Виктор Алеветдинов – Семь мечей северного дракона. Печати Небесной крови. Книга 4 (страница 7)
— Ворота решат.
Он вернулся к лагерю. Один стрелец задержался, глядя на Юнь-Су. Она показала ему зубы, и он сразу догнал остальных.
— Старый друг? — спросила Ли.
— Старый порядок.
Телега спустилась к воротам.
Перед кузницей лежал каменный круг. В его внешнем ободе были вырезаны имена прежних владельцев. Многие стёрлись. Две створки из тёмного металла стояли открытыми. За порогом писцы проверяли прибывших и вносили их в книги.
Охрана остановила телегу копьями. Старший показал на стол.
— Имена. Право входа. Оружие оставить в описи.
Савва перевёл. Глеб положил ладонь на рукоять меча.
— Оружие остаётся при нас.
Из-за стола поднялся мужчина в сером кафтане. Он был невысок и улыбался так, словно спор уже приносил ему пользу. На поясе висела связка деревянных бирок.
— Чжао Дин, распорядитель внешнего двора. Оружие владельца входит с владельцем. Оружие слуги хранится у ворот.
— Тогда записывай всех владельцами, — сказал Глеб.
— Кузница сама решает, кого признаёт.
Чжао провёл узкой дощечкой над запястьем Глеба. На дереве появился белый знак с семью чертами.
— Вы уже включены в испытание.
— Мы не соглашались, — сказала Ли.
— Белая метка признала вас участниками до прибытия.
— Метку оставил чужой заряд.
— Для ворот важен след, а не намерение стрелка.
— Значит, кузница принимает нас без приглашения?
— Вас троих — да.
Он показал на Глеба, Ли и Савву. Потом поднёс дощечку к Юнь-Су. Дерево почернело.
Копья охраны опустились перед ней.
— Нечеловеческий свидетель не проходит по гостевому праву.
Юнь-Су шагнула к порогу. Воздух сжался и отбросил её к телеге. Она упала на колено, а на щеке проступила рыжая шерсть.
Глеб встал между ней и копьями.
— Ещё раз так сделаете — испытаете ворота на себе.
Охранники напряглись. Чжао поднял ладонь.
— Врата исполнили условие. Я к ней не прикасался.
— Потому и разговариваю с тобой.
Ли подошла к порогу. По металлическим створкам прошёл низкий гул.
— Назови формулировку полностью.
— Гостевое право предоставляется приглашённым владельцам, их людям, признанному имуществу и свидетелям человеческой крови.
— Юнь-Су давала свидетельство в монастыре.
— Кузница не связана монастырским договором.
— Но признаёт Белый Порох, созданный из пепла его печати.
Чжао перестал улыбаться.
— Ты предъявляешь обвинение?
Ли достала обломок заряда с клеймом Бай Тешаня.
— Я предъявляю предмет.
Писцы наклонились вперёд. Чжао не взял металл.
— Его примет хозяин после регистрации.
— Тогда зарегистрируй Юнь-Су как свидетеля находки.
— Врата не признают её кровь.
— Свидетельство определяется пониманием цены.
— Эти врата действуют иначе.
Глеб слушал спор и смотрел на телегу. Возница уже пришёл в сознание. Жена придерживала его повреждённое плечо. Мальчик сидел на мешке и сердито глядел на охрану.
Гостевое право пропускало признанное имущество. Ворота не различали живого и неживого, если заявитель принимал ответственность.
— Чья телега? — спросил Глеб.
Савва перевёл. Женщина показала на мужа, потом на себя.
— Сейчас общая, — сказал Глеб. — Мы чинили, они везли наши припасы.
Чжао повернулся к нему.
— Что ты хочешь заявить?
— Всё, что находится в обозе, входит как груз под моей ответственностью.
Савва кашлянул.
— Я бы сначала уточнил, что лежит в телеге.
— Ты тоже груз, если продолжишь помогать.
— Тогда требую место без сквозняка.
Глеб взял верёвку, которой был привязан запасной обод, и протянул Юнь-Су.
— Держись за телегу.
Она прищурилась.
— Ты называешь меня имуществом?
— Я называю ворота глупыми. Разницу поймёшь позже.
— Я могу войти иначе.