Виктор Федоров – Закат Бессмертия (страница 4)
Собеседника выбирать не приходилось, да и покорный серый плащ был не лучшим источником сведений. Но время ползло вперед со скоростью улитки, а вопросы вертелись на языке. Рик ловил краем уха чужие шепотки, догадывался, что за его спиной обсуждают много чего интересного.
Поэтому Рик спросил улицу, не утруждая себя поворотом головы:
— Дела идут так себе, верно?
Тишина. Не удержавшись, он покосился влево, чтобы увидеть, как брови Баси слегка приподнялись. Вот и весь ответ. Понятно. Пожалуй, следует уточнить.
— Я с вами не так давно, но уже достаточно, чтобы заметить: эта… этот… В общем, Черная мантия все время как на иголках.
Тишина.
— Могу понять. Город штурмует хренова армия, весь мир на грани. Но смотреть стоит не на то, что лежит на поверхности, а на то, что скрыто. Прошло уже достаточно времени, чтобы Вильгельм наконец подобрал нужные слова и вышел к людям. Но нет. Если верить моим ощущениям, хоть что-то пытается делать только Морн. А это выглядит довольно паршиво. Ведь от государственного совета, по словам Райи, остались главный старик да церковник. Остальные либо предатели, либо покойники.
Он прикусил язык, сообразив, что причислил отца Райи к покойникам. Хорошо, что она этого не услышала.
После небольшой паузы Бася все же ответил:
— Не только. Но Урбейн — единственный, кто пользуется всеобщим уважением и обладает достаточным весом, чтобы считаться вторым после Вильгельма.
— Как Байрон в Фароте?
— Именно так.
— Одна семья, как-никак. Какой он?
— Не встречал.
— А по слухам?
Минутное раздумье.
— Толпам вещают обычные священнослужители. Святой отец спихнул на них большую часть забот, а сам занят своими делами, какими бы они ни были. И это хорошо. Для всех. Если он вдруг окажется рядом и прознает о наших делах и твоей шее, долго мы после этого не проживем.
Понять, шутит Бася или говорит серьезно, было невозможно. Однако резон в его словах был.
— Я не об этом. Не совсем об этом. Здорово, конечно, что Морн пытается хоть что-то сделать. Сомнительная привилегия — вариться в самом центре котла, но что есть, то есть. При этом обычные люди чувствуют себя брошенными. Пропаганда священников и шепотки, которые Черная мантия распространяет через своих людей в городе, — этого недостаточно. Что может быть хуже, чем оказаться в осажденном городе? — Рик слегка повернул голову. — Оказаться в осажденном городе, где все жители — злые как собаки.
Бася пересекся с ним взглядом. Его молчаливость могла бы раздражать, но Рик был не против поговорить сам с собой, выплеснуть то, что крутилось на языке. Это помогало думать. Он указал подбородком на закрытые лавки:
— Такой печальной картины не было даже в Фароте, хотя кратер там размером с дыру в… В общем, большой. А по периметру торговля и вовсе бушевала, особенно когда город прикрыли. Настоящий торгаш всегда успеет нажиться на чужих бедах. А тут ни всплеска, ничего. Увядание.
— Не все привыкли к войне под боком.
— Даже я еще не привык. Особенно если учесть, что присоединился к ней далеко не в начале. Хотя война была всегда. Просто моя — личная. — В ответ на приподнятую бровь Рик уточнил: — Не берем в расчет отрезок, который я не помню.
— Стоит вспомнить.
Определенно стоит. Рик вскинул бровь, предлагая плащу продолжать.
— Благодаря Райе Гидеон, Гектору Коске, Фрею и тебе…
Рик был благодарен за это уточнение. А еще забавно, что полное имя Фрея не было известно примерно никому.
— …секрет устройства ошейников уже не такой уж и секрет. Но ты свою удавку потерял где-то по пути. Кто и зачем ее с тебя снял — является ключом ко всему.
— Зачем — могу предположить, без проблем. Уж не знаю, какими дорогами меня вело, но конечная точка известна. — Он пристукнул ботинком по земле. — Не думал, что скажу это, но хорошо, что ошейники можно не просто снимать, но и надевать обратно. Не сомневаюсь, карпетский вор собирался оставить после себя огромное наследие. Если судить по Фароту — размером примерно с полгорода.
Бася кивнул, соглашаясь. Еще совсем недавно невозможным считалось снять ошейник. Все поменялось. И, по заверениям Райи, ныне покойный Мортимер продлил отпущенный белоголовому «срок» до нескольких недель. И это без каких-либо шансов для проверяющих. Учитывая, сколько времени прошло с вылазки, и если прикинуть, что ошейника Рик лишился сразу после… Вовремя, очень вовремя он решил вернуться в игру.
— Теперь это не имеет значения. Нам повезло. Часть вражеских планов сорвали твои друзья в Фароте, Лис и Эдвин выполнили свою работу здесь. Попутно удалось добыть ценные сведения. Впрочем, это только начало.
