Виктор Канюк – Долг выжившего (страница 2)

Глава 2

Глава 2. «СтройМастер»

15 апреля, среда.

Артём не знал, сколько времени он просидел, обнимая колени. Может, минуту. Может, десять. Время сломалось — растянулось, как жвачка, прилипшая к подошве, и уже не имело значения.

Его трясло.

Мелкая противная дрожь шла откуда-то из глубины живота, поднималась к плечам, заставляла зубы выстукивать дробь. Ладони были липкими от крови — чужой, подсыхающей, стягивающей кожу тёмной коркой. Под ногтями тоже было красное.

Жёлтая курточка. Пять лет. Красные сапожки. Среда, обычная среда.

Он зажмурился, помотал головой, прогоняя картинку. Не помогло.

— Вода, — прошептал он, просто чтобы услышать собственный голос. — У меня есть вода.

Рюкзак валялся рядом. Лямка надорвана. Артём дёрнул молнию непослушными пальцами. Внутри — обычный студенческий набор: тетради с конспектами по сопромату, пауэрбанк, наушники, старая шаурма в фольге, помятая пачка сигарет. И бутылка. Пол-литра. Он купил её утром, даже спасибо не сказал продавщице.

Он открутил крышку и начал пить. Вода была тёплая, с привкусом пластика, но сейчас она казалась самой вкусной вещью на планете. Он глотал жадно, пока не опустошил бутылку наполовину. Вода потекла по подбородку, закапала на джинсы. Часть попала не в то горло — закашлялся, согнулся, вытер рот рукавом.

Стало чуть легче. Дрожь не прошла, но хотя бы перестала быть такой сильной.

Он впервые поднял голову и осмотрелся.

Магазин был средних размеров — два этажа, соединённых эскалатором, который сейчас не работал и застыл мёртвой лестницей. Первый этаж: электрика, сантехника, кафель, ламинат. Высокие стеллажи уходили в полумрак — обычное освещение отключилось, горели только аварийные лампы жёлтого света. За широкими окнами, закрытыми рольставнями, угадывался серый апрельский день — по звуку было слышно, как с крыши капает.

Пахло цементной пылью, краской, резиной от шлангов и ещё чем-то — резким, кисловатым. Муравьиная вонь с улицы.

Сколько их здесь? Артём пробежался взглядом по лицам.

Мужчина в оранжевом жилете — тот самый, что втянул его внутрь. Продавец или грузчик. Лет пятьдесят, залысина, живот, но в плечах ещё чувствовалась сила. Сидел прямо на полу у двери, привалившись спиной к косяку, и бездумно смотрел в одну точку.

Ещё трое мужиков сбились в кучу у стенда с инструментами. Один — высокий, в дорогой куртке, с аккуратной бородкой. Второй — постарше, лет шестидесяти, седой, с большими рабочими руками. Третий — совсем молодой, почти пацан, бледный до синевы.

Две женщины. Одна — полная, в цветастом платке и с авоськой, из которой торчал батон. Вторая — моложе, с размазанной тушью под глазами, раскачивалась взад-вперёд, прижимая сумочку.

И девочка-подросток. Лет шестнадцать, худая, в джинсовке. Сидела на перевёрнутом ведре из-под краски, прижимая к груди правую руку. Рука была разодрана от локтя до запястья — три глубокие борозды, края рваные, внутри ещё сочилось красное. Девочка не плакала. Просто смотрела в стену абсолютно пустыми глазами.

Артём отвёл взгляд и тут услышал знакомый голос.

— Тёма?.. Тёма, ты? Живой?

Он повернулся.

Из дальнего угла, из-за стеллажа с рулонами обоев, вышли трое. Первым — Кирилл. Очки на пол-лица, вечно взлохмаченные тёмные волосы, спортивная фигура. Он был в той же толстовке, что и вчера на парах.

За ним — Дэн. Субтильный, нервный, с вечной щетиной и красными от недосыпа глазами. Его трясло ещё сильнее, чем Артёма.

