Виенна Фараон – Откуда это в тебе взялось. Найти истоки своих ран, чтобы исцелиться (страница 36)

Марк отреагировал незамедлительно:

– Я устал от того, что Тора постоянно критикует меня, когда я делаю что-то «не по ее стандартам». Сейчас вот «не экономлю». Это бесконечно. Мне не интересен этот разговор, так что да, я ушел, потому что это был единственный способ прекратить его.

В тот момент, когда Тора начала критиковать Марка, у него активировалась рана самоценности. Просьбы или замечания очень легко могут быть интерпретированы неверно. Тора ясно сказала, что расходы нужно сократить им, но Марк услышал, что это необходимо сделать именно ему. Он услышал, что снова делает что-то не так. Он услышал, что недостаточно хороший партнер. Это активировало его детскую рану самоценности.

То, что Марк слышал от Торы, – это постоянное указание на его несовершенство. Все это означало, что со временем любовь, связь и признание будут утрачены. Выработанный Марком способ защиты себя заключался в том, чтобы «отключаться». Для него это было своего рода безопасным убежищем. Но стена, возводимая Марком, лишь портила отношения.

Партнеры смогли увидеть, как активировалась рана Марка. Марк увидел, что Тора, обсуждая тему денег, руководствовалась благими намерениями. Эмоциональная реактивность парня заставила его возводить «каменную стену» вместо того, чтобы признаться в активации раны самому себе и Торе. Это вовсе не означает, что Марк не может на время прервать разговор и сделать что-то, что успокоило бы его. Это просто означает, что он осознает происходящее и сообщает об этом девушке – сообщает, что нужно сделать, чтобы справиться с собой и «перегруппироваться».

– Если бы вы знали, что у вас активировалась рана, что бы вы сказали вместо этого? – спросила я Марка.

– Думаю, я мог бы сказать Торе, что я воспринимаю это как критику в свой адрес. Что это ощущается как еще одна вещь, с которой я не справляюсь в ее глазах, и что это заставляет меня чувствовать себя недостойным ее любви.

Это было началом эмоциональной осознанности. Когда мы не боимся проявить свою уязвимость, мы соединяемся со своими эмоциями и можем работать с ними, открыться им навстречу. Когда мы формулируем свои эмоциональные потребности и обращаемся к своим ранам, как это сделал Марк (поделившись тем, что чувствует себя недостойным любви), – открывается путь вперед. Это схоже с тем, что доктор Мона Фишбейн называет «циклом уязвимости». Он помогает нам перейти от реактивности к ре- флексии.

Когда вы в последний раз полностью закрывались и замыкались в себе? Можете ли вы предположить, какая рана активировалась у вас, подтолкнув вас к этой неконструктивной стратегии? Что вы пытались донести, применив эту стратегию?

Когда вы в последний раз были тем человеком, от которого отгородились стеной? Какая ваша рана активировалась при этом? Как вы отреагировали на это? Конечно, бывает, что человек выстраивает стену от другого без провоцирующего повода. Но бывает и так, что поведение партнера воспринималось как провокация. Можете ли вы вспомнить подобное? Играли ли вы такую роль? Что вы пытались донести при этом. Возможно, у вас это не очень хорошо получи- лось?

Меняем реактивность на понимание

Я помню, как однажды, давным-давно, доктор Джон Готтман сказал: «За каждой жалобой скрывается глубокая личная тоска». Мы критикуем и жалуемся на наших партнеров, членов нашей семьи, даже на наших друзей, когда та или иная наша эмоциональная потребность не удовлетворяется. Вместо того чтобы узнать эту эмоциональную потребность, признать ее и работать с ней, мы «закрываем глаза», становимся реактивными и взваливаем вину за это на другого человека.

Наши эмоциональные потребности часто являются нашими ранами. И если это так, то особенно важно, чтобы мы действовали бережно. Нам необходимо распознавать их и работать с ними, если мы хотим иметь хоть какую-то надежду выйти из цикличности конфликтов и реактивности. Если мы сможем определить и выразить свою изначальную рану, мы окажемся на верном пути к тому, чтобы нас увидели, услышали и поняли.

Подумайте о жалобе или критике, которые вы недавно высказали. Неважно, в отношении кого. В данном случае я хочу, чтобы вы обратили внимание, на что вы жаловались или что именно критиковали. Это может звучать примерно так: Он (она) совершенно не считается с моим временем. Он (она) постоянно все контролирует. Он (она) постоянно висит на телефоне. Он (она) никогда не показывает мне, кому пишет. Он (она) тратит все свои деньги и ничего не откладывает на наше будущее.

