Виктор Штейн – Тень (страница 4)

– Иди за мной, – сказал он ей тогда, – я не обижу тебя.

Обогаев встал с кресла и пошел в полумрак гостиничного коридора по направлению к лифтам. Идя вперед, он не видел, как Марина поднялась со своего места и пошла вслед за ним. Впоследствии Миша часто думал о том, почему произошло все именно так. Сумел ли он ненароком приказать ей сделать это или она сама пошла за ним под влиянием их разговора и ощущения своей симпатии, но… «Какая в этом разница», – всегда думал он, вспоминая ту ночь и свой самый первый опыт общения с женщиной. Впрочем, как и ее этот самый первый опыт в близости с ним. В этом своем первом дне они были одним целым. Он неразрывно связал их души на всю оставшуюся жизнь, но понять этого в самом начале своих отношений Михаил Обогаев, даже наделенный своей знаменитой шаманкой прабабушкой особенными способностями, не смог. Не сумел он по достоинству оценить и понять то, что с ним произошло, но кто бы смог сделать это в свои двадцать четыре года.

Глава третья

В тот же день

Четыре года назад

Август 1997 г.

Город Москва

Синий «вольво» модели 850 свернул с МКАД на развязку с Горьковским шоссе. Миша вел машину неторопливо, аккуратно объезжая люки и ямы. Машины он очень любил и относился к ним с особым пиететом. Любовь это пришла еще в те годы, когда он с двоюродным братом Сашей гонял на «Урале»4 отчима по улицам родного Хилка. Запах бензина, масла и выхлопных газов от тех поездок до сих пор стоял у него в носу. Конечно, в «вольво» ничего этого не ощущалось, но удовольствие от вождения было по-прежнему тем же. Эту машину Обогаеву в пользование передал шеф Валерий Александрович, на которого Миша трудился вот уже два года после окончания университета. Компания «Северная Пальмира» была достаточно крупной по объемам проходящих через нее денег, но имела видимость небольшой организации. Трудились в ней всего восемь человек, в число которых входил и Обогаев. Направлений работы было несколько, и лежали они абсолютно в разных плоскостях. Основные деньги зарабатывались на поставках риса из Казахстана, который возили вагонами. Это давало ощутимый и стабильный доход, позволяющий развивать и поддерживать новые направления. Из Индии привозили фланелевые рубашки и махровые шарфы, опять же вагонами, набитыми тюками и коробками, которые затем развозились по магазинам и универмагам города и области. Также «Северная Пальмира» при поддержке одного из крупных банков вела разработку установки по лечению раковых заболеваний, в основе принципа действия которой лежал нагрев крови больного, называемый гипертермией5. Установок к моменту прихода в компанию Миши на самом деле было две, и они уже вполне себе и работали на базе областной клинической больницы, показывая превосходные результаты. Но сделать установки – оказалось задачей хотя и сложной, но вполне реальной, а вот получить официальное разрешение на их использование в российских условиях тотальной коррупции и взяточничества было делом крайне непростым и имело очень туманные перспективы. Деньги на взятки чиновникам тратились колоссальные, но результата до сих пор не было, и министерство здравоохранения кормило шефа завтраками, выставляя одно требование за другим. Еще компания занималась поставками бутилированной воды и даже имела свою студию звукозаписи, торговала автомобильными запчастями и маслами, имела в собственности несколько профильных магазинов и множество уличных киосков с продуктами, заморскими сладостями, чаем и кофе. В последние два года «Северная Пальмира» начала развивать еще одно направление – поставку в Россию новеньких иномарок, их обслуживание и сервис и первой открыла на территории города импровизированный автосалон и автосервис. Новых иномарок россияне отродясь не видывали, даже иномарки, бывшие в употреблении, считались предметом роскоши и вожделения для большинства, а тут – совсем новые. Неудивительно, что тема, как говорится, пошла, и очередь из желающих приобрести машины растянулась на месяцы. Обслуживать же их и ремонтировать тоже было абсолютно некому. Гаражные сервисы, освоившие ГАЗы, ВАЗы и москвичи, шарахались от иномарок как черт от ладана, поэтому решение о создании своего собственного автосервиса было принято советом компании единогласно. Эти два новые направления и курировал Михаил Обогаев. Обязанностей у него было превеликое множество, дел – невпроворот, но он, несмотря на свой юный возраст, прекрасно со всем этим справлялся. Миша занимался составлением заявок на поставку машин: марки, цвет и комплектации – все эти решения принимал он. Отвечал за организацию доставки, прохождение таможни, разгрузку и хранение на стоянке. Тут все было не так просто, как может показаться. Автомобили прибывали в Россию на кораблях, перегружались в специальные железнодорожные вагоны, предназначенные для перевозки машин, и ехали в Нижний Новгород. В Мишины обязанности входило оформить в московском офисе компании поставщика, необходимые документы, основу которых составлял морской коносамент6, и, убедившись в отсутствии в них ошибок и неточностей, привезти эти документы в нижегородскую таможню. О, таможня! Как невзлюбил ее Миша Обогаев в первые недели своей работы. Империя взяточничества, как он ее называл, пала к ногам Михаила на третий месяц. Конечно, в этом вопросе решающую роль сыграли взятки, но не на последнем месте оказались и необычные способности Миши, которыми ему пришлось воспользоваться для установления самых дружеских связей с таможенниками. Разгрузка машин проводилась в основном по ночам, чтобы не привлекать излишнего внимания всевозможных органов, да и просто слишком любопытных граждан. На выгрузку Миша привлекал всех, кто мог хорошо водить автомобиль, и даже грузчиков из магазинов и водителей развозных грузовиков, которых имелось в парке «Северной Пальмиры» аж целых три штуки. В разгрузке даже принимали участие и сам шеф, и коммерческий директор, ну и, конечно, Обогаев. Со станции машины перегонялись на несколько платных автостоянок, на которых заранее готовились свободные места, и всем этим также занимался он. Показывал машины клиентам, катал их по городу, расхваливая авто, давал интервью телевизионщикам при съемке рекламных роликов и делал еще огромное количество важных и не очень дел. Дополнительно Обогаев курировал работу автосервиса, который сам в первый же месяц своей работы и организовал по заданию босса на территории местного гаражного кооператива, расположенного рядом с офисом компании. Закупил подъемники, инструмент, оснастку и всевозможное оборудование. Сам подбирал на работу автослесарей, устраивал их обучение, общался с клиентами, довольными и не очень, решал миллион задач по организации и функционированию маленького автосервиса. В Москву Миша приезжал, как правило, один или два раза в неделю. Кроме работы с документами на автомобили, он занимался заказом и поставкой запасных частей, подписанием документов по гарантийным заменам этих самых деталей. Сами бракованные запчасти привозил в Москву в багажнике служебного «вольво», откуда в том же багажнике вез назад и новые на замену. К тому же Миша закупал в Москве масло и фильтра, колодки и свечи и делал еще множество других дел.

