Вера Тёмная – Зеркало (страница 1)

Вера Тёмная

Зеркало

Пролог

Тишина звенит в ушах громче любой сирены.

Артем Ковалев открыл глаза и увидел бетонный потолок в разводах ржавчины. Воздух пах железом, мочой и чем-то сладковатым, что он слишком хорошо знал по работе. Кровь.

Он попытался пошевелиться, и тело отозвалось тупой болью в затылке. В правой руке что-то было зажато — тяжелое, холодное. Он скосил глаза: монтировка. Испачканная в темном.

Сердце ударило раньше, чем включился разум.

Он резко сел. Рядом лежал мужчина. Вернее, то, что от него осталось. Лицо превратилось в месиво, но одежда — серая ветровка, джинсы — казалась смутно знакомой. Артема замутило, но рвоты не было. Организм будто помнил, что это не первый раз.

«Вставай. Беги. Сейчас».

Он не знал, чей это голос — инстинкта или чего-то похуже. Но когда он услышал внизу, тремя этажами ниже, хлопок двери и характерный треск полицейской рации, ноги сработали сами.

Артем попятился от трупа. На бетонном полу остались отпечатки его ботинок. Выход на крышу. Только вверх.

Он взлетел по ржавой лестнице, плечом выбил люк. Холодный ноябрьский дождь хлестнул по лицу, смывая чужую кровь и возвращая зрение. Город внизу жил своей жизнью: оранжевые фонари, мокрый асфальт, далекий лай собак. Мир, в котором он был не убийцей, а старшим следователем убойного отдела.

Но прямо сейчас это была ложь.

Артем посмотрел на монтировку в своей руке. Пальцы не разжимались. Он с трудом заставил их подчиниться. Металл со стуком упал на рубероид.

«Кто это? Почему я здесь?»

Вместо ответа память услужливо подсунула картинку: слепящий свет фар. Визг тормозов. Детский крик.

Авария. Пять лет назад. Серая фура на трассе.

Он зажмурился. Эти картинки всегда приходили в моменты стресса. Они были его якорем. Напоминанием, кто он на самом деле. Жертва. Не преступник.

Синие сполохи мигалок ударили по сетчатке. Два патруля перекрыли выезды со двора. Сейчас начнут прочесывать здание.

Артем вытер лицо ладонью, размазывая кровь и дождь. Он знал, куда они пойдут в первую очередь. Знал, как мыслят эти ребята, потому что сам был одним из них еще сегодня утром.

Он отступил на край крыши. Пожарная лестница. Если повезет, спустится в соседний двор раньше, чем оцепление замкнется.

Но был вопрос, который стучал в висках сильнее страха:

Если он убил этого человека... значит, он и есть тот самый маньяк, которого ищет весь отдел?

Или кто-то методично загоняет его в ловушку, зная о его провалах в памяти?

Дождь усилился. Артем перемахнул через парапет и начал спуск. Монтировка осталась лежать на крыше — единственная улика, связывающая его с убийством.

Глава 1. Утро после склада

Часть 1.1 — Квартира

Дождь закончился только к рассвету.

Артем сидел на кухне и смотрел, как серый ноябрьский свет заползает в окно. Он не включал лампу — темнота была честнее. В темноте не видно крови под ногтями.

Квартира молчала. Раньше по утрам здесь играло радио, пахло кофе и Соня требовала блины. Теперь тишина стояла такая плотная, что ее можно было резать ножом. Артем иногда разговаривал с пустотой — просто чтобы проверить, не разучился ли говорить.

Он сидел в одних джинсах, босиком на холодном полу. Футболку он выбросил в мусоропровод еще ночью — она была в крови. Теперь на спинке стула висела чистая, серая, без единого пятна. Символ нового дня. Чистый лист. Ложь.

На столе лежал телефон. Экран светился — три пропущенных от Кати и одно сообщение: «Ты живой? Или твой труп уже остывает где-то в канаве?»

