Виктор Алеветдинов – Внуки открывают портал (страница 8)

— Я просто посмотрю.

— Ты уже просто посмотрел. Теперь у нас пол в сарае поёт.

Из круга снова донеслось:

— Кто не доиграл — заходи!

Варя сидела на корточках, сжимала мел и улыбалась так, будто ей только что подарили целое королевство и ещё немного сверху. Марфа-Полночница стояла рядом с кругом, выгнув спину. Генерал Громыхало прятался за ведром, но делал вид, что это не страх, а военная позиция.

Потапыч лежал в центре круга. Стёпе казалось, что медведь тоже слушает. Не ушами, конечно, потому что одно ухо у него было зашито криво, но всем своим мягким видом.

— Потапычу там не холодно? — спросил Стёпа.

— Он на полу, — сказал Тимофей. — На нашем полу.

— Уже не совсем, — тихо сказала Варя.

Меловая линия стала толще. Внутри круга доски потемнели и ушли вниз, будто кто-то под ними выкопал маленький колодец. Только воды там не было. Там мелькали игрушечные кубики, лоскуты, перья, пуговицы, обрывки ленточек и что-то блестящее, похожее на фантик.

Стёпа увидел красный мячик. Мячик подпрыгнул в глубине, ударился о невидимую стенку и укатился в сторону.

— Там игрушки, — сказал он с восторгом.

— Или то, что притворяется игрушками, — сказал Тимофей.

— Игрушки не притворяются.

— В Заворотино всё притворяется, пока бабушка не проверит.

Круг тихо вздохнул. Из него вылетела пылинка, потом ещё одна. Пылинки закружились, сложились в маленькую бумажную корону и упали Варе на колени.

— Видите? — Варя подняла корону. — Он понял, что я строю правила.

— Он не должен ничего понимать, — сказал Тимофей. — Он должен быть моделью.

— Поздно, — прошептал Стёпа.

Из круга показался кончик деревянного меча. Меч ткнулся в воздух, покачался, потом за ним вылез шлем. Под шлемом оказался маленький рыцарь величиной с валенок. Он был словно сделан из старого конструктора, пробки, фольги и большого упрямства. На груди у него блестела пуговица, а вместо плаща болтался красный лоскут.

Рыцарь оглядел сарай, поднял меч и пискляво крикнул:

— Королевство найдено! Требую подданных, крепость и битву!

Стёпа замер от счастья.

— Он настоящий.

— Он маленький, — сказал Тимофей. — Маленькое не значит безопасное.

Следом из круга выбрался второй рыцарь, потом третий. Четвёртый застрял шлемом в меловой линии, и первым трём пришлось тянуть его за ноги. Все они были разные: один с пуговичным щитом, другой с копьём из зубочистки, третий с крышкой от бутылки вместо щита. Четвёртый, когда его вытащили, сразу заявил:

— Я был в засаде.

— Ты застрял, — сказала Варя.

— Засада была тесная.

Рыцари построились перед ней, но строй вышел кривой, потому что один всё время наступал другому на плащ.

— Кто здесь королева? — спросил первый.

Варя выпрямилась.

— Я придумываю правила.

— Значит, временная королева правил! — решил рыцарь. — Где враги?

Генерал Громыхало высунулся из-за ведра.

— ВРАГИ НЕ УТВЕРЖДЕНЫ! ОЖИДАТЬ ПРИКАЗА!

Рыцари разом повернулись к нему.

— Пернатый великан! — крикнул рыцарь с крышкой. — Он командует без короны!

— Я Генерал Громыхало, сторожевой петух Заворотино!

— Петух — это конь с клювом? — спросил один рыцарь.

Громыхало возмутился так, что перья на шее встали дыбом.

— ПЕТУХ — ЭТО ВЫСШАЯ ФОРМА УТРЕННЕЙ ДИСЦИПЛИНЫ!

Рыцари посовещались и решили не связываться с высшей формой. Зато заметили ведро. Ведро стояло у стены, железное, помятое, с ручкой набок. Для обычного человека это было просто ведро. Для рыцарей — явно чудовище.

— Железный дракон! — завопил первый. — В атаку!

Они бросились на ведро. Один ударил мечом по боку. Ведро громко звякнуло, рыцарь отлетел на спину и радостно сказал:

— Оно сопротивляется!

Второй попытался залезть внутрь, чтобы победить изнутри. Ведро качнулось и накрыло его по пояс. Изнутри раздалось:

— Я проник в логово!

Стёпа засмеялся. Смех сам выскочил из него, как мячик. Он давно не видел ничего такого смешного и настоящего сразу. Даже Тимофей не удержался и улыбнулся, хотя тут же сделал серьёзное лицо.

— Варя, надо остановить вывод объектов.

— Как?

— Не знаю. Это твой игровой портал.

— А ты главный инженер.

Оба посмотрели на круг. Круг ничего не сказал, но пахнуть стал сильнее. Теперь к карандашам и варенью прибавился запах шерстяного пледа.

Потапыч шевельнулся.

Стёпа перестал смеяться.

— Тим.

— Что?

— Потапыч.

Медведь лежал в центре круга. Сначала он просто стал мягче. Потом зашитое ухо выпрямилось, живот округлился, лапы расправились. Пуговичные глаза блеснули. Потапыч тихо вздохнул, как вздыхает человек, который долго сидел в чемодане, а теперь наконец выбрался.

— Он дышит, — сказал Стёпа.

Варя прижала тетрадь к груди.

— Это же хорошо? Он защитник маленьких.

— Он плюшевый, — сказал Тимофей, но голос у него сбился.

Потапыч сел. Вернее, начал садиться. Сначала он был обычным медведем. Потом стал размером с табуретку. Потом размером с мешок картошки. Потом размером с телёнка. Круг под ним расширился сам, мел пополз по полу, чтобы ему хватило места.