Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга третья (страница 49)

Елизавета Максимовна Филимонова стала супругой купца первой гильдии Федора Памфиловича Памфилова (1824–1889) – дворянина, фабриканта и почетного гражданина из крупнейшего подмосковного старообрядческого и текстильного центра города Богородска (с 1930 года – Ногинска, известного с 1935 года любителям музыки по фабрике граммофонных пластинок). Фамилия «Памфилов» (через «м»!) происходит от греческого «Памфил»: «всеми любимый». Так что распространенное написание фамилии «Панфилов», через «н», не более чем искаженное первоначальное звучание имени, но не наоборот. В европейской России семья Памфиловых пользовалась широкой известностью. Так, в знаменитой энциклопедии Ефрона и Брокгауза упоминается московский священник Памфилов Иоанн Иоаннович (?– 1794), духовник Екатерины II. По личному указанию императрицы высокообразованный И.И. Памфилов, свободно владевший латинским, был введен в состав Синода. Академия наук избрала его своим членом и привлекла к составлению словаря русского языка. По некоторым данным И.И. Памфилову принадлежала усадьба с двухэтажным домом и церковью (1756) в Успенском в пригороде Богородска, частью сохранившаяся до нашего времени. Его наследник Ф.П. Памфилов основал в Успенском одну из богородских мануфактур. После кончины Федора Памфилова в Богородске (илл. 237, стр. 132) его сыновья создали в конце девятнадцатого столетия Богородско-Успенскую писчебумажную, бумаготкацкую и прядильную фабрику торгово-промышленного товарищества и дома братьев А., В., К. и С. Памфиловых. Наверное, неслучайно в окрестностях Ногинска возникла деревенька под названием Памфиловка.

По семейным преданиям Федор Памфилов в молодые годы оказался в Сибири по купеческим делам. В пути его ограбили, затрудненные финансовые, а, возможно, и другие, сугубо личные обстоятельства задержали путника в Тюмени. Несмотря на то, что в городе купец оказался случайно и ненадолго, он успел здесь присмотреть себе в жены сибирячку, надо полагать, достаточно пригожую и не без приданого, если уж в Подмосковье не смог найти себе достойную супругу. Так иди иначе, но он сошелся здесь с Елизаветой – купчихой первой гильдии, поправив, надо полагать, свои запущенные финансовые дела. По возвращении вместе с супругой на родину Федор Памфилов имел от этого брака несколько детей, среди них пятеро сыновей, в том числе старшего – Алексея, уроженца Богородска[3] (Успенки), (илл.238). При поддержке богатого отца Алексей Федорович Памфилов закончил Богородское фабрично-заводское училище, а затем, благодаря близости города от Москвы, получил солидное, вероятно, техническое столичное образование.

Первое посещение Тюмени А.Ф. Памфиловым (илл. 239), как можно предполагать – по совету родителей, состоялось в начале 1880-х годов. Будучи доверенным лицом своей матери, он участвовал в разделе совместного имущества, оставленного по завещанию его теткой тюменской купчихой первой гильдии А.М. Филимоновой. В Богородск А.Ф. Памфилов как заводчик по обстоятельствам, о которых можно только догадываться, больше не вернулся. По всей вероятности, хлопчатобумажное производство отца испытывало затруднения, вызванные далеко не равной конкуренцией с мощной текстильной Богородице-Глуховской и соседней Орехово-Зуевской мануфактурами семьи Морозовых. Отсутствие для капитала Памфиловых свободной «ниши» в сравнительно небольшом городишке и стало причиной частичной их перекачки в Сибирь, а, стало быть, переезда одного из наследников в Тюмень. Подобного рода предпринимательский ход, вызванный необходимостью сохранения и приумножения состояния за счет его приложений в других, менее обжитых краях, был весьма распространен в России во второй половине девятнадцатого века. Впрочем, как совладелец Богородице-Успенской фабрики, оставленной на попечение младших братьев, Алексей Памфилов постоянно черпал средства для развития своей Чернореченской фермы из прибылей семейной мануфактуры. Один из его братьев Николай Федорович (1852–1889) проживал в Тюмени, где и скончался в сравнительно молодом возрасте.

В соответствии с условиями раздела недвижимого имущества чернореченское имение в 1883–1886 годах было разделено на две части. Одна из них, с Ушаковской дачей и водяной мельницей на устье окрестной речки Балды, оставалась за дочерью А.М. Филимоновой и двоюродной сестрой А.Ф. Памфилова по матери Юлией Федоровной Левитовой (в девичестве – Филимоновой). Она стала женой бывшего студента Новороссийского университета, а позже – можайского купца второй гильдии И.С. Левитова. Вторая половина имения с усадьбой и постройками при ней отходила Е.М.Памфиловой, а по сути дела – ее сыну А.Ф. Памфилову (цвет. илл. 240). Кроме того, Алексей Федорович приобрел в Тюмени за рекой Тюменкой двухэтажный каменный дом с флигелем, садом и многочисленными службами. Он располагался по улице Никольской (Луначарского) в приходе Кресто-Воздвиженской церкви по соседству с усадьбой мещанина Кухтерина (илл.241). Этот дом до 1881 года принадлежал надворному советнику Н.О. Котовскому, а позже – тетке Памфилова. К нашему времени дом не сохранился. Он стоял рядом с двухэтажной гостиницей, на месте которой и памфиловского дома в начале десятых годов двадцатого века купцы Колокольниковы построили коммерческое училище, теперь – строительная академия. Насколько я могу судить из имеющихся у меня материалов, А.Ф. Памфилов и его семья с 1886 года и с некоторыми перерывами до октябрьского переворота целиком арендовали у Левитовой принадлежащую ей вторую половину имения (цвет. илл. 242). По договору аренды Памфилову были предоставлены такие широкие права, что по сути дела он стал полновластным хозяином всего имения.

