет на боку, и, по его словам, летчик в этот момент чувствует себя как на острие ножа. Кстати, это положение самолета летчики так и называют – «на ноже», и впоследствии его выполнение стало самостоятельной фигурой высшего пилотажа.
Вместе с тем шли постоянные тренировки по боевому применению:
Летом того года, как следует из летной книжки, Урвачёв встретился со своим бывшим командиром полка Рыбкиным, который с июля 1946 г. командовал 1-м истребительным авиационным корпусом ПВО со штабом в Хабаровске, в состав которого входил 34-й полк:
Однако через три месяца служебные пути 34-го иап, его бывшего командира Леонида Рыбкина и летчика Георгия Урвачёва, который в составе этого полка начинал службу, восемь лет летал и воевал, разошлись. Генерал-майор авиации Рыбкин убыл в Москву на учебу в академии, а майора Урвачёва назначили летчиком-инспектором по технике пилотирования и теории полета 147-й истребительной авиационной дивизии.
Эта должность требует от того, кто ее занимает, высокой летной квалификации. Именно поэтому перед назначением Урвачёв должен был пройти череду проверок его техники пилотирования инспекторами всех уровней – 34-го полка, 147-й дивизии, 1-го корпуса, 9-й армии и, наконец, Штаба истребительной авиации ПВО страны. Основной служебной обязанностью майора Урвачёва на этой должности стала проверка техники пилотирования командного состава и повышение уровня летной подготовки летчиков в дивизии и ее полках.
В мае 1949 г. 34-й полк отдалился от Урвачёва еще больше – он был передан из 1-го истребительного авиакорпуса ПВО Дальневосточного округа ПВО в 9-ю воздушную армию Приморского военного округа и перебазирован с аэродрома Хвалынка на 120 км к юго-востоку – на новый аэродром «Коммуна Ленина», в десяти километрах севернее города Ворошилова, ныне Уссурийска.
В это же время корейцы отметили участие летчика Урвачёва в войне с Японией в составе освобождавшего Корею 1-го Дальневосточного фронта, о чем свидетельствует удостоверение: «
Лента медали цветов государственного флага КНДР, на ее лицевой стороне – аверсе – изображение монумента «Освобождение», установленного в 1947 г. в Пхеньяне в честь разгрома японских империалистов Красной армией, а на обороте дата ее высадки на севере Кореи – 15 августа 1945 года.
А летом 1949 г. в череде инструкторских полетов на Як-11 в летной книжке Урвачёва иногда появлялись записи и о других заданиях на вылет самолетом этого типа:
Возможно, с такими вылетами связаны обстоятельства, о которых он как-то рассказывал. Дело в том, что упоминавшийся в этих записках его близкий со времени битвы за Москву друг Николай Кулавин служил в Приморье вместе с ним в одной дивизии начальником ее парашютно-десантной службы, ведал парашютной подготовкой летчиков. За каждый прыжок ему следовали какие-то деньги. По словам Урвачёва, Николай иной раз приходил с предложением: «Жора, давай слетаем, я прыгну, получу деньги и пойдем, выпьем».
Между тем в 1949 г. майор Урвачёв выполнил почти сорок инструкторских полетов на Як-11, Ут-2 и столько же учебно-тренировочных на Ла-7. При этом последняя запись в томе его летной книжки за 1949 г. сделана в ноябре. Следующий том начинается записью в апреле 1952 г. За 2,5 года между этими записями том отсутствует, хотя в соответствии с положением о летной книжке летного состава ВВС при завершении военной службы она выдается на руки пилоту.