Виктор Кварц – Архитекторы горизонта: Охота на Левиафана (страница 4)
Глава 5. Мертвая колония.
Провал главного ствола шахты дышал первобытным холодом, не имеющим ничего общего с температурой окружающего пространства. Это был холод мертвой пустоты, вытягивающий тепло не из термокомбинезона, а из самого рассудка. Элиас стоял на краю пропасти, освещая наплечными прожекторами уходящую вниз бездну. Грузовые платформы, на которых рудовозы некогда опускали технику, застыли на разных уровнях, искривленные и вдавленные в стены, словно раздавленные колоссальной невидимой рукой.
– Лифтовые клети уничтожены, – сухо констатировал Оракул, прерывая затянувшееся молчание. – Магнитные направляющие повреждены на отметке минус триста метров. Спуск невозможен.
– Всегда есть технический контур, – хмуро ответил Торн, убирая пистолет в кобуру. В такой темноте от кинетического оружия было мало толку, если противник мог появиться прямо из стен.
Он двинулся вдоль края обрыва, сверяясь с загруженными схемами комплекса «Апекс». Вскоре луч света выхватил из мрака узкую бронированную дверь с выцветшей желтой надписью: «Сектор Амарант. Жилые уровни. Только для персонала». Элиас с силой рванул на себя заклинивший штурвал гермозатвора. Сервоприводы кибернетической руки взвыли, металл жалобно скрипнул, и дверь поддалась, осыпав наемника хлопьями ржавчины и едкой пыли.
За дверью начиналась аварийная винтовая лестница. Она спиралью уходила во тьму, огибая широкую вентиляционную шахту. Торн начал спуск. Его тяжелые магнитные ботинки отбивали глухой, ритмичный такт по решетчатым ступеням. Каждый шаг отдавался эхом, которое, казалось, жило своей собственной жизнью – оно возвращалось искаженным, растянутым, похожим на приглушенный шепот тысяч голосов.
Спустя сорок минут монотонного спуска воздух вокруг начал меняться. Система фильтрации скафандра зафиксировала резкое повышение концентрации тяжелых металлов и органических соединений. На отметке в восемьсот метров Элиас остановился, тяжело дыша.
Лестница закончилась обрывом. Нижний пролет был попросту стерт в порошок, словно его обработали гигантской фрезой на молекулярном уровне. Впереди зияла брешь в бетонной стене, ведущая в жилые кварталы колонии.
Торн активировал маневровые двигатели скафандра и плавно перелетел через провал, приземлившись на усыпанный битым стеклом пол широкого проспекта.
Это был «Амарант» – подземный город, где жили, отдыхали и сходили с ума шахтеры-контрактники. Вдоль длинной, изгибающейся улицы тянулись фасады дешевых баров, модульных борделей, медицинских клиник и узлов связи. Кое-где еще мерцали, истекая кислотным светом, поврежденные неоновые вывески. Они отбрасывали на пыльный пластик стен дерганые, нервные тени.
Здесь не было того стерильного вакуума, что на космической станции. Здесь царила разруха. Улицы были перегорожены баррикадами из перевернутых грузовых глайдеров, разобранных торговых автоматов и кусков арматуры. Колонисты к чему-то готовились. Они от чего-то защищались.
Но защититься от того, что пришло из недр, было невозможно.
Луч прожектора скользнул по первой баррикаде, и Торн замер, инстинктивно потянувшись к кобуре. На нагромождении металла лежали люди. Десятки людей в рабочих комбинезонах. Но они не были убиты взрывом или пулями.
Их тела подверглись чудовищному сплавлению. Плоть, пластик и сталь перемешались, образуя единый гротескный монолит. Рука одного из шахтеров плавно перетекала в ствол плазменного резака, который, в свою очередь, срастался с грудной клеткой его соседа. Лица несчастных застыли в выражении непередаваемого ужаса, их рты были широко открыты, но из глоток тянулись металлические кабели, уходящие прямо в бетонный пол. Фрактальные узоры, мерцающие бледно-синим светом, покрывали эту композицию, пульсируя в такт какому-то невидимому сердцу.
– Оракул, – голос Элиаса дрогнул, несмотря на весь его опыт. – Запиши это. Совет Безопасности должен увидеть, с чем играли корпораты.
– Запись активирована. Фиксирую биосигнатуры, капитан, – в голосе ИИ проскользнула странная, почти человеческая тревога. – Они мертвы с биологической точки зрения. Но нейронные сети их мозга они все еще генерируют слабые электрические импульсы. Они интегрированы в единую цепь. Комплекс использует их как проводники.
Торн почувствовал подкатывающую тошноту. Он отвернулся от баррикады и пошел дальше по улице, стараясь не смотреть на стены, где тут и там виднелись вплавленные человеческие силуэты. Колония стала памятником безумию.