Юноша подхватил:
— Но это мелочевка, не более. Все наши успехи — ерунда, если вспомнить, что у этой змеи больше одной головы. Осадная армия все еще у стен города и становится сильнее с каждым днем. Это одна сторона монеты. Я правильно понял, что они взорвали мост, чтобы…
— Я не буду говорить об этом.
— По указке Морна? — Рик хмыкнул. — Пускай. Ученый из меня так себе. Но догадаться, как поломка этой штуковины скажется на жизни столицы, не так уж сложно. Я знаю, что очистка воды…
— Я не буду говорить об этом.
Рикард пожал плечами.
— Тогда о второй стороне монеты. Байрон и тот, кто отдавал ему приказы, живы и бодры, а значит, проблема кратеров никуда не исчезла. И пока мы торчим в этом городе — кто-то добровольно, кто-то нет, — ему открыт весь остальной континент, чтобы наворотить там дел.
— Это изменится.
— Может, поделишься, откуда такая уверенность?
Пробный бросок ушел в никуда. Были у Рика кое-какие подозрения, уж очень разношерстная компания подобралась. Даже эта дамочка, Лира, ради которой Бася был готов пройти сквозь огонь, оказалась не так проста. Она нашла подход даже к Гаазу. Рик не раз замечал, как старый врач внимательно слушает ее где-нибудь в сторонке. Что уж говорить о Морне, который держал в руках все ниточки и дергал за них в нужный момент.
Не то чтобы у Рика было время узнать их получше, но первого впечатления хватило — роли быстро распределились. Эти двое напоминали сварливых родителей, давно живущих порознь, но все еще способных объединиться ради одного — чтобы запретить что-нибудь окружающим или объяснить им, как следует жить.
С Парацельсом и Ани все было понятно. Прошлое решило напомнить о себе, выбрав для этого знакомые лица. Приятно. Правда, торговку одеждой он помнил смутно, ее образ был слегка смазан количеством клиентов, которые гостили на пороге врача за годы. Зато она его точно узнала, чуть глаза на лоб не вылезли. И с тех пор они едва успели перекинуться хоть парой слов.
Но кто бы мог подумать, что он будет так рад увидеть высокородную. Запихивая Райю в подъемник, он знал, что спасает ее. Искренне верил, что это их последняя встреча. И на тебе. Она благополучно вернулась в столицу, зацепив по дороге парочку приятелей, и, будь все проклято, сразу отдала должок сполна. Он потрогал ошейник Ловчего. Да, это все было не так-то легко уложить в голове.
Сэт, будь он неладен, его чуть не упокоил, там, в грязи. Обижаться на такое не получалось. Только уважать. Крепкая, заматеревшая скотина. Рассуждать тут не о чем: хорошо иметь такого человека на своей стороне. Но Лис был старым воякой, судя по выправке, и пока не был готов ответить взаимностью. Ну ничего. Рик надеялся, что сможет доказать свою полезность: не словом, так делом.
Загадкой оставался спутник Сэта. В умении помалкивать Эдвин мог посоревноваться с Басей и шибко полезным не выглядел. Без обид. Рик все никак не мог раскусить этого парня, постоянно отводящего глаза. Но прекрасно помнил, как нечто швырнуло его на землю, тогда, в драке. Даже скачки Лиса в пространстве, которые он видел своими глазами, волновали Рика не так сильно. Ведь он, как-никак, вырос в северном подполье. У кого-то в голове живет… Жил безумный вор и убийца. А кто-то дерется нечестно и носится туда-сюда сквозь небытие. У каждого свои причуды.
Ну а Манэ… После короткой встречи, мельком, ее образ осел где-то на краю сознания и оставался там все это время, среди прочих мыслей. Стоило вспомнить эту ехидную улыбку, как где-то в груди загорался огонек интереса. Его не могла погасить даже отсыревшая холодная стена, в которую он упирался позвоночником. Интересно, к чему бы это все…
— У меня есть вопрос. — Внезапно Бася развеял тишину. — Ты сбежал с рудника. Был там, жил жизнью белоголового. Как это было?
Вопрос Баси ввел его в замешательство, Рик подавил гримасу удивления. Заодно проглотил рвущиеся с языка слова.
«Я все еще белоголовый».
— Паршиво. — Помолчал, сознавая, что от него ждут подробного ответа. — Каторга, что тут скажешь? Я провел там не так много времени, но мозоли на пальцах так и остались. Недолгий сон, потом изматывающая работа. Вокруг злобные ублюдки в форме, которые следят за каждым твоим шагом. И так день за днем, а выход только один: небытие. Ждешь, когда откроется дверь на ту сторону… Либо дергаешь за ручку сам.
Он демонстративно провел пальцем вдоль шеи. Бася смотрел прямо перед собой. Рик осторожно добавил:
— Но я оказался на худшем руднике из возможных. Или лучшем, как посмотреть. Я же здесь.
Серый плащ умолк, отгородившись от него стеной молчания. Проклятье, кого он потерял? Судя по возрасту, навряд ли сына. Получается, брата. Интересно. Рука сама потянулась к ошейнику.