Вероника Яцюк – Когда ночь становится темнее (страница 14)

Глеб с улыбкой склонил голову в бок, ожидая продолжения моего вопроса.

– Дракула? Тоже вампир?

Парень рассмеялся.

– Нет, он Эдвард Каллен. Он чудовище, Иванна! – последнюю реплику Глеб воскликнул чересчур театрально, после чего снова засмеялся. Я не удержалась и снова закатила глаза. – Неужели ты не напугана? – чуть серьезнее поинтересовался он.

– Наличие вампиров в этом городе многое объясняет, – спокойно проговорила я.

На самом деле я боялась. Боялась, что в один момент обезумевшая от жажды и ревности Даша снова попытается меня убить. Или бог знает кто еще. Боялась, что в один момент я не смогу позвонить домой и услышать голоса сестёр. Боялась, что однажды сама стану зависимой от людской крови.

– Ты говорил с Владом про охоту. Ты тоже вампир? Или охотник?

– Во-первых, не вампир, а упырь. Вурдалак, если угодно. Во-вторых, нет, я не упырь. В-третьих, ни я, ни Линдси, ни Черный не охотники. Мы скорее… лесники. Да, назовем это так. Следим за порядком, докладываем боссу, выполняем всякую грязную работенку, для которой Василиса слишком… Слишком Василиса.

– Ты же понимаешь, что сейчас сдал их всех? – скептически изогнув бровь, спросила я.

– Мне, честно, плевать. Я не нянька, чтобы ходить и тебе сопли вытирать. Если им так нужно сохранять их маленькие грязные секретики, пусть сами за тобой бегают. Весь вчерашний вечер я накачивал тебя святой водой, на всякий случай, а потом ты взяла, храброй воды хлебнула и осознала себя самостоятельной единицей общества, – он взглянул на наручные часы и поднялся с кровати.

– Стой! Где Дима? И где моя кошка?

– Один отходит в соседней комнате, а насчет второй ничего не знаю.

Он ушел, хлопнув дверью, и я осталась одна. Без его дебильной ухмылки дышать стало гораздо легче. Однако у меня все еще оставался ряд нерешенных проблем и вопросов. Для начала было бы неплохо одеться. Я поднялась с кровати и открыла шкаф. Линде стоило принести мне одежду, чтобы мне не пришлось брать её. Я нашла джинсы, которые были для меня даже великоваты, утянула их ремнем и взяла какой-то свитер у Влада, а затем, расчесав волосы пальцами, вышла из комнаты.

С кухни тянулся приятный аромат. Первый, кого я увидела, был Дима. Он все еще выглядел истощенным, но уже гораздо лучше, чем прошлой ночью. Парень улыбнулся мне и кивнул в сторону стола. Он готовил яичницу на завтрак.

– Как ты себя чувствуешь?

– Совру, если скажу, что хорошо, поэтому неплохо. Хотя здесь лучше подошло бы слово “не отвратительно”. Как бы все еще плохо, но значительно лучше, – он поставил передо мной тарелку.

– Голос бодрый.

– Да, Владу пришлось влить в меня несколько литров крови… – он запнулся. Я видела, что он пытается быть жизнерадостным, как раньше, но выходило пока что плохо. – Прости за вчерашнее.

– Тебе не стоит извиняться, – я отмахнулась. – Ты ни в чем не виноват.

– Виноват, Иванна, я так виноват перед всеми, – его голос дрогнул, вилка выпала из рук, ударившись об тарелку.

Я осторожно коснулась пальцами его предплечья и ободряюще улыбнулась. Он бледно улыбнулся в ответ. Дальше мы завтракали в тишине, погруженные в свои мысли. Почему он винил себя? Даша пользовалась им, пила из него кровь. С другой стороны… Как долго он знал, что она упырь? Как долго он молчал? Почему он молчал? Знал ли он, что она убивает людей? От всех вопросов у меня разболелась голова. Я закрыла глаза руками и потерла их.

Закончив с завтраком, мы направились в квартиру Влада. У порога я схватила Диму за рукав, останавливая. Он вопрошающе посмотрел на меня.

– Ты уверен, что хочешь пойти?

– Не знаю, я должен её увидеть.

Я кивнула и отпустила его. Мы зашли в квартиру и тут же услышали вопли. Дима влетел в комнату, которая должна была быть спальней, но Влад сделал из нее кабинет, я вбежала вслед за ним. Даша была привязана к стулу. Её лицо исказила безумная гримаса злобы и боли. Рот то растягивался, обнажая клыки, то вновь становился нормальным. Я невольно попятилась назад. Влад, ходивший вокруг нее и поливавший чем-то из бутылки, вдруг заметил меня, нахмурился, а затем, покачав головой, тяжело вздохнул.

– Что здесь происходит? – первый подал голос Дима. Он сделал несколько шагов вперед и сел перед стулом Даши.

– Дима… – измученно проговорила она. Я не могла отделаться от навязчивой мысли, что упырица снова нас обманывает. Поэтому, глядя на это выдавливание слез, я не сдержалась и фыркнула, закатив глаза.

Даша бросила на меня раздраженный взгляд, я сложила руки на груди и вскинула подбородок.

– Теперь ты посмелее будешь, да? – недобро усмехнулась упырица.

