Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга третья (страница 50)
А вот их продолжение, написанное несколько позже:
К поэтическому творчеству можно относиться по-разному. Одни воспринимают стихи как удовольствие от образного языка и удачных сравнений, от метких слов и остроумных выражений. Другие ищут в них возможность получения определенного душевного настроения от стихотворения в целом (вспомните сонеты Шекспира). Третьи надеются найти при чтении стихотворений и первое, и второе. Ностальгией о невозвратном и счастливом былом до сердечной боли проникнута каждая из опубликованных здесь поэтических строк Е. Памфиловой.
Славу зачинателя сибирского маслоделия современники приписывают разным людям. В Кургане, например, отсчет ведется с января 1894 года, когда в селе Утятском Курганского уезда приезжий петербуржец А.А. Вальков арендовал пустую крестьянскую избу и стал по дешевой цене скупать молоко для переработки его на масло. Он впервые познакомил сибирских крестьян с механическими маслобойками и сепараторами шведских фирм «Корона» и «Альфред Нобель». Несколько раньше Валькова на скупке топленого масла у крестьян-частников разбогател тюменский купец Пятаков. Год спустя правительственный чиновник – специалист по молочному делу В.Ф. Сокульский основал в деревнях южной части Тобольской губернии первые в Сибири маслодельные крестьянские артели-кооперации. Деревни эти размещались на территории Ялуторовского уезда: Морево, Митино, Скородум, Киселева, Дубровское, Суерка и др. Сокульский, кстати, был учеником основателя российской маслодельной промышленности Н.В. Верещагина, старшего брата известного художника-баталиста.
В Морево Сокульскому удалось быстро наладить работу завода благодаря поддержке его инициативы крестьянином Деевым, ранее работавшим у Памфиловых в Черной Речке.
Следует подчеркнуть слова «ранее работавшим». Они имеют ключевое значение, так как определяют приоритет Памфиловых: их молочная, сыроваренная и маслобойная ферма была основана в марте 1986 года. Другими словами, на восемь лет раньше курганцев. К этому времени Анне Яковлевне было всего 25 лет (илл. 253), а ее супругу – за тридцать. Чрезвычайно важно, что на Черной Речке Памфиловы соорудили в современном понятии образцовый завод с паровым машинным приводом, а не просто кустарное ручное производство. Уже в 1887 году Памфиловы получили медаль Министерства государственных имуществ за участие в Губернской выставке сельских производителей. Несколько позже, в 1895 году, они стали обладателями большой серебряной медали Курганской сельскохозяйственной и кустарной выставки «за хорошую постановку молочного хозяйства и устройство первой в Западной Сибири сыроварни и маслодельни, за сыры «бакштейн» и «швейцарский», за выведение прекрасных сортов хлебов и стремление распространить их среди крестьян, за работы мастерской сельскохозяйственных орудий и машин, за растительные масла парового маслобойного завода». Экспозицию чернореченского завода на Курганской выставке посетил министр земледелия и государственных имуществ А.С. Ермолов. Пояснения министру давал сам А.Ф. Памфилов. Тогда же первый сибирский паровой маслобойный завод стал обладателем большой серебряной медали Императорского московского общества сельского хозяйства. Такие награды стали возможны только благодаря наработанному заводом в течение нескольких лет всероссийскому признанию.
К организации фермы Памфиловы подошли с необыкновенным для местных условий размахом. Алексей Федорович имел связи с машиностроительными предприятиями текстильного профиля Великобритании еще по работе своей Богородице-Успенской мануфактуры. Они позволили ему оснастить ферму машинами и котлами английских фирм. Кроме того, Анна Яковлевна, многократно навещавшая родственников в Шотландии, выписала и приобрела по совету супруга английское маслобойное и сыроваренное оборудование, привезла техническую литературу по технологии того и другого производства, в том числе – сыров «швейцарский» и «бакштейн». Более того, пользуясь британскими связями, наладила экспорт своего сибирского масла в Англию и Германию. Вот отчего высококачественное сибирское масло стало известно в Лондоне и Баварии, включая столы королевы Виктории и немецких бюргеров. Уместно вспомнить, что в более позднее время на столе английского премьер-министра Уинстона Черчилля любимым российским продуктом, наряду с армянским коньяком, была тюменская сосьвинская селедка...
