Veronika Grossman – В Тени Темного Мага (страница 15)

– Нет. Мы всегда жили довольно скромно. Наша семья никогда, ни в чем не нуждалась, но мой отец не из тех, кто разбрасывается деньгами, – ответила девушка, скидывая с ног грязные кеды. – В нашей семье немного иные ценности.

«В нашей семье немного иные ценности» – эта фраза, слетевшая с ее уст, прозвучала больше как унижение, а не как факт. Удивительно, ведь несмотря на мое происхождение, я всегда считал, что мы с ее отцом очень похожи. Он был одним из тех немногих кровных магов, кого я по-настоящему уважал. И он как никто другой знал истинную цену магии. Причем совсем не ту, что измеряется деньгами. Что ж, теперь я стал уважать его еще больше.

– Крис, ты не будешь против, если я воспользуюсь душем? – тихо спросила Эмили, осторожно ступая по полу, словно балерина по минному полю.

– Конечно. Ванная в моей спальне, – ответил я, указывая на дверь. – Иди. А я пока закажу нам поесть и найду тебе какую-нибудь футболку.

Пока я делал заказ, из ванной донесся звук льющейся воды. Эмили смывала с себя все ужасы прошлой ночи. Я невольно представил, как теплые струи воды стекают по ее длинным, темным волосам и загорелым плечам, и вдруг почувствовал резкий укол. Укол чего? Защитного инстинкта? Или той самой черной дыры, которую я так тщательно культивировал в себе все эти годы? А может, это была тоска по простому человеческому теплу, которое у меня отнял пьяный водитель грузовика много лет назад, за секунду лишив самого дорогого в жизни?

Я порылся в шкафу, нашел для нее простую белую футболку и подошел к двери, ведущей в ванную. Дверь была приоткрыта, и из щели валил густой, теплый пар, пахнущий хвойным гелем для душа. Я уже собирался уйти, но случайно локтем зацепил ручку, и дверь распахнулась еще шире. И я не устоял. Грех, в котором я даже не собираюсь каяться.

Я заглянул внутрь и затаил дыхание, прильнув к дверному косяку. За матовым стеклом душевой кабины проступали стройные очертания ее прекрасного обнаженного тела. В представшей моему взору картине не было ничего пошлого или слишком откровенного, но этого с лихвой хватило, чтобы сердце забилось чаще, а в висках предательски запульсировало. Казалось, что даже кровь в жилах прибавила ходу. Я смотрел на нее, словно зачарованный, и понимал, что эта девушка особенная. Эмили не видела во мне монстра, хотя и побаивалась. Но она доверилась мне, а значит, уже только за это я ей был как минимум должен.

Если бы на ее месте была любая другая, я бы, не задумываясь, сбросил с себя одежду и вошел в душ, а на следующий день даже имени бы ее не вспомнил. Но с Эмили… С Эмили все было иначе. Поэтому я отступил. Я незаметно притворил за собой дверь и, положив футболку на краешек кровати, развернулся и вышел из спальни, плотно прикрыв за собой дверь.

Взяв разбитый ноутбук, я вошел в свой кабинет и уткнулся лбом в стену. Теперь у меня было время все обдумать, но у меня никак не получалось привести мысли в порядок. В голове засел навязчивый образ девушки, которая упорно вызывала во мне прежде неведомые чувства. И как такое могло произойти всего за одну ночь?

– Черт возьми, хватит! – приказал я себе и подошел к своему рабочему столу. Вот уж и вправду – высшая магия. Никаких призраков, никаких жертвоприношений или откупов, а лишь необъяснимая способность какой-то девчонки превратить меня, черствого, толстокожего чернокнижника, в сентиментального идиота. Я тряхнул головой и обвел взглядом высокие темные стеллажи с книгами и многочисленными тетрадями с сотнями моих записей. В них таилась вся моя жизнь, посвященная магии. А что в итоге? Меня, словно неопытного мальчишку, основательно подкосила пара зеленых глаз и вид босых ног на паркете. Ну что за придурок, а?

Я швырнул то, что осталось от ноутбука на стол, закурил сигарету и подошел к большому зеркалу, висевшему над мраморным камином. Я уставился на свое отражение и сам себя не узнал. Выглядел я очень усталым: волосы были взъерошены, лицо осунулось и стало очень бледным, под и без того черными глазами пролегли темные круги, а скулы стали настолько острыми, будто кто-то невидимый выпил из меня всю кровь и тщательно прошелся по лицу лезвием. Рубашка и брюки были в пыли.

