Виктор Мельников – Род. Боги «покинули» нас (страница 5)

Лада оценивающе посмотрела на себя: как медвежонок, вся в грязи, руки, лицо – умора, зато малышей спасла, ой, мамка ругаться будет. Медвежата на кромке ямы смотрят на Ладу и зовут по-своему, им играться хочется. Она начала выбираться, но скользила и скатывалась вниз, раз за разом пыталась, но ничего не получалось.

Упрямства ей не занимать, грязной рукой вытирала пот и видит: к ней приближается громадная лапа с чудовищными когтями, остановилась призывно. Она посмотрела вверх, на неё смотрели, можно сказать, добрые глаза на громадной морде большой медведицы.

Лада без страха схватилась за когтистую лапу, и медведица вытащила её из канавы. Лада отпустила спасительную лапу и со вздохом:

– Ну что, доигрались? Я сейчас вам ягодку дам.

И она из лукошка достаёт ягодку и даёт медвежатам, те сели рядом и протягивают лапки: ещё, ещё.

Лада отдала последнюю ягодку:

– Всё, больше нет, много нельзя, животики будут болеть.

Те урчали и просили: дай.

– Всё, я устала, а мне ещё работать, всё, бегите к мамке, бегите.

Раздалось рычание, малыши застыли и побежали в кусты, и только треск кустов говорил о том, что удаляется очень большой зверь.

Медведица с медвежатами пришли в ягодник показать и научить малышей, но вскоре это им надоело, они затеяли игру, и результат – они свалились в яму. Мамаша видит, кушает ягоду, а одним глазом следит за малышами.

Она услышала и почувствовала запах человека, шерсть на загривке встала, она приготовилась яростно защищать малышей. В этот момент медведица страшна. Но когда она увидела эту маленькую человеческую особь, успокоилась и начала наблюдать. Она видела, как это человеческое дитя помогает её медвежатам, успокоилась.

Потом она снова почувствовала человеческий запах и увидела: из-за кустов появился ещё один ребёнок, это был Горошек.

Горошек видел голову, вернее, макушку Лады, показывающуюся из ямы, а с кем она там говорит, не видит. И вдруг… увидел громадную медведицу, от страха застыл, не шевелится, весь дрожит. Он знал из рассказов взрослых, как опасна медведица с медвежатами.

Медведица напряжённо смотрит на него, опасности нет. Горошек был в шоке, когда из ямы появился один, потом второй медвежонок и как медведица помогла Младе выбраться из ямы. После этого Млада ещё и кормила медвежат.

Три малыша в грязи, в листьях, довольные сидели рядом и уплетали ягоду, малину.

Медведица напряглась, почувствовала, что ещё кто-то приближался, рыкнула, и они скрылись в кустах.

Это Первак вышел из кустов:

– И трясёшься, это я, не бойся.

Видит Горошка.

– Горошек, ты что прячешься?

Горошек всхлипнул:

– Я не боюсь, тише, тише, там, – и показывает рукой в кусты.

А там нет никого, только ветки кустов качаются.

Первак увидел Младу, всю извазюканную в грязи, лицо чумазаное, но довольная, глаза блестят.

– Ну вы даёте, нельзя вас оставить без присмотра. Я что пришёл: пора подзаправиться и решить, что делать, пособирать ещё или сразу домой, как?

Млада развела руки:

– Устала я, братишка, пойдём домой, даже кушать не хочется.

Горошек тоже закивал:

– Домой, домой.

– Ну что, пойдём к собранной ягоде, ну а ты, Горошек, пробежись за Большим, всё мы не сможем донести, Большой нужен.

Горошек подхватился и побежал за Большим, всё озираясь по сторонам.

Расстояние неблизкое, но Горошек бежал домой за помощью, в голове громадный медведь, который смотрит не зло, но это медведь. Тем временем Первак и Млада пришли к собранной ягоде, Первак облокотился о берёзку, Млада рядом пристроилась.

Первак достал краюху хлеба, разделил пополам, дал Младе, и они не спеша жевали. Солнышко грело, ветерка нет, птички пели свои песни, и Млада положила свою головку на колени старшего брата, закрыла глазки и заснула. Первак обнял её, оберегал её сон, он очень любил свою неугомонную красивую сестрёнку.

Горошек, сильно уставший, добрался до дома и сразу к Большому:

– Пойдём, Большой, пойдём к повозке и побежим к нашим, нет, повезёшь меня, там помощь и защита нужна, там… ты большой, сильный.

