Виктор Алеветдинов – Семь мечей северного дракона. Печати Небесной крови. Книга 4 (страница 14)
Глеб и Савва стояли у жарового канала. Ли рассказала им о приказе.
— Победителя уже признали безопасным, — сказал Савва. — Удобно. Можно не портить бумагу настоящей проверкой.
— Всем владельцам обещали разное, — добавила Ли. — Исполнить все обещания невозможно.
Глеб напомнил:
— Теперь — предложение Бая.
В этот момент Чжао Дин ударил в малый гонг и пригласил Ли во внутренний зал.
— После разговора, — ответила она.
— Мэй знала раньше меня.
— Мэй покупает сведения о дверях до того, как хозяева решают их открыть.
Глеб взял Безмолвный.
— Я пойду с тобой.
— Бай хочет говорить о судействе. Если войдёшь, он снова переведёт разговор на северо-западную линию.
— Ты уже решила принять?
— Я решила выслушать.
— Это разные вещи, пока ты не поставила знак.
Ли вошла одна.
На столе лежала овальная пластина из тёмного нефрита. Серебряная линия делила её надвое. Такие судейские знаки хранились в оружейной ветви клана Ли.
Бай грел у печи повреждённую руку.
— Ты сохранил знак моего клана, — сказала она.
— Я сохранил инструмент.
— Для чего?
— Чтобы турнир не превратился в бойню до первого испытания.
— Клинки уже отнимают у владельцев меру.
— Я разделил одну силу между качествами, которыми правят государства. Долг становится приказом. Свобода — погоней. Память требует мести. Расчёт превращает жизнь в стоимость. Самообладание ведёт к отказу от себя. Закон убирает личную ответственность.
— Безмолвный?
— Хранил право отказа.
— Почему клинки искажают полезное?
— Потому что владельцы хотят результат без сомнения.
Бай подвинул пластину.
— Стань техническим судьёй. Только ты способна прочитать все семь условий.
— Судья обязан молчать о нарушении до конца турнира.
— Иначе стороны начнут подстраиваться под проверку.
— Значит, я увижу ловушку и не смогу предупредить человека, который в неё войдёт.
— Ты сможешь остановить испытание по процедуре. Получишь доступ к формулам и нижним залам.
Ли посмотрела на знак. Без него ей оставались обломки и чужие слова. С ним она могла найти источник Белого Пороха.
— Я принимаю знак только с личным реестром. Записи принадлежат мне.
— Разглашать их до завершения нельзя.
— После завершения я передам копии свидетелям по своему выбору. Формулы после моей подписи не меняются.
Чжао внёс условия в лист. Бай поставил клеймо молота.
— Принимай.
Ли положила ладонь на нефрит. Серебряная линия связалась с её именем. За дверью Глеб резко выругался.
Она перевернула знак. По краю шла мелкая запись: судья не вправе помогать связанному владельцу в официальном испытании. Ли могла говорить с Глебом до начала и лечить после, но не могла входить в круг или менять действующую печать.
— Ты должен был назвать цену, — сказала она.
— Условие написано на знаке.
— После принятия я связана.
— Судья не может быть помощником одной стороны.
— Глеб не мой владелец.
— Врата записали вас общей стороной.
Ли сжала пластину. Она получила доступ к кузнице и потеряла право помочь Глебу там, где Белый Порох или Безмолвный могли потребовать немедленного вмешательства.
— Поэтому ты выбрал меня.
— Я выбрал судью, которому владельцы ещё поверят. Твоя связь с Глебом делает цену видимой.
— Для тебя.
— Для всех.
У двери Глеб рассматривал белую черту на запястье.
— Что подписала?
— Право вести реестр и входить в нижние залы.
— Цена?
— В официальных испытаниях я не могу помогать тебе.
Савва потёр лицо.
— Прекрасно. Один получил меч, который не режет. Другая — право смотреть, как он им пользуется.
Глеб спросил:
— Когда собиралась сказать?
— Сразу после принятия.
— Это называется известить.
Ли хотела напомнить о накладных Мэй и приказе Хоу. Всё это требовало доступа. Но Глеб говорил о другом.