Попал в «Северную Пальмиру» Обогаев случайно, хотя, ведь как говорят, все случайное – совсем не случайно. Миша часто вспоминал тот день, вспомнил и сейчас, когда синий «вольво» вырвался, наконец, из вереницы многочисленных населенных пунктов Московской области с их ограничениями скорости и обилием спрятавшихся в кустах экипажей ГАИ с радарами, и нажал на газ. Машина вздрогнула, зарычала и, подобно молодому жеребцу, удерживаемому долгое время в аллюре, устремилась вперед, увлекаемая мощью пятицилиндрового двигателя.

Глава четвертая

Пять лет назад

Июль 1995 г.

Город Нижний Новгород

Миша не спеша шел по площади железнодорожного вокзала вдоль длинного ряда киосков, продававших «Сникерсы», «Баунти», разнообразные жвачки и кофе. Его целью был один из павильонов, расположенный в самом конце ряда, напротив ресторана «Панорама». Здесь продавались аудиокассеты с записями на любой вкус и цвет. На окончание университета Миша сделал себе недорогой, но очень желанный подарок – купил кассетный стереомагнитофон «Вега», поэтому необходимо было запастить записями. Вглядываясь в витрины киосков, он пробирался сквозь плотную толпу прохожих и вдруг неожиданно столкнулся с мужчиной лет сорока, несущим в руках тяжелый пакет. Высокий и крепкий, Миша по неосторожности буквально сбил прохожего с ног. Ручки пакета лопнули и на асфальт посыпались банки с кофе, сигаретные пачки и несколько коробок конфет. Мужчина, потирая ушибленное плечо, недоброжелательно уставился на Мишу, пока тот бросился собирать с асфальта содержимое пакета.

– Простите, пожалуйста, я загляделся на витрины, мне очень жаль, – Миша собирал пачки сигарет, складывая их сверху на коробки и банки, которые уже успел поднять.

– Это ты маме своей расскажи, слепошарый, – мужчина продолжал потирать ушибленное плечо. Невысокий и худощавый, лицо его, явно бандитской наружности, не предвещало ничего хорошего в продолжение этой ситуации.

– Еще раз извините, – Миша закончил собирать вещи незнакомца и держал их на руках, как на вилах складского погрузчика.