Виктор Алеветдинов – Старуха с косой отменяется (страница 7)

Архип провел пальцем по мокрой земле. Лужица стала обычной водой, но пахла свежими досками и грозой. Он вытер палец о штаны, позже осторожно снял верхнюю крышку машинки и заглянул внутрь панели. Среди проводов обнаружилась маленькая металлическая пластинка, которой раньше не было. На ней выступали буквы: «Работает по следу».

— По какому еще следу?

В глубине панели что-то шевельнулось. Архип быстро выдернул руку и пересчитал пальцы. Все были на месте, но доверия к агрегату не прибавилось.

Он взял мел и на корпусе крупно написал: «СТИРАТЬ БЕЛЬЕ». Подумал и добавил ниже: «И ТО ПО РАЗРЕШЕНИЮ».

Машинка постояла спокойно. После этого рядом едва проступило: «Разрешение принято к рассмотрению».

— Издеваешься?

Бурчик фыркнул. Архип хотел ответить трактору, но со стороны улицы послышались шаги и знакомый женский голос:

— Архип Чудин! Ты дома или уже сам себя в барабан закрутил?

У Архипа ключ выпал из руки. Агафья.

Он быстро оглядел двор. Машинка с самописными режимами, медная трубка, лужа, которая минуту назад показывала молодого его, новая рукавица Федора Кузьмича, Марфа на верстаке и Бурчик с видом свидетеля обвинения. Все вместе выглядело так, словно оправдываться уже поздно, но попытаться надо.

Архип схватил тряпку, накрыл рукавицу, пнул носком землю возле лужи и поставил кружку прямо перед надписью «Предварительная обида».

— Дома! — крикнул он. — А чего кричать-то?

За калиткой Прасковья прошептала не в меру громко:

— Я же говорила, гудело.

Агафья ответила:

— Ты молчи. Я сама посмотрю.

Архип хотел поправить кружку, но увидел, что надпись проступает выше, прямо на белом боку машинки. Буквы были влажные, неровные и такие крупные, что их можно было прочитать с улицы: «Предварительная обида». Он закрыл их ладонью, а машинка внутри вполголоса вздохнула, словно заранее знала, что следующая поломка будет теперь не техническая.

Глава 4. Дорогая, подай косу

Агафья вошла во двор Архипа не тут же, хотя калитка была открыта и сам хозяин уже крикнул, что дома. Она постояла на пороге, поправила платок и крепче прижала к боку сверток с ножами, словно пришла не из-за гудящей машинки, не из-за Прасковьиных пересудов и не из-за того, что весь Заворотино уже заглядывал в сторону Архипова двора, а исключительно по хозяйственной надобности. За ее спиной Прасковья попыталась пройти следом, но Агафья даже не обернулась.

— Ты куда? — спросила она.

— Я? — Прасковья сделала лицо пустое и честное. — Да так, за компанию.

— Компания у меня в свертке. Железная. И молчит.

— Я тоже могу молчать.

— Можешь. За калиткой.

Прасковья прижала ладонь к груди, словно ее незаслуженно выгнали из театра перед самым интересным местом, но спорить не стала. Она лишь наклонилась к щели в заборе, через которую все равно было видно полдвора, и сказала едва ли не шепотом:

— Если там межмировой самогон, ты мне знак подай.

— Подам, — ответила Агафья. — Скалкой.

Она закрыла калитку и мгновенно увидела Архипа. Он стоял возле старой стиральной машинки, прижимая ладонь к ее белому боку с таким видом, словно держал не надпись, а рану. На табуретке лежала тряпка, из-под тряпки торчал край какой-то новой рукавицы. На земле темнело мокрое пятно, хотя дождя не было, а Бурчик под навесом смотрел фарой прямо на хозяйку, словно собирался давать показания.

Агафья остановилась посреди двора.

— Ну? — спросила она. — Что тут у тебя опять?

Архип без промедления выпрямился, но ладонь с машинки не убрал.

— Ничего. Работа идет.

— Работа у людей идет в огороде. У тебя она обычно сначала гудит, затем дымит, следом деревня собирает собрание.

— Никакого собрания не будет. Агрегат в стадии наладки.

— Это я уже слышала. В прошлый раз «в стадии наладки» у тебя трактор требовал уважения и песни.

Бурчик под навесом коротко фыркнул. Агафья повернула голову.

— А ты молчи. Я тебя еще не спрашивала.

Трактор обиженно мигнул фарой. Архип быстро шагнул в сторону, пытаясь загородить и Бурчика, и машинку, и табуретку тут же. Получалось плохо: человек он был широкий, но хозяйство вокруг было шире.

— Агафья, ты чего пришла-то? — спросил он и тут же смягчил голос. — Проходи, дорогая, раз пришла.

Слово ударило не громко, но точно. Агафья даже вдохнула не мгновенно. Внутри у нее что-то коротко остановилось, как ложка, задетая краем чашки. «Дорогая» он сказал просто, буднично, словно давно имел право. От этого стало хуже. Или лучше. Она не стала разбираться, потому что разбираться значило улыбнуться, а улыбаться во дворе Архипа при живой Прасковье за забором было нельзя.

Агафья вскинула подбородок.

— Это у тебя кто дорогая? Железяка или я?

Архип моргнул. Позже покраснел так быстро, словно кто-то повернул у него внутри вентиль.

— Да я это… в смысле… Ты, конечно. То есть не ты, а вообще. Слово такое. Хозяйственное.

— Дорогая — хозяйственное?

— А как же. Дорогая вещь, дорогой человек, дорогой ремонт. Все, что беречь надо.

— Значит, я у тебя ремонт?

— Нет! — Архип отнял ладонь от машинки, спохватился и еще раз прижал ее к боку. — Ты не ремонт. Ты… ты как раз наоборот. Ты у нас… основа.

— Фундамент, что ли?

— Можно и так сказать.

— Спасибо, Чудин. Женщине приятно быть фундаментом.

За забором что-то едва слышно хрюкнуло. Агафья резко повернулась.

— Прасковья!

— Я не смеюсь, — донеслось из-за забора. — Я крапиву вспоминаю.

Агафья сделала шаг к калитке, и за забором без промедления стало тише. Архип воспользовался этим мигом, сорвал с ближайшего гвоздя старую тряпку и повесил ее на корпус машинки поверх того места, где держал ладонь.

Агафья увидела движение.

— Что прячешь?

— Ничего.

— Чудин.

— Да краска там облупилась. Некрасиво.

— Ты с каких пор некрасивого стесняешься? У тебя во дворе половина вещей так выглядит, словно их уже похоронили, а они передумали.

Архип кашлянул.

— Вот именно. Хозяйственный порядок навожу.

Агафья подошла ближе. Машинка была старая, белая, круглая, с медной трубкой вместо шланга и черной кнопкой сбоку. К ее боку был прикручен точильный круг, на другом торчала ручка от мясорубки. На деревянной полочке стояла пустая кружка. Сама машинка выглядела так, словно Архип не починил ее, а уговорил вступить в новый брак с сараем.

— Это и есть твоя находка? — уточнила Агафья.