Виктор Алеветдинов – Семь мечей северного дракона. Печати Небесной крови. Книга 4 (страница 8)
— Потом будем собирать тебя по склону.
Ли провела пальцами над знаком у порога.
— Он прав. Врата проверяют ответственность заявителя. Природу груза они не читают.
— Создатель считал имущество безопасным, — сказал Чжао.
— Создатель ошибся.
— Ошибка остаётся частью договора, пока её не исправили.
Глеб посмотрел распорядителю в глаза.
— Записывай: телега, лошади, раненые путники, припасы и Юнь-Су входят под моим именем.
— Ты принимаешь цену любого вреда, который причинит лиса внутри кузницы?
— Я отвечаю за то, что привёл её. За свои решения отвечает она.
— Врата могут не принять разделённую ответственность.
— Пусть попробуют.
Ли сказала тише:
— Если порог признает заявление, твоё имя войдёт в реестр владельцев.
— Я не владелец.
— После записи это придётся доказывать внутри.
— Снаружи мы ничего не докажем.
Чжао дал ему деревянную бирку и кисть.
— Напиши имя.
— Пиши сам.
— Врата требуют знак заявителя.
Глеб вырезал ножом две буквы, которыми обычно метил снаряжение. Дерево нагрелось. Белая линия прошла по порезам и собралась в маленький круг.
Чжао закрепил бирку на оглобле.
— Глеб Воронец. Общий обоз. Полная ответственность за вход.
Глеб взял его за запястье раньше, чем охрана подняла копья.
— Я сказал: не полная.
Чжао не попытался освободиться.
— Переписанная запись потребует твою кровь. Сколько возьмёт порог, я не знаю.
Ли покачала головой.
— Он вынуждает тебя принять неточную запись или неизвестную цену.
— Я заметил.
Юнь-Су держалась за верёвку и смотрела на Глеба без благодарности.
— Оставляй. Я не обещаю быть удобной.
— Этого от тебя не ждали.
Глеб отпустил Чжао.
— Веди.
Телега тронулась. Сначала прошли лошади. Металл створок загудел. Затем въехали передние колёса. Белая линия на бирке вспыхнула и протянулась к запястью Глеба.
Правило проверяло его имя и требовало признать всё, что входило с обозом.
Юнь-Су шагнула следом, держась за верёвку. Врата ударили по ней. Линия с оглобли перехватила толчок, и боль вошла Глебу под рёбра. Он согнулся, но верёвку не выпустил.
— Глеб! — позвала Ли.
— Веди телегу.
Савва ударил вожжами. Задние колёса пересекли порог. Юнь-Су прошла вместе с бортом. Давление исчезло.
Глеб выпрямился. Под рубахой горело пятно размером с ладонь.
Чжао вошёл следом.
— Врата признали твою ответственность.
— Передай им, что я польщён.
— Они также внесли тебя в реестр возможных владельцев.
Писец перевернул книгу. На чистой строке само проступило имя Глеба. Рядом появился знак общего обоза.
Ли проверила запись.
— Уйти без отметки хозяина теперь не получится.
— Найдём хозяина.
— Ты входишь в ловушку так, будто это обычная дверь.
— Обычные двери тоже запирают.
Она посмотрела на ожог под его рубахой.
— Спасибо.
— Я назвал Юнь-Су грузом.
— Поэтому она поблагодарит позже. Возможно, камнем.
Юнь-Су помогала женщине спустить мальчика с телеги и делала вид, что не слышит.
Внешний двор оказался теснее, чем казался сверху. Между лагерями оставили проход к арене, но каждый шаг попадал под чужой взгляд.
У северной стены Яков Неждан разговаривал со стрельцами. Увидев бирку, он усмехнулся.
— Всё-таки владелец?
— Владелец телеги.
— Здесь многие начинали с меньшего.
— Потому и стоят за стенами.
Яков прочитал запись на бирке и задержал палец на словах об общей ответственности.