Вера Прокопчук – Детектив в элегантной пижаме (страница 5)
- И давно она продала дом?
- Года три назад.
- А зачем?
- Да решила перебраться куда-то в Крым, говорит, там климат уж больно хорош. Еще и виноград, мол, растет под самым окном.
- Хм! А дети у нее есть?
- Нет, она была замужем, но детей не было. Есть, кажется, какой-то племянник…
Я перевел разговор на погоду, потом на моду, потом и вовсе замолчал, делая вид, что любуюсь люстрой. И лишь когда папенька покинул столовую, я промокнул губы салфеткой, и тихо спросил маменьку:
- Маман, а у вас нет адреса этой дамы? Мне очень хочется задать ей парочку вопросов…
- Ты, часом, в Крым не собрался? – уточнила маменька.
- Ну что вы. Только письмо, и только два вопросика…
Написавши письмо, я отправил его с лакеем на почту. Написание письма, хотя и коротенького, заняло, темнее менее, целую вечность. Ибо вопросы, который я собирался задать этой даме, были весьма щекотливыми. И я пытался сгладить углы и быть деликатным - вопреки неделикатности самой темы.
Во-первых, для какой цели ей служил тайный ход из кабинета? Я бы понял, если бы это была средневековая крепость и тайный лаз на случай вражеской осады – но зачем такое устраивать в частном особняке в центре города?
А во-вторых – кто из ее родственников или слуг мог знать об этом тайном ходе?
Я известил ее о трагической смерти Уварова, и о том, что его супруга, прелестная юная дама, ошибочно обвиняется в убийстве… И умолял снизойти к страданиям невинных. Оставалось объяснить, откуда я сам-то об этом – то есть, потайном ходе - узнал, но я решил сослаться на сплетни.
- Ваш лечебный чай, сударь, - это опять лекарь.
- Ах, да… давайте.
Я выпил цветочного чаю, привел себя в порядок и лег в постель, опасливо отметив, что на небе ясным золотым диском сверкает луна.
Аполлинария
Я даже не думала раньше, что я так сильно привязана к мужу.
Нет, влюблена я не была, я в этом почти уверена. Но он был необходимым элементом уюта и покоя в моей жизни. Можно было ребячиться, иногда дуться, даже скандалы время от времени закатывать, к чему он относился с неизменным юмором. Можно было обсудить с ним любую тему, он охотно отзывался на мою болтовню. Но самое главное – я знала, что вот он есть – и мне ничто, совершенно ничто плохое не грозит, ибо я под защитой сильного мужчины, которому никто не страшен.
Теперь защита рухнула, и оказалось, что - не был он ни сильным, ни непобедимым. Иначе бы его не убили. А я осталась вообще одна в опустевшем мире.
И началась бессонница.
Я лежала в пустой кровати и пыталась понять, отчего я чувствую себя такой виноватой. Ведь в его смерти нет никакой моей вины. И, слава Богу, я не успела высказать ему те злые гадкие слова, которые собиралась сказать. Да, я поверила – на целый час поверила! - в его виновность… потому что все улики указывали на него. Как все стрелки в полдень указывают на цифру «двенадцать»!
Ведь если бы не эти письма, я бы вышла замуж не за него, а за кого-то помоложе, благо желающих было – как в очереди за бесплатными пирожками!
Я допустила минутную слабость: поверила, что именно он эту ситуацию и создал.
А сейчас понимала: нет. Нет. Нравственная невозможность. Он был слишком порядочен…
А вдруг всю эту интригу с письмами спланировал кто-то другой, а Уваров просто… ну, случайно оказался в нужном месте в нужное время и, так сказать, изящно подхватил падающую даму? Нет, не «воспользовался» - неправильное слово, это грубо звучит! а просто… проявил джентльменское сострадание к девице с испорченной репутацией? Просто пожалел меня, несчастную, как котёнка под дождем?
При этой мысли у меня вообще случился поток слез. Я вспомнила, как на свадьбе, на которой я сидела злая и унылая, покойный папенька сказал, что теперь я, слава Богу, в надежных руках, и он может и умереть спокойно. Тогда я не оценила его слов, а теперь… Теперь, когда Уварова нет, и как жить дальше, вообще непонятно! – теперь я понимала, что я тогда приобрела и что теперь утратила. Друга.