Артем не улыбнулся, но мышцы лица дернулись — почти рефлекс. Она всегда так писала. У них была такая игра. Черный юмор, флирт на костях. Она думала, что это круто — спать со следователем, который каждый день смотрит в глаза смерти. Она не знала, что иногда он сам был этой смертью.

Он набрал ответ: «Живой. Скоро буду. Американо черный».

Душ. Горячая вода до красных пятен на плечах. Он стоял, упершись лбом в холодный кафель, и пытался вспомнить.

Склад. Бетонный пол. Монтировка. Лицо.

Нет, лица не было. Была вспышка. Слепящий свет фар. Визг тормозов. И детский крик — тонкий, захлебывающийся, невыносимый.

Он ударил кулаком по кафелю. Боль отрезвила.

Это авария. Не отвлекайся. Это прошлое. Ты — жертва.

Но руки помнили другое: тяжесть металла, хруст костей под ударом. Тело помнило то, что разум отказывался принимать.

Он выключил воду. Вытерся жестким полотенцем. Посмотрел на себя в зеркало — и отвел взгляд.

В прихожей он задержался у фотографии на стене. Анна и Соня смотрели на него с того света. Анна улыбалась так, будто знала всё. Соня держала плюшевого медведя за ухо и смеялась.

— Я найду его, — сказал Артем вслух. — Я найду того, кто это сделал.

Он говорил это каждое утро. И каждое утро верил.

Часть 1.2 — Кофейня «Темп»

Дорога до участка занимала пятнадцать минут пешком. Артем всегда ходил через кофейню «Темп». Не потому что кофе был хорошим — он был посредственным. А потому что там была Катя.

Кофейня притулилась между обувной мастерской и ломбардом, в старом кирпичном доме с облупившейся штукатуркой. Внутри пахло корицей и жженым сахаром, играла инди-музыка, и на стенах висели черно-белые фотографии каких-то неизвестных музыкантов. Катя говорила, что это ее друзья. Артем подозревал, что она их просто скачала из интернета.

Когда он вошел, она стояла за стойкой и протирала кофемашину с таким видом, будто это была сложнейшая операция на открытом сердце. Увидела его — и демонстративно взглянула на часы.

— Ого. Следователь Ковалев в такую рань? Либо ты не спал, либо случилось что-то интересное.

— Не спал.

— Черный американо, без сахара, без души, — продекламировала она и потянулась за стаканчиком. Ее пальцы мелькали быстро, привычно. — Слушай, а правда, что вчера на Сортировочной опять труп нашли?

Артем замер. Всего на долю секунды, но она заметила.

— Откуда ты знаешь про Сортировочную?

— У меня уже три твоих коллеги сегодня были, — она кивнула на столик у окна, где сидели двое оперов из его отдела — молодые, незнакомые. — Все злые как собаки. Говорили, какой-то бомж позвонил в три ночи. Склад на Сортировочной. Жесткое убийство. А ты что, не в курсе?

Она смотрела на него слишком пристально. Артем знал этот взгляд — так смотрят не бариста, так смотрят люди, которые задают вопросы, на которые уже знают ответы.

— Я еще не был в участке.

— Странно. Ты же главный по мокрым делам. Разве не тебя должны были вызвать первым?

— Меня отключают на ночь. У меня режим.

Катя фыркнула:

— У тебя? Режим? Ты либо врешь, либо у тебя появилась другая женщина.

Она протянула ему стаканчик. Их пальцы соприкоснулись — она специально задержала руку на секунду дольше. Ее кожа была теплой, а глаза — холодными и внимательными.

— Катя, ты слишком много вопросов задаешь.

— Я любопытная. Это мое лучшее качество.

— Нет. Твое лучшее качество — это кофе. И то, если честно...

— Ах ты, сволочь неблагодарная, — она засмеялась, но смех вышел натянутым. — Ладно, иди, расследуй свои трупы. Вечером расскажешь подробности.

— Я не рассказываю подробности. Ты знаешь.