Виктор Алдышев – Возвращение-2 (страница 52)

Анна переглянулась с Муном, показала на Пашу.

— Да, да, да, давно уж он с ней… — подтвердил Олег.

— А я почему не догадалась? — удивилась Анна.

— Да ты потому что, вон как… Бестужев, — Мун кивнул на него. — Кроме задач ничего не видишь. Сухарь ты, Лазарева.

Он махнул на них обоих рукой.

Костя усмехнулся, взглянул на Анну. Даже сейчас в тишине замкнутого, светящегося каждым миллиметром пространства, она не позволяла себе расслабиться ни на секунду. Багиров знал, о чём её мысли.

Едва заметно хмуря брови, Анна думала, о том, что ни одно изменение Бестужева нельзя считать естественным. Он человек, который просчитывает свои действия на сто шагов вперёд. Его нынешняя душевность, это явно тоже какой-то план, или…

Анна пристально взглянула на Дмитрия.

— Что, Нют? — улыбнулся тот.

Лазарева вздохнула, ответила честно:

— Не узнаю тебя.

Что-то мелькнуло в глазах Дмитрия, но что Анна не успела понять. Бестужев внезапно снял с шеи БПУ, вынул контейнер из кармана на бедре, положил в него устройство.

— Зачем снял? — спросил Мун. — Понадобится ещё.

Дмитрий отрицательно покачал головой:

— Пока не нужно.

Костя задержался внимательным взглядом на Бестужеве, поняв, что он сделал. Дмитрий исключил себя из единого мысле-эмоционального пространства БПУ. Лучший способ не допустить никого в свою голову, если не хочешь показать то, чего другие не должны знать.

Бестужев внезапно переместился к Анне, сел рядом с ней. Достал из нагрудного кармана металлический браслет гереспри, а с ним зацепилась и прямоугольная литая колба с остатками расслоителя мутации.

Дмитрий забрал это всё у Паши сразу, как ему выдали одежду. Третьяков собирался отправить колбу в лабораторию, чтобы исследовать вещество, но майор сказал, что это не актуальный вопрос, и не отдал. Против всех правил надавил авторитетом.

А сейчас Бестужев взял руку Анны, положил себе на бедра, закатал рукав. Увидел почти стёршееся изображение звезды на запястье, усмехнулся, и надел на руку Лазаревой браслет.

— Это зачем? — удивилась она.

Дмитрий убедился, что устройство сидит как надо, убрал колбу назад в карман. Но руку Анны не отпустил, сжал, пропустив свои пальцы меж её.

— Это устройство спасло жизнь мне и Косте, — произнёс он. — Без рэк-симбионта бесполезно, но… — Бестужев посмотрел Анне в глаза. — Хочу, чтобы он был у тебя. На удачу. Вместе с твоей красной звездой.

— Хорошо, — кивнула Лазарева.

Её рука всё ещё была зажата в пальцах Дмитрия, и она сжала их в ответ. А Бестужев внезапно наклонился к её лицу, коснулся виска губами, задерживая этот поцелуй надолго. Дмитрий снова хотел остановить время. Чтобы этот полёт длился дольше или не заканчивался. Больше времени у него не будет.

Взгляд Анны попал на Костю. В первый момент ей думалось, что по БПУ придёт что-то. Ощущение неприязни, может быть. Между ней и Костей ничего не изменилось. Канал связи с ним был открыт постоянно. И даже когда он не говорил, Анна чувствовала, что он с ней — телом и мыслями, словно часть её самой.

Сердце билось чаще от объятий с Дмитрием, от касания его влажных губ по спине Анны от лопаток вниз мчалась приятная дрожь, и становилось страшно от того, что это причинит боль Косте. Но… последнего не случилось. Багиров наблюдал за ними спокойно. Не отворачивался, не закрывался от ощущений Анны, принимая всё, чего она сейчас хотела и чего боялась.

В течение многих минут всё оставалось так. Они втроём, странно соединённые вместе в ощущениях.

Так прошли эти часы. Молодёжь команды плавала в невесомости под куполом. Мун дремал на борт-площадке, вытянув ноги над бездной. Впервые за долгое время, с подачи Бестужева, люди просто отдыхали. А потом, наконец, натиды открыли купол над головой, впустив свежий морской ветер и яркий солнечный свет, льющий с голубого неба.

Бестужев оказался прав, говоря, что едва прибудут на место, на них навалится задач. Дубравин сразу сказал:

— Майор, от штаба округа инициатива: раз ульи больше не в Костанае, порт посадки там можно сравнять с землёй сейчас. Мнение?

— Можно этого не делать, — ответил Дмитрий. — Все корабли ликвидированы. Без энергии от них сооружение бесполезно.

— Значит, минус одна посадка, — отметил Королёв. — Молодцы!

