Виктор Алеветдинов – Неоригинал (страница 14)

— Для них? Тогда ты умрёшь в процессе. Или останешься оболочкой между циклами. Корпорации это без разницы. «Скальпель» всегда умела называть расходник мостом в будущее.

У Марка внутри поднялась ровная злость. Не на Даниила. На точность сказанного.

— Поэтому ты убивал верхушку? — спросил он. — Банкиров, кураторов, владельцев допусков?

— Да.

— Скольких?

— Сто сорок семь, если тебе нужен бухгалтерский учёт греха.

— И стало легче?

— Нет.

— Значит, метод не работает.

— Метод работает хуже, чем хотелось. Но лучше, чем петиции.

Марк качнул головой.

— Нет. Ты просто нашёл форму убийства, в которой можно жить и всё ещё называть себя милосердным. Люди придумали это задолго до кристаллов.

Даниил посмотрел внимательно.

— Вот за это я и хотел с тобой говорить. Ты видишь меня точнее других. Не оправдываешь. Не списываешь на баг. Ты понимаешь, что я пришёл к этому не из-за ошибки в коде, а по прямому выводу.

— Понимаю. И всё равно считаю тебя убийцей.

— Справедливо.

Снова повисла тишина. Без вражды. Будто оба проверяли, выдержит ли пространство между ними правду без выстрела.

— Но я позвал тебя не за этим, — сказал Даниил. — Я хотел, чтобы ты увидел меня до того, как они сделают из неё узел. Чтобы в нужный момент ты не перепутал направление. Я не враг ей. Я враг машине, которая сожрёт её мозг и назовёт это спасением.

— Ты убиваешь людей и рассказываешь мне, что спасёшь ребёнка. Подача так себе.

— Я не собираюсь убеждать тебя в своей доброте. Я предлагаю другое. Отдай её мне.

Слова упали тяжело и просто. Марк даже не заметил, когда уже целился.

— Повтори.

— Отдай её мне. Сейчас. Здесь. Тогда у неё будет шанс дожить до взрослости вне «Скальпеля», вне полиции, вне твоих остатков совести, которые каждый раз опаздывают на один труп. Я уведу её туда, где сеть не достаёт. Где нет облака. Где нет людей, способных перепрошить мир под своё бессмертие.

Айла вжалась Марку в спину.

— Я никуда с ним не пойду.

— Я знаю, — сказал Даниил. — Поэтому и говорю с тобой.

— Тогда ты ещё глупее, чем я думал. Она не вещь. Не контейнер. Не ключ. Не твой пропуск к искуплению.

— И не твой, — спокойно ответил Даниил. — Ты уже начал делать с ней то, что делают все взрослые в этом мире. Превращать её в смысл своей войны.

Это вошло глубоко. Потому что не было полной ложью.

— Замолчи, — сказал Марк.

— А если нет? Выстрелишь? При ребёнке? В человека, который хотя бы честно признал, кем является?

— В человека, который хочет её забрать, — сказал Марк. — Да.

Малиновый свет у кристалла Даниила стал ярче. Не как тревога. Как решение, которому уже мало слов.

Айла заговорила быстро, сбивчиво:

— Вы оба всё время говорите так, будто меня уже нет. Один хочет спрятать, другой увести, третьи встроить. А я не хочу никуда. Я хочу, чтобы вы перестали решать за меня.

Ни Марк, ни Даниил не ответили сразу. Даниил первым опустил глаза — на мокрого зайца под её мышкой, потом снова на лицо девочки.

— Если останешься с ним, тебя всё равно найдут, — сказал он тихо. — Он хороший боец. Упрямый. Настоящий, насколько это ещё возможно. Но он играет от защиты. А против «Скальпеля» защита кончается там, где начинается инфраструктура.

— Тогда научи, как бить, — сказала Айла.

Детский голос. Не детский смысл. Даниил усмехнулся устало.

— Вот этого я и боялся.

— Чего?

— Что ты поймёшь быстрее него.

Марк шагнул ещё на полступни вперёд.

— Разговор окончен.

— Для тебя, может быть.

— Для всех.

— Нет. Для всех он только начинается.

Даниил медленно поднял руки в стороны. Ладони были пусты. На правом запястье блеснул тонкий браслет с врезанным в корпус самодельным блоком. Не украшение. И не просто железка.

Марк отметил это сразу.

— Не делай этого.

— Я и не хочу. Но ты опять оставляешь мне только плохие варианты.

— У тебя с ними давно порядок.

— Последний раз. Отдай девочку. Я не причиню ей вреда. Я увезу её раньше, чем «Скальпель» замкнёт контур. Ты сможешь остаться цел и даже продолжить охотиться на меня, если тебе так легче.

— Нет.

— Марк.

— Нет.

Айла вдруг вцепилась ему в рукав так сильно, что ногти прошли через ткань.

— У меня голова шумит. Сильно.

Марк глаз с Даниила не свёл.

— Сейчас уйдём.

— Уже поздно, — тихо сказал Даниил. Впервые за весь разговор в голосе у него был страх. Не за себя.

Кристалл под его кожей вспыхнул малиновым. Правая кисть чуть повернулась. Марк понял всё сразу: импульс, удар по модулю, рывок, ребёнок между ними, мокрая платформа, мало времени на хороший выбор.

Щелчок в воздухе был коротким, белым, будто рядом переломили костяную пластину. Браслет вспыхнул. Правый висок Марка обожгло изнутри.

Мир не погас. Он сместился. Платформа осталась на месте, колонны тоже, фонарь горел там же, но всё ушло вбок и вернулось с запаздыванием. Звук воды отстал от движения. Луч фонаря раздвоился. Пол под ногами стал картой, у которой кто-то сдвинул слой с ориентирами.

Гиппокампальный модуль зашипел.