Вероника Лесневская – Верни нас, папа! Украденная семья (страница 54)
- Данечка нужен Матвею, тем более в такой непростой период, - осторожно продолжает она, наблюдая за моей реакцией. В этом кабинете я главная, и Алиса это понимает.
Выдерживаю паузу. Некоторое время мы просто сидим и смотрим друг на друга: кто первый сдастся. Я в белом, хотя далеко не ангел. Она в красном, но в душе всего лишь капризная девочка, которой требуется новая игрушка взамен потерянной.
- Думаю, вашему сыну нужен родной отец, а не дядя, - произношу негромко, но убедительно, как будто веду прием. - Ваша задача сейчас не искать ему замену, а аккуратно объяснить мальчику, что папа его не бросал, а временно отсутствует…
- Предлагаете рассказать ему, где на самом деле Свят? - выпаливает обреченно, будто стыдится своего мужа. - Ни за что!
- Нет. Необязательно говорить о том, что вашему мужу грозит срок, - говорю, неотрывно смотря ей в глаза, отчего Алиса тушуется. Она не ожидала от меня такой осведомленности, но Даня был честен со мной и ничего не скрывал. Сейчас я в этом убеждаюсь.
- Откуда вы?.. - заикается она.
- Ваш супруг - военный, - не спрашиваю, а утверждаю, вгоняя ее в ступор. - Придумайте легенду, будто он в длительной командировке. Для мальчика отец должен быть героем, примером. Несмотря ни на что, - закашливаюсь и даю слабину, потому что снова слышу ненавистное жужжание телефона.
Был ли Лука примером для Макса? Никогда. Мой сын рос наполовину сиротой при живом отце. Его обожали бабушка и дедушка, стоит отдать им должное, но не папа. При этом Лука просил второго ребёнка, а я… не хотела.
- Мы прекрасно жили с Даней, пока в его жизни не появились вы, - шипит змея, врезаясь ногтями в свою брендовую сумочку. Неприкрыто нервничает. - Но с ним никто долго не задерживается, поэтому отступите сами, пока он вас не бросил, как остальных случайных женщин. Для него семья всегда на первом месте. Мы - его семья, - тычет себе пальцем в грудь.
Эта женщина дергает за усы мою внутреннюю тигрицу, которую ещё Лука разбудил и взбудоражил. Я готова загрызть ее, наплевав на диплом психолога и манеры. Когда речь заходит о Богатыреве, во мне автоматически включается режим собственницы. После нашей ночи я никому его не отдам. Мы и так потеряли целую жизнь.
- В психологии ваше поведение называется «созависимость», - монотонно вещаю, доводя ее до точки кипения. - Это состояние, при котором один человек чрезмерно зависит от другого в эмоциональном или психологическом плане. У вас был муж, но по объективным причинам он больше не может находиться рядом, поэтому вы переключились на его брата. Вам нужен не конкретный человек, а ощущение стабильности, которое он дает. Но Данила вам ничего не должен, у него своя жизнь.
- Нет, должен! - злится она, хлопая ладошкой по столу. Так по-детски. - Все гораздо серьёзнее. Я люблю его! Мы с Даней спали вместе!
Вдох…
«Жена брата для меня табу», - всплывает в памяти.
Если ты солгал мне, Богатырев, я сначала достану тебя из-за решетки, как обещала, а потом прибью! И мучиться ты будешь долго.
Выдох….
- Ваш муж об этом знает? - выплевываю жестко, и она сжимается, как на допросе. Наглый взгляд тухнет и устремляется в пол. - Мужчина, который любит вас? Который подарил вам замечательного сына? Который верит, что вы его ждете? Что он почувствует, когда узнает, что вы… с его братом, - не могу произнести это вслух.
Я не верю в то, что Даня на такое способен. Он бы никогда не предал брата. Не смог бы поступить так подло. Он, черт возьми, его вину на себя взял и пожертвовал своей свободой! Не для того чтобы уводить жену.
Однако Алиса очень бы этого хотела. Так сильно, что готова на все, даже лгать и позориться. Лишь бы отвоевать эту каменную крепость, где можно снова спрятаться и жить ни о чем не беспокоясь, как она делала в браке. Алиса инфантильная и боится одиночества. Но это не дает ей права покушаться на чужого мужчину.
«На моего мужа», - прокручиваю кольцо, которое будто врастает в палец.
- Свят нас бросил! - жалобно выкрикивает Алиса.
- Разве он сделал это сознательно? Что-то подтолкнуло его пойти на преступление. Или кто-то, - многозначительно добавляю, окинув ее сканирующим взглядом.
В пустых глазах эгоистки мелькает чувство вины, но тут же исчезает. Значит, я права, и Свят подставился ради нее. Видимо, Алисе не хватало денег на модные шмотки.
- Если ему дадут большой срок, как я буду справляться одна? - причитает она. - А Данечка для нас все делал, он…
- Данилу тоже забрали, - перебиваю ее исповедь. - Он сейчас в отделении. Будете ждать обоих?
- Как? - округляет глаза и ярко-бордовые губы. - Боже, это у них семейное! За что мне такое наказание? Угораздило же связаться с Богатыревыми.