— На всякий случай отправим сапёров, — настоял Дубравин. — Чтобы не оставлять шанса.

— Это ваше дело, — кивнул Бестужев. — У нас свои задачи.

***

Тяжёлый авианесущий крейсер «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» достиг назначенных координат в Норвежском море. Пришли даже с опережением.

Команда инженеров генеральной лаборатории, которую взяли на борт вместе с особо ценным грузом в порту Северодвинска, покинула ангар, и вместе с несколькими членами экипажа вышла на палубу. Ночь выдалась светлая. В тёмной водной глади купались блики звёзд. Но люди пришли посмотреть не на красоту морского пейзажа.

Столпившиеся у палубных ограждений офицеры и матросы ждали распоряжений капитана касательно того, как будет осуществлена передача корабля пришельцев команде «Морской звезды-1». Уже сказали, что ИОС-беглец всплывать не будет, чтобы не светиться перед охотниками. Так как же тогда?

Командир крейсера и старший помощник спустились на палубу. Последний с рацией в руке.

— Ну что, товарищи, «Морская звезда» на подходе, — сказал капитан, — будут через две минуты.

— Сказали, как забирать будут? — спросил старший офицер команды инженеров.

— Ага, сказали, — ответил старпом. — Сказали, сейчас пришлют пилота.

Столпившиеся офицеры и матросы вопросительно взглянули на старшего помощника. Тот пожал плечами. Он-то откуда знает, что это значит.

Метрах в ста от крейсера в толще воды показался быстро движущийся объект, источающий свет.

— Ох, ты!

Вырвалось у людей, когда объект разглядели. Он достиг крейсера, покинул воду, легко перешёл на вертикальный борт корабля и… просто побежал по нему вверх. Светлый тон кожи, подсвеченный сиянием БПУ, и свет микродвигателей, делали мегистотерия заметным даже без электрического освещения. Корабельные огни погасили, чтобы не обнаружить себя перед охотниками. Хотя центр разведки космоса выбирал время и место встречи так, чтобы не попасть под их пролёт, всё равно перестраховывались.

Не добежав последних метров, мегистотерий прыгнул, перелетел ограждения и пригнувшихся людей и приземлился на палубу. Для своего веса в несколько тонн, очень мягко.

Несмотря на знание того, что это свой, экипаж дружно шагнул назад. Чем вызвал у монстра улыбку. Тот оскалился. И судя по звуку мощной пасти даже засмеялся. Взглянул на командира крейсера, кивком головы показал на его руку, в которой было зажато электронное БПУ. Тот приставил устройство к шее, и, услышав приветствие от мега, ответил:

— Капитан Багиров, с прибытием на борт.

Снял этими словами напряжение.

Инженеры тоже подключили БПУ, и Костя спросил:

— Всё готово?

Старший команды утвердительно кивнул:

— Идёмте, капитан.

Мегистотерия провели в ангар к истребителю. Увидев восстановленный корабль гереспри, парящий низко над полом, Багиров не удержал улыбку. Эта машина спасла им жизнь. И если всё получится, то послужит им ещё раз.

— А вы молодцы, — заметил он, поднимаясь на борт истребителя. — После такого крушения собрали за двое суток.

Старший инженер покачал головой:

— Всё нормально было. Качественная техника. Кое-что кое-где погнулось и всё. Обшивка восстановилась через двенадцать часов. Мы до сих пор под впечатлением.

При атаке охотники повредили броню, но когда истребитель доставили в ангар, дыры на его поверхности начали «оплавляться» прямо на глазах. Жидкая масса залила разрывы и затвердела в новое покрытие. Остальные повреждения пришлось устранять уже инженерам.

Заправку провели в лаборатории, пуск двигателей произвели. Отдельно проверили магнитное шасси. Майор Бестужев просил именно эту систему отладить на сто процентов. За счёт неё корабль примагничивался для стационарного размещения. На палубе планетного захватчика, или в ангаре или на любой вертикальной или наклонной металлической поверхности. Причём прилепиться мог любой своей стороной. Так что для создания маскировки на орбите эта система подходила идеально.

Багиров заметил снаружи на борту истребителя рабочие инструменты, прилепленные в пару рядов. Инженеры развлекались, приставляя их к обшивке. Обратно оторвать можно было, только подав команду на отключение магнитного поля.

Костя засмеялся, кивая на железки.

— Сейчас снимем, — усмехнулся старший инженер, заходя с мегистотерием в салон.

Бомбу загрузили на борт сразу после окончания ремонта. Техники оставили инструкцию прямо на снаряде. Костя, увидев бумажку, приклеенную скотчем к водородной бомбе, усмехнулся.

— Это вам на всякий случай, — объяснил старший инженер, — всё-таки аналоговый таймер, не радиоуправление.