Супругой Алексея Федоровича стала Анна Яковлевна Вардроппер (1861, Екатеринбург–1920, Тобольск, илл. 243), дочь известных в Тюмени английских подданных, предпринимателей и судовладельцев Джеймса (Якова) Романовича из шотландского города Абердин и Агнессы Вильгельмовны (Васильевны) Вардроппер, урожденной Кэркхоуп. Она родилась в городе Домбартон в Южной Шотландии, скончалась в Тюмени в 1915 году. Яков Вардроппер умер и похоронен в Тюмени в 1897 году. Интересно, что его родной город Абердин сейчас, когда пишутся эти строки, у телезрителей постоянно на слуху как морской порт и база подъема со дна Баренцева моря атомной подлодки «Курск». Знакомство А.Ф. Памфилова со своей будущей супругой состоялось в Екатеринбурге в одну из его поездок в этот город. Анна Памфилова оказалась на редкость деятельной и предприимчивой женщиной, энергичной настолько, что почетное звание первооткрывателя сибирского маслоделия она разделяет со своим супругом почти наравне. Сказалось, видимо, влияние шотландской крови, а также своих знаменитых предков – древних кельтов. О ее земляках говорят, что шотландец может внезапно сорваться с насиженного места и уехать на другой конец света по причине, которую объяснить он не может даже самому себе, и проявить там такую предприимчивость, о которой аборигены понятия не имеют, не смеют и мечтать...

Что представляла собой Черная Речка к 1886 году, когда туда впервые на правах хозяина приехал А.Ф. Памфилов? В имении – винокуренный завод, плотина, три мукомольные мельницы, несколько сараев, подвалов и амбаров, караульная изба, бондарная, кузница, стеклоделательная и гончарная фабрики. Все постройки деревянные и одноэтажные. Следовательно, основатель сибирского маслоделия свой доходный бизнес начал не с нуля. Другое дело, что из запущенных строений он в самое короткое время создал образцовое хозяйство из паровой маслобойни (илл. 244), сыроварни и маслодельни (илл. 245), полностью сменив профиль производства. Немаловажно удачное совпадение времени основания фермы и окончания строительства железной дороги Екатеринбург – Тюмень: со сбытом продукции проблем не было. На берегу пруда в саду А.Ф. Памфилов выстроил деревянный двухэтажный дом с обширной террасой (илл. 246). В ней летом размещались стол с неизменным семейным самоваром, венские стулья, мягкая, обитая бархатом мебель, плюшевый диван и рояль (цвет. илл. 247). От террасы к пруду и купальне с башенкой спускалась лестница. На другом берегу пруда стоял дом Левитовых, ставший гостевым приютом для многочисленных друзей и родственников Памфиловых, в том числе для семьи родителей Анны Яковлевны – Вардропперов. Породнившись, Памфиловы и Вардропперы многие годы жили очень дружно.

Рядом с господским домом в саду располагалась спортивная площадка (илл. 248), за ней в удалении – пасека. В саду, отдавая дань традициям паркового ландшафта, Памфилов соорудил каменный грот с беседкой наверху (цвет. илл. 249). Зимой для своих детей и местных крестьянских ребятишек устраивались ледяные горки (цвет, илл. 250) и катание на санях в масленицу (илл. 251). За отгороженным садом возвышалось солидное здание сыроварни, выстроенной в 1888 году (цвет. илл. 252). В моем архиве сохранился ее чертеж с автографом А.Ф. Памфилова, выполненный в июне 1906 года, с помещениями сыроварни, маслодельни, котельного, машинного, колодезного и холодильного отделений. Там же размещались лаборатория и кабинет-приемная управляющего.

В семье Памфиловых было девять детей. Все летнее и зимнее каникулярное время они проводили в Черной Речке. Яркие впечатления детства от пребывания в имении, любовь к замечательному уголку сибирской природы сохранились у них на всю жизнь. Родители дали им прекрасное образование: гимназия в Тюмени, немецкий пансион в Дерпте, английский – в Лондоне. Старшая дочь Елизавета уже в зрелом возрасте написала замечательные стихи, посвящённые жизни и настроениям обитателей имения. Первая публикация части этих стихов уже состоялась (книга вторая, страница 326). Чтобы не нарушать как логику повествования, так и впечатление о стихотворном опыте Елизаветы Памфиловой, я позволил себе некоторые повторения.