- Согласна, это какое-то проклятие, - устало улыбаюсь сама себе, наверное, только сейчас осознав, как безнадежно я влипла. В него.
- Что делать теперь, - сокрушается она, спрятав лицо в ладони. Судя по трясущимся плечам, плачет, причем вполне искренне.
- Бери Данилу себе, Алиса, я согласна.
Не разрывая зрительной сцепки, я расправляю плечи и всем своим видом показываю, что не шучу. Слава богу, в моем кабинете нет камер - и этот разговор никто не услышит. Терапия требует жертв.
- А? - сдавленно икает.
- Да, забирай, - повторяю убедительно. - В семью или куда там требовалось. Если любишь, дождешься. Взамен дай мне контакты Свята, мы познакомимся, будем переписываться. Это же нормально - менять одного брата на другого, правда? - провоцирую ее, и она ведется.
- Нет, - хлопает наращенными ресницами. На ее лице читается неподдельная паника. Собака на сене рискует остаться у разбитого корыта. Такой сценарий она не рассматривала, а зря.
- Почему? - продолжаю невозмутимо. - Произведем рокировку. Ты же так и планировала поступить, разве нет?
- Свят вообще-то мой законный муж, - фыркает, как дикая кошка. - Он меня любит, а на вас даже не посмотрит. Вы для него... старая! Ясно?
- Зато надежная, - серьёзно парирую. - Зачем ему неверная жена? Разлюбит, как только узнает, чем вы занимались с его братом. А может, и не только с ним…
- Хватит! - перебивает меня Алиса и подскакивает с места, роняя стул. - Я никогда не изменяла Святу, он бы меня убил за это! Знаете, какой он собственник? Впервые рискнула с Данилой, понадеявшись на его защиту, но у нас не было ничего! Не бы-ло! - чеканит по слогам, пока я молча наблюдаю за ее срывом. - Он приперся со свадьбы бухой, едва на ногах стоял, завалился спать. Колючками какими-то бредил, а потом отключился. Импотент. Ч-черт! - лихорадочно запускает руку в волосы, испортив идеальную прическу.
Расслабившись, я не могу сдержать улыбки. Камень с души падает. Всё-таки я подсознательно сомневалась в Дане, и за это становится неловко.
Я обязательно научусь доверять. Мне просто нужно время.
И он. Только мой и ничей другой.
- Вы ненормальная, держитесь подальше от моего мужа, - угрожает мне Алиса и вылетает из кабинета под аккомпанемент моего смеха.
Стук ее каблуков быстро отдаляется и затихает. Я откидываюсь на спинку кресла и прикрываю глаза, как будто из меня высосали все силы. И в то же время наполнили мою оболочку новым смыслом.
Теперь все будет по-другому.
Импотент и Колючка, значит? Идеальная пара.
Я снова смеюсь. Звонко, до слез.
Все так и должно быть: или вместе, или ни с кем.
Не проклятие, а союз, заключенный на небесах.
Глава 37
В школьном дворе меня ждет хмурый Антон Викторович, гипнотизирует напряженным взглядом ворота и выпрямляется по струнке, когда я, наконец, появляюсь на крыльце здания. Он недоволен тем, что я задержалась внутри без его присмотра дольше, чем обещала, нервничает, однако не говорит мне ни слова: отчитывать меня не входит в его задание - только охранять, причем ценой своей жизни.
Виновато улыбнувшись, я ускоряю шаг, но вдруг замечаю, что он не один.
Наша машина подперта матовым серым внедорожником, который на фоне асфальта кажется призраком. Крыша присыпана потемневшими, жухлыми листьями, как маскировочной сетью. Возле капота каменной глыбой возвышается мрачный шатен со шрамом на щеке. Армейская выправка, крепкая фигура, строгость в одежде, морщины на лбу и суровый взгляд - все буквально вопит о его опасном военном прошлом.
Увидев меня, незнакомец слегка наклоняет голову и ухмыляется в знак приветствия, но его улыбка из-за шрама искажается, напоминая оскал хищника. Он протягивает мне ладонь, я импульсивно останавливаюсь в паре метров от него, не рискуя приблизиться.
- Здравствуйте, Николь, - голос четкий, командный, отчего я невольно сжимаюсь. - Вы практически не изменились. По-прежнему осторожны, но меня не стоит бояться. Садитесь в машину, - он любезно распахивает пассажирскую дверь, а я отшатываюсь, диким зверьком поглядывая на охранника.
- Все в порядке, это распоряжение Данилы Юрьевича, - успокаивает меня Антон Викторович. - Я буду ехать за вами.
- А вы?.. - испепеляю взглядом незнакомца, пытаясь его вспомнить.
- Виноват, не представился. Мирон Громов, - он снова подает мне руку, и на этот раз я принимаю ее. Страх улетучивается, потому что передо мной тот, кто поможет вернуть мне Даню. С надеждой сжимаю его грубые, шероховатые пальцы. - Понимаю, за эти годы я сильно изменился и далеко не в лучшую сторону, - хрипло смеётся он, аккуратно помогая мне устроиться на переднем сиденье.