Виктор Алеветдинов – Книга 1. Пять ключей Корселуна. Имя Нивендры (страница 4)
Офицер отступил. Дариус пожалел его. Почти. Парень был рукой. Приказ лежал выше.
За стеклом служебной галереи двигались гости. Ария стояла у входной арки и говорила с охранником. На лице у неё была та спокойная собранность, которая всегда раздражала людей послабее.
И где-то шестнадцать лет назад кто-то написал приказ, что её можно изолировать без суда.
Дариус прошёл к внутреннему посту охраны.
— Поднять закрытый канал ко мне. Без Совета. Только флотская линия.
Экран ожил. Несколько секунд шли помехи, затем появилась Сайра Рут.
Она была в адмиральской форме, без украшений. Серые глаза, ровная посадка, лицо человека, который не тратит силы на лишнюю мимику. Рядом с ней виднелись карты узла и красные отметки по периметру. Сайра сидела не на приёме. Она сидела на охоте.
— Дариус, — сказала она. — Ты получил пакет.
— Получил. Объясни мне, почему приказ на изоляцию Арии создан шестнадцать лет назад.
Сайра даже не моргнула.
— Не по открытому каналу.
— Это флотская линия.
— Флотские линии тоже пишутся.
— Тогда говори так, чтобы потом не стыдно было читать.
В её взгляде мелькнуло что-то живое, но быстро ушло под лёд.
— Это не личное. Это протокол.
Дариус невесело усмехнулся.
— Когда люди говорят «это не личное», дальше обычно идёт самая личная часть.
— Не играй словами. Резонатор в зале связан с остаточными протоколами Синен. Если он откликнется на Арию, Совет обязан предотвратить панику.
— Почему он должен откликнуться на неё?
Сайра молчала долго.
— Ты знаешь больше, чем написано в пакете, — сказал Дариус.
— Я знаю достаточно, чтобы не спорить с красной печатью.
— Удобно.
— Нет. Неудобно. Но красная печать появляется не потому, что кому-то не понравилась речь на приёме.
Он посмотрел через стекло. Ария шла по залу рядом с делегацией. Она улыбнулась старому губернатору. Он сбился с приветствием, и Ария тихо подсказала нужную фразу.
— В приказе нет обвинения, — сказал Дариус. — Есть только фраза «изолировать лицо».
— Иногда лицо является доступом.
Слова повисли между ними.
Дариус почувствовал, как внутри всё стало холоднее. Не от страха. От точности.
— Повтори.
— Не могу.
— Сказала.
— Забудь.
— Поздно.
Сайра наклонилась ближе к экрану.
— Если резонатор активируется, охрана Совета не станет ждать. Ты либо помогаешь взять её тихо, либо зал сорвётся в драку. Здесь гражданские. Ты сам считай потери.
— Не прикрывай ловушку гражданскими.
— Я прикрываю гражданских от ловушки.
— Которую вы сами поставили.
Сайра впервые повысила голос. Не сильно, но для неё это уже считалось криком.
— Ты правда хочешь возвращения Синен? Один сбой Голоссети — и половина Дуги снова начнёт искать себе трон.
— Ария не империя.
— Пока нет. Именно поэтому её нужно удержать раньше, чем за неё начнут говорить мёртвые дома, живые фанатики и торговцы из Вейрана.
Дариус промолчал. В словах Сайры была своя правда, использованная как нож.
— Что с Вейраном?
— Двое наблюдателей на приёме. Солар Иксон среди них. Формально — инфраструктурные риски.
— Неформально?
— Вейран не присылает таких людей смотреть на открытие маршрута.
Значит, они тоже знали. Или догадывались.
— Почему мне сообщили только сейчас? — спросил он.
— Потому что Совет сомневался в твоей реакции.
— Совет оказался умнее, чем выглядит.
— Не шути.
— Я не шучу.
Сайра смотрела на него больше не как адмирал на командора, а как человек из прошлого, где они ещё могли говорить без записывающих линий.
— Дариус, — сказала она тише. — Ты близко к ней.
— Осторожно, Сайра.
— Я осторожна. Поэтому ещё разговариваю. Ты защищаешь Арию как человека. Я понимаю. Но если она связана с Синен, вопрос больше не в человеке.
— Вот с этого обычно всё и начинается. С фразы, что вопрос больше не в человеке.
Её лицо снова стало холодным.
— У тебя пять минут до демонстрации Голоссети. После активации резонатора я введу протокол сдерживания. Ты либо передашь её моим людям, либо будешь считаться препятствием операции.
— Быстро вы умеете превращать союзников в препятствия.
— Мы оба умеем.
Экран погас.