Постоянно говорил, запрягая Большого, и только хотели тронуться, из дома вышла мама.

– Ты что, Горошек, такой запыханный, что торопишься… что-то случилось?

И Горошка прорвало, и он с пятого на десятое таких страстей наговорил, что у Василисы сердце защемило, она:

– Гост, Гост, беда, бежим.

Гостомысл появился в двери:

– Что случилось?

– Там медведь и дети наши.

Гостомысл схватил копьё, и они побежали в сторону ягодного поля, за ними на тележке Горошек, покрикивая на Большого.

Гостомысл прибавил хода, остальные отстали. У всех в голове медведь, как бы беды не случилось, ведь медведица с медвежатами в лесу не шутка, мало ли.

Разгорячённый Гостомысл, подгоняемый всевозможными образами в голове, выбежал на их ягодную площадку, куда собирали ягоду, увидел детей. Первак, прислонённый к берёзе, голова опущена, у него на коленях Млада вся в грязи. Сердце оборвалось, ищет глазами, где «она»?

Услышав шум и топот, Первак поднял голову, увидел вооружённого копьём отца, удивился, зачем, и прижал палец к губам:

– Тише, Млада спит.

Гостомысл опешил и тихо, крадучись, подходил к детям, оглядывая их. Присел рядом, смотрит на синее небо, редкие белые пушинки облаков, как хорошо, сидит тихо.

Вбежала Василиса, волосы распущены, тревога на лице, глаза горят. Видит: Гостомысл рядом с Перваком, Млада на коленях у Первака. Первак и Гост одновременно подняли палец к губам:

– Тихо, Млада спит.

У Василисы ноги подкосились от нервного напряжения, выступили слёзы от радости:

– ЖИВЫ, ЖИВЫ!

И она присела рядом с любимым мужем. Как хорошо. Но всё «испортил» Большой, он радостно подбежал, гремя повозкой, и облизал грязное личико Млады. Млада открыла глаза, увидела Большого, радостно обняла его, увидела маму, папу.

– Мамуля, я так тебя люблю!

И подбежала к маме, обняла. Напряжение у всех спало.

Семья в сборе, радостные улыбки на лицах. Гостомысл всё ещё в боевом режиме:

– Ну что… всё хорошо, Первак, рассказывай, что привело к такому переполоху.

– Я проверил ягоду на болоте, она ещё не поспела, и пошёл к нашим. Я увидел Горошка, стоит за кустом, какой-то взъерошенный и застывший, спросил у него: «Ты чё?» Он к губам приложил палец и рукой показывает на край поляны. Я ничего не видел, только Млада стоит ко мне спиной и кому-то машет рукой. Я удивился, но Горошек что-то тарахтел про Медведя, я не видел. Тогда я его послал за Большим, чтобы собрать наш урожай. С Младой пришли сюда, пожевали хлебца, и Млада уснула. Тут вы пришли.

Гостомысл крякнул:

– Ну теперь ты, Горошек, только не торопись, подробно, мы никуда не спешим, мы с мамой здесь.

– Ну что ты, тятя, я что, маленький? Понял я, понял. Я набрал корзинку, отнёс её, выложил и пошёл к Младе. Мне показалось странно, она с кем-то говорит, а её не видно. Я встал и её глазами ищу, осматриваю кусты, где она спряталась. Я увидел её макушку, она в яме то появится, то пропадает, ну, думаю, сейчас её испугаю, классно будет, нечего прятаться. Только хотел пойти на поляну, вижу, у ямы показалась голова и что-то тёмное маленькое, пригляделся – на маленького зверька похоже, потом появился второй, это Млада вытаскивала из ямы. Потом я увидел большое тёмное коричневое пятно, очень большое. Смотрю – на меня смотрят большие глаза, они блестят, а голова такая большущая. Я и застыл, ноги, руки не двигаются, страшно. Хотел закричать, но не могу, в голове рассказ, как страшна медведица с медвежатами, крикну, а вдруг она на Младу. Стою, у меня всё от страха отнялось. Вижу… она свою ужасную лапу с когтями к Ладе тянет, когти громадные, на солнце блестят. Я глаза закрыл от ужаса и молитву стал читать.

Горошек прижался к отцу:

– Тятя, мне и сейчас страшно, как вспомню, ведь я ничем не мог помочь Младе.

Гост прижал к себе Горошка: