Вероника Гуля – В алькове императорской семьи: императрицы, княжны и фаворитки (страница 4)
Екатерина умерла 17 мая 1727 года от абсцесса лёгкого. Она была похоронена в Петропавловском соборе в Санкт-Петербурге. На момент смерти ей было 43 года.
Голову с плеч
Прекрасная Мария была фрейлиной Екатерины I, когда царица решила, что её помощница придётся по вкусу и Петру I. Как мудрая жена, знавшая о наклонностях мужа, Екатерина предоставляла ему полную свободу — и своих фрейлин тоже.
История Марии Гамильтон не носит романтического характера, каким отличался роман Петра I с Анной Монс. По одной из версий, Мария происходила из древнего шотландского рода Гамильтонов. Примерно в 1713 году мисс Мария Гамильтон оказалась в ближнем кругу супруги российского царя.
Мария была комнатной девицей царицы, что на более придворный лад означало — камер-фрейлина. Порой мисс Гамильтон носила наряды Екатерины и брала её украшения. Вероятно, часть драгоценностей не возвращалась в шкатулку царицы. На церемониях Мария не стеснялась надевать платья Екатерины, а после, как обычная служанка, выносила ночной горшок своей госпожи.
Мария недолго пробыла фавориткой Петра I. Царь охладел. Вскоре у неё начался тайный роман с красивым денщиком Иваном Орловым. Мария дарила ему украшения, вероятно украденные из шкатулки царицы. Такая связь была опасна для обоих, поскольку император не любил делить своих фавориток, пусть даже сам периодически забывал об их существовании.
Вдвойне неприятно для Петра было узнать не только об адюльтере своей фаворитки, но и о предательстве денщика. В то время денщики составляли особую группу приближённых к царю людей — обычно их было не более десяти. Они чистили сапоги, одежду, исполняли мелкие поручения. Но главное — пользовались доверием государя. К тому же это была хорошая карьерная ступень: денщик мог получить высокий чин. Яркий пример — светлейший князь Меншиков.
Разоблачение тайных возлюбленных вышло почти анекдотичным. Мы не знаем, так ли было на самом деле, но одна из популярных версий гласит: однажды Орлов передал Петру какие-то бумаги, которые на следующий день исчезли. Царь не успел прочитать донос и решил, что денщик, передумав докладывать, выкрал бумаги обратно. Подозрительный Пётр приказал привести Орлова. Но вот беда: бедняга не понимал, в чём его обвиняют, и решил, что раскрылась его связь с Марией.
Денщик бросился царю в ноги и, не дожидаясь вопросов, стал молить о пощаде: мол, виноват, крутил роман с Марией Гамильтон. И заодно обмолвился, что умерщвлённые дети, найденные при чистке дворцового нужника, были их общими. История жуткая. Не раз адюльтеры фавориток Петра раскрывались самым неожиданным образом. Достаточно вспомнить Анну Монс, чьи любовные письма попали в руки царя после случайной гибели её возлюбленного.
После допроса Мария во всём созналась: и в трёх убитых детях, и в краже алмазных украшений из шкатулки царицы. Против Орлова она показаний не дала, утверждая, что он невиновен. Марию Гамильтон отправили на эшафот — конечно, не за связь с денщиком, а за убийство собственных детей. За неё вступались приближённые Петра I. Особенно хлопотала Екатерина I, утверждая, что Мария оступилась, испугалась и уже покаялась.
Царь пощады не знал. Ни одна жизнь, по его убеждению, не заслуживала такой участи. К тому же дети могли быть и от него самого. Вероятно, именно возможное отцовство стало для Петра решающим при утверждении приговора.
Мария пыталась разжалобить государя, надев красивое белое платье с чёрными лентами. Она надеялась. Помилования не последовало. Мария скончалась быстро — по некоторым сведениям, Пётр впервые в России опробовал новый палаческий меч, привезённый с Запада. Её голова долгое время хранилась в Кунсткамере, пока княгиня Дашкова не донесла об этом Екатерине II, которая приказала предать останки земле.
Соперница императрицы
Смуглая черноволосая молдаванка вполне могла занять место императрицы России. Будущая Екатерина I переживала: спустя столько лет она не смогла подарить Петру I наследника мужского пола, а Мария Кантемир находилась в положении.
Мария Кантемир была дочерью молдавского господаря, а по матери — внучкой правителя Валахии. Воспитывалась она в Стамбуле, в Фенере — элитном районе, где жили государственные деятели Османской империи: вассалы, переводчики и представители деловой знати.