– А ты теперь можешь говорить? – Влад плеснул в нее жидкостью из бутылки. Даша вскрикнула.

– Чем ты её поливаешь? – Дима резко поднялся на ноги, сжав руки в кулаки.

– Святой водой. Это не убьет её, только немного подсушит. А теперь выйди из комнаты, – Влад указал бутылкой на дверь. Парень остался на месте, нахмурив брови. – Выйди или мне придется тебя отсюда вышвырнуть.

– Дим… – окликнула я его.

Однако парень, не слыша, меня подошел вплотную к Владу. Слово за слово и спор разгорелся. Дима говорил, что пытать Дашу – нечеловечно, Влад говорил, что она уже не человек, поэтому это не имеет значения. Они кричали друг на друга, а я только и могла, что стоять в стороне, не зная за кого заступиться. Я уж точно не хотела защищать Дашу, но согласиться с Владом все равно, что предать Диму.

В какой-то момент спора Дима толкнул Влада в грудь и тот наткнулся на стол, опрокинув бутылку со святой водой, и она разбилась на несколько крупных осколков. Вода пролилась на темный паркет. Даша тут же разорвала веревки, которыми была связана, и в секунду оказалась возле меня. Ей не составило труда схватить меня за голову и крепко сжать ее в своих руках.

– Вы дадите мне уйти, или я сверну ей шею, – прокричала она.

Парни застыли на месте. Даша звонко рассмеялась. От её смеха по спине пробежал холодок. Она резко толкнула меня вперед, заставив упасть на колени, и уже спустя секунду ее и след простыл. Влад выругался, запустив руки в волосы. Дима подошел ко мне и протянул руку, чтобы я смогла подняться. Я подняла на него взгляд, отмахнулась от его руки, как от противного насекомого, и встала на ноги сама.

– Из-за тебя она опять сбежала! – я толкнула его в грудь руками. Злость закипала в моей груди. Еще с утра я жалела его, но теперь, снова видя это раскаяние, я не испытываю ничего, кроме раздражения.

– Я… – Дима попытался что-то сказать.

– Да пошел ты, – перебила я его. – Это уже второй раз за эти сутки, когда твоя поехавшая невестка собирается меня убить. С меня хватит!

Я развернулась и ушла из квартиры Влада. Спустившись к себе, я переоделась в свою одежду и начала собирать вещи в рюкзак. Соглашаясь работать здесь, я не рассчитывала, что буду связана с упырями и бог знает кем еще. Это слишком для меня. Кошка появилась на пороге моей спальни и приветственно мяукнула. Я бросила на неё взгляд и, подумав немного, оставила место в рюкзаке и переложила некоторые вещи в чемодан, после чего взяла кошку на руки и посадила её в рюкзак, оставив его приоткрытым. Затем я оделась в теплую одежду и вышла из квартиры, захлопнув дверь.

Снег хрустел под моими ногами, пока я проклинала всех в этой богом забытой глуши. Сейчас мои сумки казались еще тяжелее, чем когда я приезжала сюда. Погрузившись в свои мысли, я не заметила, что город сменился лесом. Здесь было гораздо тише и спокойнее. Когда вдали показался уже знакомый шлагбаум, я поняла, что запыхалась и устала, поэтому мне пришлось замедлить шаг. Снег захрустел громче. Обернувшись, я увидела, что за мной едет черный внедорожник с тонированными окнами. Сердце заколотилось быстрее, я ускорила шаг. Вскоре автомобиль затормозил рядом со мной и дверь его распахнулась.

Внутри сидела женщина лет тридцати восьми.

– Иванна, сядьте в машину, – потребовала она. Её голос казался смутно знакомым.

– Нет, – я ускорилась.

Женщина цокнула. Дверь обратно захлопнулась. Идя вперед, я старалась не оборачиваться на следовавший за мной автомобиль. Сердце в моей груди билось все быстрее и быстрее, но ноги утопали в снегу, замедляя мой шаг. И вот, наконец, я оказалась у шлагбаума, но он не открылся, чтобы пропустить меня. Зато вновь распахнулась дверь автомобиля.

– Иванна, – вновь проговорила незнакомка. Я вздохнула и взглянула на неё.

Её длинные русые волосы были собраны в пышную косу, обвивающую её владелицу, как диковинный питон. На женщине была дорогая шуба из черного гладкого меха. Тонкие розовые губы женщины слегка изгибались в подобие улыбки. Несколько секунд я смотрела на неё, а затем переключилась на громилу-водителя, вышедшего из машины. Он молча встал рядом со мной.

– Сядьте в машину, нам нужно поговорить.

– Я не хочу с вами разговаривать. Василиса, да?

Она улыбнулась, продолжая сверлить меня взглядом черных глаз. Мне все больше становилось не по себе.

– Верно. Видите, мы уже с вами знакомы. Разве я делала вам что-то плохое? Хоть раз?

Я отвела взгляд, чтобы не видеть её. Однако я продолжала чувствовать её взгляд на своем лице, на покрасневших от мороза щеках и на слезящихся от ветра глазах.

– Садитесь, Иванна.

– Я так понимаю, выбора у меня все равно нет, – я метнула взгляд в сторону равнодушного водителя. Василиса рассмеялась.