И Лера. Невысокая, с короткой стрижкой под каре, в чёрной косухе поверх футболки с какой-то рок-группой. Лицо бледное, но взгляд цепкий. Испугана, но держится.

— Пацаны... — выдохнул Артём. — Лера... Вы откуда?

— С той же остановки, — Кирилл подошёл ближе, опустился на корточки. — Мы на следующем автобусе ехали. Когда началось, водила просто бросил руль и убежал. Мы пешком добрались.

— Пешком... — повторил Артём и вдруг истерически хохотнул. — Пешком. Через это всё.

— Ну, почти бегом, — Дэн нервно усмехнулся. — Я чуть не обоссался, честно. Ты видел, что там?

— Видел.

Повисла пауза. Дэн потёр лицо ладонями.

— Я видел, как оса утащила бабу с остановки. Прямо в воздух подняла и утащила. Она орала, орала, а потом просто... пропала.

— А я видел, как муравей вошёл в маршрутку, — тихо сказала Лера. — Передними лапами разорвал крышу, как консервную банку, и залез внутрь. Половину пассажиров просто размазало. Остальных он жрал. Я слышала, как хрустело.

Она замолчала. Руки, скрещённые на груди, побелели от напряжения.

— Дайте сигарету, — сказала она.

Артём машинально полез в рюкзак, достал помятую пачку. Одна сигарета сломалась, другая уцелела. Лера взяла её, сунула в рот. Зажигалки не было. Так и осталась сидеть с незажжённой.

— Блядство, — резюмировал Дэн. — Мы в полной заднице. Вы понимаете это? Мы в полной, абсолютной заднице.

— Заткнись, — устало сказал Кирилл.

— Нет, ну а чё заткнись?! Там снаружи гигантские муравьи жрут людей! Осы рвут на части! Города больше нет! Мы сдохнем здесь, в этом долбаном строймагазине, среди кафеля и унитазов!

— Дэн, — Лера сжала его плечо. — Истерика не поможет.

— А что поможет?! Молитва?!

— Тише! — рявкнул мужчина в оранжевом жилете от двери. — Тише, сказал! Они на звук идут!

Дэн осёкся, зажав рот ладонью. В тишине стало слышно, как снаружи что-то скрежещет по асфальту — медленно, размеренно. Все замерли. Скрежет приблизился, замер у двери — и через несколько бесконечных секунд начал удаляться.

— Пронесло, — выдохнул Кирилл.

— Это сейчас пронесло, — буркнул мужик в жилете. — В следующий раз может и не пронести. Так что орать не надо.

Лера криво усмехнулась, вытащила изо рта сигарету, убрала в карман. Посмотрела на Артёма.

— Ты как вообще? Ты в крови.

— Это не моя. Сверху накапало. Там мужика одного разорвали. В воздухе.

— Охренеть.

— Ага.

Он снова отхлебнул из бутылки. Осталось на донышке. Протянул Лере.

— Будешь?

— Уверен?

— Пей.

Лера сделала пару глотков, передала Кириллу. Тот смочил губы. Дэн отказался — мутило.

— Надо понять, что у нас есть, — сказал Кирилл, возвращая бутылку. — Мы в строительном магазине. Это плюс. Инструменты, материалы, может, еда в подсобке.

— Еда? — хмыкнул Дэн. — Мы реально будем думать о еде? Сейчас?

— А ты предлагаешь не думать? Через сутки захочешь жрать. Через двое будешь готов жрать крыс. Через трое — начнёшь смотреть на окружающих. Давай, расскажи, как планируешь выживать без еды и воды.

Дэн замолчал. Крыть было нечем.

Артём обвёл взглядом остальных. Четырнадцать человек всего. И только один вход, который кое-как выдерживает удары.

— Надо обработать ей руку, — вдруг сказал он, кивая на девочку. — Если рана загноится, она умрёт.

— С чего ты взял, что мы тут надолго? — спросила Лера. — Может, военные уже едут. Может, через час всё кончится.

— Может. А может, и нет. И тогда ей понадобится рука.

Лера посмотрела на него долгим взглядом. Потом кивнула.