Девочку растили в строгости. Их особняк был устроен на восточный манер — с разделением на мужскую и женскую половины. Подобным образом были устроены и царские терема в России. Именно отец Марии, Дмитрий Кантемир, привил дочери любовь к России. Семью Кантемиров часто навещал российский посол Пётр Андреевич Толстой, который и рассказывал юной княжне о Петре I.
Впервые Мария Кантемир увидела Петра I в одиннадцатилетнем возрасте. Российскому царю тогда было тридцать девять лет. Вскоре Дмитрий Кантемир лишился своих владений после неудачного Прутского похода. В 1720 году он обосновался в Петербурге, окунувшись в светскую жизнь. К тому времени он стал вдовцом и вскоре женился повторно — на Анастасии Трубецкой.
В 1720 году, когда Марии исполнилось 20 лет, она познакомилась с Петром I лично. Через год между ними завязался роман. Дмитрий Кантемир и Пётр Толстой всячески поощряли эту связь, рассчитывая на собственную выгоду. По одной из легенд, Мария по наущению отца опаивала царя приворотными зельями. Однако юное сердце девушки, не знавшее прежде подобного внимания со стороны столь могущественного человека, действительно влюбилось в Петра.
К тому времени царь уже девять лет состоял в браке с Екатериной. Несмотря на одиннадцать беременностей, она смогла выносить лишь двух дочерей — Анну и Елизавету. Наследника-мальчика всё не было. Это тревожило Петра, не отличавшегося супружеской верностью. Екатерина понимала: если сына родит одна из молодых фавориток, её положение окажется под угрозой.
Мария Кантемир не была замужем. Княжна отказывала всем претендентам, в том числе князю Ивану Долгорукову. В 1722 году Пётр отправился в Персидский поход — в сопровождении жены и Марии.
Однако по пути Мария осталась в Астрахани: она находилась в положении. Екатерина была напряжена. Если родится мальчик — да ещё от княжны столь знатного происхождения, — царица без родословной и без наследника окажется в уязвимом положении.
Вернувшись из похода, Пётр застал княжну в тяжёлом состоянии. Да, должен был родиться мальчик. Но случился выкидыш на позднем сроке. По одной из версий, Мария оказалась игрушкой в руках того же Петра Толстого, который переметнулся на сторону Екатерины. Предполагают, что придворный врач мог спровоцировать преждевременные роды.
В 1724 году Екатерина была официально коронована как императрица, а Пётр Толстой получил графский титул. При всей внешней преданности мужу Екатерина не отличалась верностью: у неё появился фаворит Виллим Монс, брат Анны Монс — бывшей фаворитки Петра.
Император был глубоко разочарован. Его роман с княжной Кантемир вспыхнул вновь. Возможно, у Марии ещё оставался шанс приблизиться к российской короне — если бы Пётр внезапно не скончался в 1725 году. Мария тяжело переживала его смерть. Их отношения были сложными и непродолжительными, но она успела полюбить.
Мария Кантемир так и не вышла замуж. Она отвергла предложение грузинского царевича. При Екатерине I находилась в опале и отдалилась от двора. При воцарении Анны Иоанновны Марии предложили стать фрейлиной, однако она предпочла остаться в своей подмосковной усадьбе Улиткино.
Несмотря на красоту, княжна не стремилась блистать при дворе. Ещё при Петре I она предпочитала уединённый образ жизни и избегала шумных мероприятий. Мария Кантемир скончалась в возрасте шестидесяти семи лет и была похоронена в церкви, которую сама построила.
Статная красавица и немощный царь
Двадцатилетняя статная красавица готовилась стать будущей царицей Российской. Именно её выбрал царь-соправитель на традиционном «смотре невест». Однако молодая девушка с великолепной внешностью, длинной густой русой косой и румянцем на щеках казалась слишком яркой парой для слабого и болезненного Ивана V. Не такого мужа представляла себе Прасковья из знатного рода Салтыковых.
Шли годы, а наследников у царской четы всё не было. Регентша государства, Софья Алексеевна, оставалась недовольна: племянники могли стать гарантией безопасности династии. Лишь спустя четыре года брака Прасковья Салтыкова родила первую дочь, а затем ещё четырёх девочек. К тому времени правление Софьи уже подошло к концу. При дворе и вовсе не верили, что немощный Иван способен иметь детей. Одни посматривали в сторону немца-учителя Остермана, другие подозревали стольника Юшкова.
Первая красавица России XVII века была миловидной, набожной, но грамоту знала плохо. Впрочем, от неё этого и не требовали — куда важнее было рождение наследника. В тридцать два года Прасковья осталась вдовой с тремя выжившими дочерьми. Из Кремля её переселили в царскую усадьбу в Измайлово. Из уважения к её положению при дворе продолжали именовать её: «Её величество государыня царица Прасковея Фёдоровна».