Виктор Кашкевич – Мифология «Ведьмака» (страница 13)
Самое заметное фантастическое допущение во вселенной «Ведьмака» — чудовища. Но это и основной логический элемент, ведь без чудовищ не было бы и ведьмаков. Так что же они собой представляют в картине Витчерленда?
Согласно мнению главных экспертов в этом вопросе, ведьмаков, своим существованием чудовища обязаны Сопряжению Сфер — природному катаклизму вселенского масштаба. В незапамятные времена неведомым образом и по неизвестной причине несколько параллельных миров столкнулись. Что с ними случилось после этого, доподлинно неизвестно: либо они были разрушены и из обломков разных миров возник один — Витчерленд, либо они благополучно разошлись по своим «орбитам», при этом каждый оставил в Витчерленде частичку себя.
Ведьмаки говорят, что чудовище — «реликт периода Сопряжения Сфер», неразумное существо, выдернутое из родной среды и попавшее в Витчерленд. В своих мирах все эти лешие, упыри и кикиморы занимали каждый свое место в цепочке питания, а после перемещения собственную экологическую нишу утратили. Им пришлось адаптироваться к жизни в чужом мире, в том числе с помощью мутаций. Так появились трупоеды, риггеры и, например, речные жагницы.
Худо-бедно приспособившись, чудовища из иных миров все равно не вписывались в биосферу и доставляли массу неудобств новым соседям. Уничтожая таких тварей, ведьмаки, по сути, на бытовом уровне выступали кем-то вроде дезинсекторов.
В Витчерленде есть еще один вид чудовищ — так называемые жертвы, или порождения, проклятий. Наиболее яркий пример — небезызвестная принцесса-стрыга. Такой монстр мало чем отличается от реликта Сопряжения. Он мыслит лишь инстинктами, не имеет своей биологической ниши, представляет опасность для других обитателей биосферы.
Такие монстры рождаются на свет лишь из-за хаотических искажений пространства, возникающих из-за все того же Сопряжения Сфер.
Кстати, как раз умение управлять хаотическими искажениями пространства и называется магией. Магия появилась в Витчерленде именно после Сопряжения, из-за нее же стали появляться и ложные чудовища — это, как правило, представители разумной расы, на которых наслали проклятие или порчу. Примером служит и Нивеллен из авторской переделки «Красавицы и чудовища», главный герой рассказа «Крупица истины» из сборника «Последнее желание». Геральт прямо говорит, что он «никакое не чудовище», а его монструозное обличье — «результат сглаза». Конечно же, вспоминается и Дани/Йож из рассказа «Вопрос цены», с которого начала развиваться тема Предназначения и Права Неожиданности:
И все же при наличии монструозной внешности, а иногда даже и некоторых повадок, присущих чудовищу, подобные существа сохраняют разум и в своем поведении руководствуются им, а не инстинктами.
И наконец, живет в этом мире целый класс существ, которых кто-то назовет настоящими чудовищами, а кто-то — ложными, поскольку, по сути, это скрытые народы Витчерленда. Драконы, высшие вампиры, допплеры (или доппельгангеры), сильваны, сирены, рыболюди, стучаки, корреды и барбегазы. Всех этих «монстров» объединяют наличие разума и малочисленность вида — достаточная для того, чтобы их отличие от других рас считалось чудовищным.
Корриган, фея или гном в бретонском фольклоре. Открытка неизвестного художника, 1899 г.
Драконы — самый опасный из врагов человечества как цивилизации. Это единственное существо, способное уничтожить целый город, и жертв будет тем больше, чем крупнее город и чем выше его стены. Там, где обитает истинный дракон, строить укрепленные поселения нет никакого смысла. А люди, рассеянные по большой площади и лишенные защиты высоких стен, — легкая добыча уже для «истинных» чудовищ вроде упырей и кикимор.
Из новеллы «Предел возможного» мы знаем, что большие истинные драконы разумны, у них есть имена, они могут общаться между собой на расстоянии. Есть у них даже свой защитник народа, условный драконий ведьмак.
Золотой дракон Виллентретенмерт откликнулся на просьбу о помощи драконицы Миргтабракке, которую отравили люди, и взамен получил ее сокровище — новорожденного дракончика. Виллентретенмерт более чем разумен, владеет магией полиморфизма и изначально предстает перед нами в образе человека — жизнелюбивого рыцаря Борха по прозвищу Три Галки. При этом он отмечает, что обычно «для драконов нет ничего более отвратительного, чем человек. Человек пробуждает в драконах инстинктивное, нерациональное отвращение».
Носфераты — немногочисленный разумный народ, выброшенный из родной среды в чужой мир. К новым условиям они вынуждены были приспосабливаться в условиях жесточайшей конкуренции. В отличие от низших вампиров, высшие кровью не питаются: содержимое человеческих жил для них — аналог алкоголя.
Безусловно, такие пристрастия — настоящий бич для более слабых в физическом плане людей, но все же носфераты опасны для человека не более, чем дриады или скоя’таэли, и вполне могут сосуществовать с другими народами — так же как краснолюды или эльфы, что селятся в человеческих городах. И в принципе носферат, отказавшийся от употребления крови подобно принципиальному трезвеннику, не представляет для окружающих никакой экстраординарной опасности. Единственный известный нам по книгам представитель этой расы — Эмиель Регис Рогеллек Терзиефф-Годфрой, ставший Геральту другом и соратником.
Дракон, отгоняющий других животных. А. Темпеста, 1600 г.
Не опасны для человека и допплеры, уже упоминавшиеся раньше, — удивительная раса разумных созданий, способных принимать облик биологически близких к ним существ. Затесавшись в волчью стаю, допплер превращается в волка и живет по волчьим законам. Попав же в человеческий город, он превратится в человека, низушка или иного представителя цивилизации, чтобы успешно влиться в социум и жить уже по его правилам. Допплер может даже завести семью, и никто не догадается, что почтенные отец или мать семейства не те, за кого себя выдают.
Кракен. Иллюстрация из книги «Естественная история земноводных плотоядных Р. Гамильтона, 1839 г.
Сирены, как считают обыватели Витчерленда, являются морскими чудовищами, которые способны губить моряков, а управу на них может найти только ведьмак. Однако в рассказе «Немного жертвенности» из сборника «Меч Предназначения» между сиреной Шъееназ и человеком — князем Агловалем — разыгрывается любовная драма. Мы узнаём, что у этого народа есть свой язык, основанный на Старшей речи и удивительно певучий, что под водой их много и они имеют некоторое влияние на подводных жителей. Собственно, само наличие развитого языка как нельзя лучше свидетельствует о сложной социальной структуре.
Геральт отмечает, что сирена может позвать себе на помощь кракена, таящегося в глубине. А чуть позже Шъееназ помогает Геральту ускользнуть от другой подводной расы, более опасной и воинственной, появившись верхом на большом сером дельфине. Словом, безобидными сирен назвать тоже нельзя: они могут за себя постоять. Кроме того, как обмолвилась поэтесса Эсси Давен по прозвищу Глазок, «сирены не везде и не всегда бывают доброжелательными», добавив загадочное «известны случаи…».
Упомянутую выше подводную расу в том же рассказе называют рыболюдьми.