Читая такие вопросы, замечаете ли вы какие-либо раны или скрытые эмоциональные потребности? Я читаю: Он (она) совершенно не считается с моим временем, – и вижу рану самоценности. Я читаю: Он (она) постоянно все контролирует, – и вижу рану принадлежности и желание быть свободным и таким, какой ты есть. Я читаю: Он (она) постоянно висит на телефоне, – и вижу рану приоритетности. Я читаю: Он (она) никогда не показывает мне, кому пишет, – и вижу рану доверия. И я читаю: Он (она) тратит все свои деньги и ничего не откладывает на наше будущее, – и вижу рану безопасности. Думаю, вы поняли, что я имею в виду. Можете ли вы снять «обертку» со своей жалобы, чтобы посмотреть, прячется ли под ней рана? Можете ли вы определить, в чем заключается ваша эмоциональная потребность?

Помните скандал Вероники со своим партнером? Я спросила ее, может ли она переформулировать свои жалобы и критику в его адрес? Выразить это как личные эмоциональные потребности, чтобы вместо действий под влиянием своих ран и реактивности у нее было пространство и понимание для выбора конструктивного действия.

– Это звучит глупо, – ответила она, но улыбнулась и согласилась. – Хорошо, но как?

Я продемонстрировала ей примеры «перевода». Вместо «Ты такой эгоист», попробуйте: «Я хочу чувствовать, что важна для тебя». Вместо «Тебе на меня наплевать», попробуйте: «Я хочу, чтобы мое мнение тоже учитывалось». Вместо «Ты самый худший парень на свете» скажите: «Я хочу чувствовать, что важна для тебя».

– Вы ухватываете, как это делается? – спросила я. Она кивнула и дальше продолжила сама.

Правда в том, что вариации наших жалоб могут быть бесконечными. Но наши эмоциональные потребности практически всегда одни и те же. И они напрямую связаны с нашими ранами. Если вы подумаете о том, на что вы обычно жалуетесь, и переведете это в эмоциональные потребности, то ими, скорее всего, будут самоценность, принадлежность, приоритетность, безопасность или доверие. В свою очередь, они выражают наше желание, чтобы нас видели, слышали и понимали.

Теперь попробуйте поупражняться в таком «переводе» самостоятельно. Подумайте о последнем конфликте или любом повторяющемся конфликте и вспомните, что предшествовало его началу. Можете ли вы определить, какая рана была активирована? Что вы делали и какие стратегии применяли в конфликте, чтобы попытаться добиться того, чтобы вас увидели, услышали и поняли? Может, вы стали излишне критичны? Или заняли оборонительную позицию? Или проявили презрение? Пытались контролировать? Отгородились стеной? Можете ли вы сказать, что такая стратегия пыталась «сделать» для вас? И как это сработало?

• Рана, которая активировалась, – это

• Я вижу это сейчас, потому что

• Я вступаю в конфликт, потому что

• Но в итоге получается, что

Хорошо, прекрасная работа. Теперь еще немного.

• В чем я действительно не уверен(-а) или сомневаюсь, – это в

• Я хочу, чтобы другой человек действительно понял обо мне то, что

• Если я ставлю на место критики, защитной позиции, презрения, контроля или отгораживания свою эмоциональную потребность, я понимаю, что

Помните, мы говорим о том, что для вас болезненно. Происходящее, что бы это ни было, активирует что-то уже знакомое для вас. Оно вскрылось и болит, мой друг. Можете ли вы связать свою историю происхождения с той причиной, по которой этот конкретный момент так болезнен для вас? Будьте бережны к себе, проводя это исследование.

Практикуйтесь вне конфликта

Как я говорю всем своим клиентам, попытки справиться с конфликтом в момент, когда вы в нем участвуете, обычно обречены на провал. Я рекомендую работать над ним тогда, когда вы не вовлечены в него непосредственно. Обычно, находясь в острой фазе конфликта, мы слишком взвинчены, чтобы конструктивно его проработать. Наши внутренние системы реагируют на другие вещи, которые в тот момент кажутся более приоритетными.

Представьте, что вы возбуждены и расстроенны. В этом состоянии попытайтесь спросить себя, какая рана активировалась. Представьте, что вы слишком взвинчены. В этом состоянии попытайтесь переформулировать критику в эмоциональную потребность. Потрясающе, если вам это удалось. Но если вы похожи на большинство людей, просто улыбнитесь. Выделите себе немного времени и пространства для работы со своими ранами вне непосредственного конфликта.

Работая над своими ранами, помните, что у других людей они тоже есть. Знать и признавать изначальные раны других людей так же важно, как знать и признавать собственные. Конечно, они сами за себя в ответе. Но в близких отношениях (с партнером, семьей или друзьями) есть одно из самых лучших проявлений эмпатии, которые вы можете предложить другим – помнить, что у этого человека своя история. Помнить, что его изначальная рана может бередить его душу прямо в тот же момент, когда саднит ваша. Даже если он пока совсем не готов признать это.