Я отодвинул зеркало, за которым прятался сейф, и провел пальцами по его шершавой дверце, испещренной древними рунами. И почему-то именно сейчас, впервые за долгое время, я ощутил себя на своем месте. Шум воды за стеной стих, и я решил, что с тьмой тоже ничего не случится, если ей придется подождать еще несколько часов. Раздался пронзительный звонок в дверь, вырвав меня из раздумий. Я забрал у курьера пиццу и еще раз убедился, что защитные заклинания, наложенные на мою квартиру работают, как часы. Я пошел к Эмили, чтобы позвать ее пообедать, но, заглянув к ней, я застал ее мирно спящей на самом краю кровати. Бесшумно войдя в комнату, я задернул темные шторы на окнах и укрыл девушку одеялом. Я осторожно провел пальцами по ее влажным, спутанным волосам и, с трудом подавив желание остаться, вышел из комнаты и пошел в гостевую спальню. Там я принял душ и упал на кровать. Я закрыл глаза и представил ее рядом, в моей слишком большой для нее футболке, и то, как бы я снимал ее с нее. Нежно, медленно, чувствуя под тканью тепло ее кожи… Эта сладкая мысль вызвала на моих губах мечтательную улыбку, но следом за ней, словно скорбная тень катафалка, накатили воспоминания прошлых дней. Какое же будущее для нас приготовила судьба? Даже гадать не стану. По-любому что-то кровавое. У этой засранки на этот счет просто дьявольская фантазия.

«Будь, что будет», – отмахнулся я от назойливых мыслей, закрыл глаза и провалился в глубокий сон.

Глава 11

Иллюзия выбора

Раннее утро вторника выдалось хмурым и пасмурным. Город заволокло серой пеленой, а небо затянули тяжелые облака. Мелкие капли дождя монотонно барабанили по крышам машин, безнадежно застрявших в пробках.

Такси резко остановилось напротив неприметной кофейни в Бруклине, и из него выскочил невысокий худощавый мужчина в дорогом светлом костюме. Он прикрыл голову газетой, прячась от назойливого дождя, и поспешил ко входу в кофейню. Он быстро осмотрелся по сторонам, на секунду задержавшись на потухшей вывеске.

– Какой ужас, – с отвращением произнес мужчина и достал из кармана накрахмаленный носовой платок с вышитыми инициалами М.П. Oткрыв дверь кофейни, он вошел внутрь. – Ну и погодка, – вновь пробубнил он себе под нос, стряхивая с рук капли дождя и ошметки размокшей газеты. – Жуть, – он обошел взглядом помещение и недовольно скривился.

Внутри противно пахло старым жиром, кислым кофе и прилично подгоревшим беконом. На стене слева от него висел телевизор и тянулась длинная барная стойка с залапанной витриной, в которой красовалась далеко не первой свежести выпечкa. На самой барной стойке громко булькала и шипела старая кофеварка. За стойкой стояла миловидная, совсем молоденькая официантка. При виде вошедшего посетителя она недовольно закатила глаза и быстро завязала фартук на талии. Схватив в руки карандаш и блокнот, она неохотно подошла к незнакомцу.

– Я могу вам чем-то помочь? – прощебетала девушка, расплываясь в широкой, искусственной улыбке.

– Нет, спасибо, – мужчина бросил брезгливый взгляд в сторону кофеварки и кивнул. – Хотя… Принеси мне кофе. Черный.

Девушка молча засунула ручку и блокнот в карман своего фартука и тут же исчезла за дверью, ведущей на кухню. Мужчина медлил, шаря глазами по полупустому залу. Наконец, в самом дальнем углу он заприметил фигуру человека, ради встречи с которым он сюда и приехал.

– Получше места не мог найти? – недовольно спросил он, на ходу снимая промокший пиджак. Он с отвращением глянул на соседний стол, заляпанный кетчупом и горчицей, и поморщился. – В городе столько приличных ресторанов, а ты выбрал не пойми что. Помойка какая-то, а не кофейня.

– Зачем лишний раз привлекать к себе внимание, Мэтт? – спокойно спросил молодой человек, отставляя в сторону пустую чашку. – Какие новости? Все подписали контракт?

Мэттью Пейн тяжело вздохнул и громко хлопнул мокрой газетой по столу.

– Нет. Вчера на собрании все только переругались. Никто не выделит таких денег. Да и вкладываться никто не хочет. Даже если им горы золотые пообещать. Инвесторы бегут и бегут… Как крысы с тонущего корабля. Плюс, эти убийства. Они всех добивают. Удивительное совпадение, конечно. Удивительное и очень страшное.

– Один маг, второй маг, люди… Жизнь конечна. На смерть стоит смотреть намного проще. Например, как на начало нового приключения. Зачем так драматизировать? – молодой человек усмехнулся и откинулся на спинку разодранного диванчика.

– Страшно все это. Знаешь, я ведь тоже не в восторге, что чистокровных магов осталось столько, что можно по пальцам пересчитать. Но, по правде говоря, мы и сами-то магией уже почти не пользуемся. Чего уж говорить, если даже мой дар за последние двадцать лет ни разу не проявился. Но все эти люди… – Мэттью понизил голос и подался вперед, нервно тарабаня пальцами по столу. – Как бы я этого не хотел, но, видимо, мне придется признать, что Оливер прав. Мы живем с ними в одном мире, нравится нам это или нет. И мы на них, черт возьми, отлично зарабатываем! Kак ни крути, они – кровь всей финансовой системы министерства. И не только министерства. Мир действительно давно изменился, Итан. Магия и реальность давно слились воедино. И, наверное, пора уже с этим смириться и начать жить по новым правилам.