Супруги Памфиловы (илл. 254) достаточно мудро разделили свои производственные обязанности. Анна Яковлевна руководила всем домашним хозяйством (няня, горничные, экономки, кухарки и прачки). Хлопотала о состоянии засеянных полей (илл. 255), завела ферму породистого молочного скота из 110–130 голов во главе с быком шотландского происхождения, выписанного также из Англии, наладила инкубаторное выведение цыплят, взяла в свои руки все торговые операции, включая зарубежные, в том числе жмыхом в Германию. Алексей Федорович, обладавший инженерным мышлением и мужской смекалкой, руководил строительством, планировал и контролировал всю механическую часть завода и паровой мельницы. Организовал научный контроль молочного дела: ежедневные замеры кормов и надоя, жирности и плотности молока утром и вечером с помощью приборов Гербера – бутирометра и ареометра-лактоденсиметра, и др. Под его началом находились кузница, где своими силами изготовлялись плуги собственной оригинальной конструкции и другие полевые орудия, конный двор с английскими лошадями, пасека. Плуг оказался настолько необычным, удобным в сельском хозяйстве и доступным по цене крестьянам, что Памфилов отправил образец своего изделия в Тобольский музей. Вся семья, включая детей, освоила верховую езду.
Известный знаток сельского хозяйства Зауралья губернский агроном Н.Л. Скалозубов в 1895 году посетил Черную Речку и подробно обследовал хозяйство Памфиловых. В кратком отчете о поездке, опубликованном тогда же, он отметил проведение трехпольной системы земледелия, хорошую сортировку семян различных сортов, образцовые кузницу и паровое хозяйство, механический обмолот зерна, богатый перечень товарного производства. Кроме сливочного, владельцы имения продавали подсолнечное, льняное, конопляное, горчичное и маковое масло. Торговали семенами, зерном, плугами и боронами, олифой, сыром, медом, пищевым жиром и жмыхом (илл. 256). С сохранением качества постоянно снижалась цена на продукты. Непрерывно велись метеорологические наблюдения.
Памфилов был не только знатоком техники, но и всесторонне увлеченным человеком. Например, построил на пруду водный велосипед с ручным рычажным приводом и лопастными гребными колесами (илл. 257). Одним из первых в Тюмени установил у себя в городе и провел в 1897 году на Черную Речку телефон. Честно говоря, не могу представить себе: каким образом на расстоянии нескольких десятков километров от головной станции Памфилов сумел сохранить нормальную слышимость при существующем тогда уровне телефонной связи и без ретрансляции? А может, впервые использовал именно ее, известную к тому времени релейную ретрансляцию, либо провел на столбах два медных провода, что для Тюмени тех лет было новинкой? Обожал поездки на обычном велосипеде по окрестностям Черной Речки с фотоаппаратом на плече и был, по сути дела, первым фотолюбителем-непрофессионалом в Тюмени. Как всякий неравнодушный и деятельный инженер, следил за публикациями по достижениям науки и новой техники, собрал в доме у пруда богатую техническую библиотеку. Ко всему этому стоит добавить его увлечение живописью на профессиональном уровне, о чем у читателя уже сложилось определенное впечатление по акварелям Памфилова, размещенным здесь по ходу повествования. Склонности к рисованию перешли от отца к детям. Например, одна из дочерей, Маргарита, закончила Рериховское художественное училище. Акварели А.Ф. Памфилова с видами Черной Речки, их около полутора десятков, сохранились в архиве потомков семьи в Екатеринбурге. Мне удалось переписать их сканированием на дискету и обзавестись цветными копиями. Не затерялся и хранится в Екатеринбурге альбом с фотографиями его же работы, сделанными в начале 1890 и по 1906 год.
В Тюмени и в окрестных с Черной Речкой деревнях купец первой гильдии и потомственный почетный гражданин А.Ф. Памфилов имел непререкаемый авторитет. В первую очередь этому способствовали его высокие нравственные качества. Достаточно сказать, что с первых лет работы на Черной Речке Памфилов мог пойти по кратчайшему пути для личного обогащения, сохранив строения винокуренного завода и продавая популярный для России во все времена горячительный напиток. В самом начале своей деятельности он даже получил разрешение тюменских властей на открытие в городе питейного заведения. Будучи, однако, решительным противником спаивания народа и принципиальным трезвенником, он разрушил винокуренное производство и построил на его основе молочную и сыроваренную ферму. Уважая труд местных крестьян и способствуя их благосостоянию, организовал продажу им дешевого пищевого жира, создал, как принято говорить сейчас, множество рабочих мест на ферме и в своем доме.