Виктор Алеветдинов – Книга 1. Пять ключей Корселуна. Имя Нивендры (страница 5)

Он вынул пластину снова и открыл нижний слой. Красная печать требовала подтверждения. Под ней была ссылка на приложение: «Исторические основания риска».

Дариус запросил доступ. Система выдала отказ. Он попробовал флотский обход. Отказ повторился. Тогда он ввёл личный код старого боевого допуска, которым пользовался только один раз, во время эвакуации с Лаэрна. Код сработал не сразу. Экран мигнул и открыл часть файла.

Открылся архивный фрагмент, собранный из медицинских заметок, эвакуационных списков и отчётов о падении Синен. Часть строк была вырезана грубо, будто архив чистили люди в панике.

«Нивендра. Детский сектор. Эвакуационный коридор семь. Потеря контроля. Объекты распределены по временным линиям опеки. Один носитель требует отдельного протокола».

Носитель.

Он ненавидел это слово. Так называли не человека, а контейнер. Носитель риска, носитель доступа, носитель заражения. Очень удобно для тех, кто не хочет видеть лицо.

В следующем фрагменте стояло: «Проектная линия Тадрин признана устойчивой. Памятная сшивка проходит без видимого сопротивления. Голосовой след разорван».

Дариус опустил пластину. Это был не приказ на случай аварии. Это был след старой работы: кто-то когда-то обращался с жизнью Арии как с закрытым механизмом.

Он должен был пойти к ней сразу, но тогда охрана Совета получит основание: командор Харран срывает церемонию и выводит объект до проверки.

Объект. Даже мысленно он не хотел ставить это слово рядом с ней.

Дариус включил локальную связь с начальником охраны.

— Переставить два звена к нижней галерее. Без шума. Гражданских не пугать.

— Основание?

— Моё плохое настроение.

— Принято, господин командор.

Дариус направился к выходу из галереи, но пластина снова нагрелась. Открылся дополнительный файл: «Личный контроль: С. Рут».

Запись была без изображения. Только голос. Молодая Сайра. Семнадцать лет назад.

«Если ребёнок выжил, её нельзя оставлять у синенских хранителей. Они назовут это спасением и снова сделают клетку. Люмир обязан принять контроль».

Дальше говорил другой человек. Голос был скрыт.

«Контроль временный».

Молодая Сайра ответила так же сухо, как сегодняшняя:

«Временный контроль редко умирает вовремя».

Запись оборвалась.

Сайра стояла у истоков приказа или рядом с ними. Её старый выбор вырос в протокол изоляции.

В зале зазвучала вступительная музыка. Ария должна была выходить к центральной площадке.

Дариус пошёл туда быстро, но не бегом. Бегущий командор на приёме пугает сильнее аварийной сирены.

У центральной арки его перехватил Морр.

— Командор Харран, вы получили пакет.

— Вы очень любите очевидные фразы.

— Я прошу подтвердить исполнение протокола.

— После проверки подлинности.

— Красная печать Совета не требует проверки.

— У меня плохая привычка. Я проверяю приказы, которые касаются живых людей.

Морр сделал шаг ближе. На его лице не было злости. Только усталость человека, которому мешают правильно расставить тяжёлые предметы.

— Ария Тадрин важна для стабильности.

— Тогда не надо было ставить её под удар посреди полного зала.

— Никто не ставил её под удар.

— Резонатор привезли вы. Демонстрацию добавили утром. Приказу шестнадцать лет. Это похоже на готовую схему.

Морр посмотрел на него долго.

— Вы видите засаду там, где есть система сдерживания.

— Засада обычно тоже называет себя системой.

— Харран, если она окажется тем, чем может оказаться, ваши личные чувства никого не спасут.

— А ваши протоколы кого-то спасли?

Морр не ответил. В зале началась речь Арии.

Дариус занял место справа, чуть позади. Отсюда видел зал, центральное стекло, резонатор, Морра, нижнюю галерею и представителей Вейрана. Солар Иксон смотрел не на речь, а на кристалл.

Ария говорила про маршрут, помощь и ответственность. Лучше, чем написал бы любой советник.

Голоссеть вывела эмблему Люмира. Инженер начал объяснять гиперузел. Дариус слушал не слова, а зал: шорохи, движение охраны, задержки в дыхании.

Пластина в кармане нагрелась.

ПРОТОКОЛ СДЕРЖИВАНИЯ ГОТОВ К ВВОДУ.

Он не нажал.

Морр опустил руку к браслету. Рано.

Дариус посмотрел на Арию. Она сделала шаг к резонатору, но не вошла в охранный круг. На её лице мелькнула злость на собственное тело, которое услышало чужой приказ раньше разума.

Голоссеть ожила. Под куполом появилась схема гиперузла. Потом протокольные имена.

АРИЯ ТАДРИН. ПРОТОКОЛЬНОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ. УРОВЕНЬ СЕРЕБРО.

Свет вокруг букв дрогнул.

Дариус шагнул к ней. Быстро было нельзя, но он оказался ближе Морра.

Резонатор дал первый импульс. Пол едва заметно вздрогнул. Ария сжала ладонь. Она что-то услышала. Дариус понял это по лицу.

— Система? — спросил инженер. — Повторите подтверждение.

— Подтверждение выполняется, — ответила Голоссеть.

На куполе появились чужие знаки. Дариус не знал их, но видел реакцию Морра: тот получил не неожиданность, а подтверждение худшего варианта.

В пластине пришло новое сообщение.

ВВЕСТИ ПРОТОКОЛ. ИЗОЛЯЦИЯ ОБЪЕКТА.

Охрана Совета двинулась к Арии. Его флотские заметили это и сместились наперерез. Пока без оружия. Хорошо.

— Ария, — тихо сказал он.

— Я слышала, — ответила она.