Вскоре он подошел к двухэтажному зданию с укрепленным фасадом – местному пункту службы безопасности «Апекса». Дверь была сорвана с петель, а внутри царил хаос. Опрокинутые столы, разбросанные дата-пады, мигающий аварийный свет. Элиас подошел к главному терминалу на столе дежурного. Экран был разбит, но индикатор питания слабо светился желтым.
Наемник не стал рисковать прямым нейронным подключением, помня о последствиях на корабле. Он достал из подсумка тактический дешифратор и примагнитил его к порту терминала.
– Вытягиваю локальные файлы, – сообщил ИИ. – Система защиты повреждена, доступ открыт. Нашел аудиолог начальника службы безопасности, записанный за шесть часов до тотального отказа систем.
– Воспроизводи, – коротко бросил Торн, не сводя глаз с темного коридора, ведущего вглубь участка.
В шлеме раздался треск статического электричества, а затем зазвучал грубый, хриплый голос, срывающийся на панический шепот:
*«Говорит Ван дер Вег, код авторизации Альфа-Семь. Если кто-то из орбитального контроля это слышит сбрасывайте на нас плазму. Жгите весь сектор. Эти идиоты из научного отдела, эта Вейланд они вскрыли нулевой горизонт. Они сказали, что нашли хранилище Предтеч. Но это не хранилище. Это тюрьма. И они разбудили то, что было внутри*.
*Сначала изменился камень. Он начал дышать. Потом шахтеры. Третья смена спустилась в забой, а вернулось нечто другое. Они не были заражены, нет. Они стали частью шахты. Ковальски выстрелил себе в голову, когда увидел, как его пальцы превращаются в кристаллы изотопа. Но пуля не убила его, она просто растворилась в нем*.
*Мы пытались забаррикадироваться в жилом секторе. Но это бесполезно. Оно меняет физику. Гравитация сходит с ума. Воздух превращается в металл. Они идут сюда. Я слышу, как они поют Господи, они поют голосами машин»*.
Запись оборвалась глухим ударом и звуком рвущегося металла.
Элиас тяжело выдохнул. Ситуация была хуже, чем он мог себе представить. Левиафан, за которым охотился «Апекс», оказался не просто кораблем или древней технологией. Это была сила, переписывающая реальность.
Внезапно пол под ногами Торна мелко завибрировал. Гул нарастал, заполняя пространство комнаты. Висящие в воздухе частицы пыли вдруг замерли, а затем начали медленно закручиваться в идеальные спирали. Гравитация в комнате изменила вектор – наемника резко потянуло к потолку.
Элиас среагировал мгновенно. Он ударил по кнопке магнитных захватов на поясе, и его ботинки намертво прилипли к металлическому полу, не дав ему взлететь. Оборудование в комнате со страшным грохотом рухнуло на потолок, разлетаясь вдребезги.
– Капитан, пространственно-временная флуктуация! – закричал Оракул. – Локальное искажение поля.
Из темного коридора участка медленно выплыло нечто. Оно состояло из переплетенных проводов, кусков брони и деформированной человеческой плоти, собранной в многоногую, асимметричную конструкцию. В центре этого кошмара пульсировало знакомое бледно-синее фрактальное свечение. Существо двигалось рывками, цепляясь металлическими отростками за стены и потолок, игнорируя гравитационные аномалии.
Торн вскинул кинетический пистолет и открыл огонь. Бронебойные пули калибра 12 миллиметров с оглушительным грохотом врезались в массу, выбивая искры и куски плоти. Существо издало пронзительный, скрежещущий звук, похожий на помехи радиоэфира, и метнулось к наемнику с неестественной скоростью.
Элиас отступил на шаг, выхватил с пояса ЭМИ-гранату, сорвал чеку зубами и швырнул ее прямо в центр надвигающейся твари.
– Ложись! – рявкнул он сам себе, падая на пол и закрывая голову руками.
Вспышка электромагнитного импульса на мгновение ослепила визоры. Раздался хлопок, воздух наполнился запахом озона. Искажение гравитации резко отключилось, и обломки мебели с потолка обрушились вниз, погребая под собой бьющуюся в конвульсиях биомеханическую массу. Фрактальное свечение в центре твари потускнело и погасло.
Торн поднялся, стряхивая с плеч бетонную крошку. Его левая рука искрила – ЭМИ-волна задела имплант, но защита выдержала. Он подошел к поверженному существу. В мешанине проводов и плоти виднелся обрывок белого лабораторного халата и бейдж с логотипом корпорации.
Это был только авангард. Сигнал бедствия, ведущий к доктору Вейланд и ее данным, исходил с еще более глубокого уровня – из научного крыла, расположенного прямо над эпицентром аномалии.
Элиас перезарядил пистолет, загнав в патронник новый магазин. Страха больше не было. На его место пришла холодная, расчетливая ярость хищника, загнанного в угол. Он перешагнул через дымящиеся останки и вышел обратно на мертвые улицы «Амаранта». Путь к истине лежал через ад, и Торн был готов спуститься на самое его дно.