Виктор Алеветдинов – Книга 1. Пять ключей Корселуна. Имя Нивендры (страница 1)

Книга 1. Пять ключей Корселуна. Имя Нивендры

Часть I. Чужое имя

Глава 1. Приём в Зале Голосов

Ария Тадрин вошла в Зал Голосов за семь минут до начала приёма. Этого хватало, чтобы заметить ошибки и успеть их исправить. В Люмире любая ошибка быстро превращалась в протокол, а протокол — в чью-то судьбу.

Зал светился сдержанно: матовые стены, линии допуска в полу, прозрачный купол. За бронестеклом сиял гиперузел. За стеклом медленно вращалось новое гиперкольцо. Пока оно было закрыто, но вокруг стояли корабли сопровождения и ремонтные платформы.

Ария остановилась у входной арки. Сканер провёл по ней белой полосой, замер на уровне горла и выдал обычный сигнал.

АРИЯ ТАДРИН. ПРОТОКОЛЬНЫЙ ДОПУСК. УРОВЕНЬ СЕРЕБРО.

Строка исчезла вскоре. На её месте мелькнула рябь. Ария успела заметить чужой знак: две расходящиеся линии и точку между ними. Потом интерфейс вернулся в норму.

Охранник у арки тоже заметил сбой, но сделал вид, что ничего не произошло. Так в Люмире начиналась тревога: сначала её не видели, потом оформляли, потом объясняли, что всё было под контролем.

— Проблема с контуром? — спросила Ария.

— Никак нет, куратор Тадрин. Плановая перенастройка Голоссети перед приёмом.

— Плановая перенастройка обычно не моргает чужими знаками.

Охранник замолчал. На лице появилась служебная пустота.

— Передать техникам?

— Передали, — сказала Ария и прошла дальше.

Она не передавала. Пока.

В центре зала стоял кристалл-резонатор.

Официально его привезли как экспонат из закрытого фонда. Табличка рядом была аккуратной и скучной: «Кристалл-резонатор. Предположительно, элемент системы раннего доступа. Неактивен. Безопасен для демонстрации».

Ария прочитала табличку и едва не усмехнулась. Слово «безопасен» рядом с предметом выше человеческого роста и с внутренним светом цвета старой крови звучало бодро.

Кристалл стоял в круге ограничителей. Чёрное стекло, грани, слабые искры внутри. Он не шумел и не подавал признаков жизни. Но Ария чувствовала его отчётливо, как взгляд в спину в пустом коридоре.

— Вы снова пришли раньше всех, — сказал за её плечом Дариус Харран.

Ария не вздрогнула. Она давно научилась не вздрагивать, когда за спиной появлялся генерал. Особенно если генерал был её союзником и самой неудобной частью сегодняшнего вечера.

Дариус стоял в тёмной форме Люмира без лишних знаков. Он не любил парадную мишуру.

— Я пришла проверить зал, — сказала Ария.

— И что?

— Зал делает вид, что всё хорошо.

— Значит, научился у Совета.

Она посмотрела на него. Шутка была сухая, незаметная, но для Дариуса это считалось праздничным настроением.

— Ты тоже заметил сбой на арке?

— Заметил. Техники говорят, что Голоссеть чистят перед трансляцией. Я не люблю слово «чистят», когда речь о памяти.

Ария снова взглянула на резонатор. Внутри чёрного стекла прошла медленная искра. Может быть, отражение. Может быть, нет.

— Сегодня нужно пройти приём: улыбнуться нужным людям, открыть узел и не дать Вейрану продать нам наш маршрут, — сказала она.

На нижней галерее толпились журналисты. В первом ряду стояла Лейла Тран: короткие тёмные волосы, старый браслет записи, взгляд не на чиновников, а на технические арки.

— Её всё-таки пустили? — спросила Ария.

— Ты сама подписала допуск. Ограниченный, но она дважды была у служебного лифта.

— Пусть смотрит. Если мы ничего не скрываем, она ничего не найдёт.

Дариус промолчал.

— Ты сейчас очень громко не согласился.

— Я военный. Мы даже молчим строем.

Ария улыбнулась краем губ. На секунду стало легче.

Потом к ним подошёл федеральный куратор Тавен Морр, и лёгкость закончилась.

Морр был невысоким, гладко одетым человеком с лицом, которое не выражало ни возражения, ни радости, ни удивления. Неприятные вещи он произносил так, словно предлагал передвинуть стул.

— Куратор Тадрин. Командор Харран. Рад видеть, что военный и протокольный контуры согласованы.

— Если бы они были согласованы, вы бы не пришли лично, — ответила Ария.

Морр посмотрел на неё с вежливой усталостью.

— Порядок церемонии изменён. После приветственной речи вы проведёте делегацию к центральному стеклу. Затем представитель Института даст короткое объяснение по гиперузлу. После этого будет демонстрация Голоссети.

— Вчера демонстрации Голоссети не было.

— Совет решил добавить её утром.

— Утром Совет обычно добавляет проблемы.

— Новый гиперузел должен быть принят обществом. Люди боятся кольцевых маршрутов. Нам нужна не только техника, но и доверие.

Ария знала эту фразу. Она означала: «Нам нужна красивая картинка, пока мы не объяснили риски».

— Кто ведёт демонстрацию?

— Центральная Голоссеть. В безопасном режиме.

— Безопасный режим у Голоссети — это когда она молчит.

Морр протянул ей пластину с речью.

— Прошу не отходить от текста.

— Я читала прошлую версию.

— Это новая.

Дариус тихо кашлянул. Морр взглянул на него, потом снова на Арию.

— Приём важен для Люмира. Сегодня вы показываете, что порядок может быть понятным.

Ария хотела ответить, что порядок, которому нужно красивое лицо, сам себе не доверяет. Но в зал входили старшие делегаты.

— Я проведу делегацию, — сказала она. — Но если Голоссеть снова моргнёт чужим знаком, я остановлю демонстрацию.

— Чужим знаком?

— Спросите техников. Они делают вид, что разбираются.

Морр задержал на ней взгляд чуть дольше обычного.