Я повернулась на бок, свернулась клубком и, всхлипнув, попыталась уснуть.
Свечу гасить я не стала – при свете не так страшно в пустой комнате…
И, когда милосердный сон уже склонился к моему изголовью, дабы накрыть меня одеялом забвения – я вдруг услышала шум. Шум был какой-то странный…
Шебуршала бумага. Причем не просто шебуршала, - казалось, кот дерет ее лапками.
Нюанс: кота в нашем доме не было.
Я замерла, в ужасе перекрестилась, затем боязливо выглянула из-за полога кровати. Ничего. Тишина. Почудилось? Или это эхо моих душевных терзаний?
Или это мышь? – но вроде, у нас не было мышей в доме.
Я снова откинулась на подушки и закрыла глаза.
Шебуршание началось по новой.
Я решительно встала, вооружилась домашней туфелькой и пошла на звук.
То, что было дальше, я просто не знаю, как описать, потому что все равно мне никто не поверит. Итак: в углу моей спальни располагался небольшой дамский секретер-бюро (изящные гнутые ножки, куча крохотных выдвижных ящичков, посередине венецианское зеркало) за которым я иногда писала письма. И тут дрожащее пламя свечи, которое дрожало так, словно боялось темноты больше меня, вдруг высветило - что вы думаете? - что на полированной столешнице, на куче бумаги восседает нечто…
Это было маленькое нелепое существо с крылышками.
Будто кто-то решил скрестить лисенка с летучей мышью, но переборщил в размером ушей. Ушки были пушистыми - как два мохнатых веера. Что это за существо, и что оно тут делает – это был вопрос, достойный отдельной порции дамского визга.
Но не это было самым жутким! Самое жуткое было то, что оно, вооружившись пером и чернильницей, пыталось что-то написать на бумаге!!! Лапки скользили, чернила текли, перо брызгало, на бумаге появлялись каракули, которые напоминали шифр древних алхимиков – но «оно» жмурилось, сопело и снова писало.
Надо было срочно падать в обморок, но я смотрела на это чудо, как завороженная.
- Эй ты, брысь! – вскрикнула я обморочным голосом, и запустила в существо туфлей. И промазала.
Зверушонок флегматично покосился, проследил траекторию тапка, но даже не шелохнулся.
Видя провал военной стратегии, я перешла к дипломатии:
- Ты что там пишешь?!
На ответ я не рассчитывала. Вопрос был сугубо риторическим. Тем сильнее было мое удивление, когда существо ответило голоском, в котором звучала, представьте, ирония:
- Сочиняю трактат на тему «Как выжить в дамской спальне». Раздел «Тактика уклонения от тапков: теория и практика».
После чего, окончательно уверившись, что я сошла с ума на почве своей утраты, я решила, что обморок – единственный достойный выход из ситуации. Я картинно закатила глаза и стала оседать на пол.
И в ту минуту, когда я уже почти коснулась ковра, меня подхватили чьи-то руки…
Я открыла глаза. Меня поддерживал за спину фантастически красивый молодой человек с утонченным лицом аристократа. Черты лица – идеальные, взгляд – проникновенный, волосы так шикарно уложены, словно над ним трудился целый отряд парикмахеров. И безумно элегантная атласная пижама…
Вместо того, чтобы возрадоваться, я почему-то потеряла сознание окончательно.
И… проснулась.
За окном уже вовсю светило солнце. Служанка принесла чай и доложила, что ванна готова. Я встала, потянулась, пошарила ногой в поисках домашних туфель… Одна есть, а где вторая? Тут что-то не так! Огляделась. И не поняла: куда же пропала моя домашняя туфелька?
Туфелька обнаружилась рядом с моим секретером. На нем, поверх кучи бумаг, испачканных каракулями, лежал лист, на котором изящным почерком аристократа – с росчерками и завитками! - было выведено:
«Милостивая государыня Аполлинария Львовна! Имею сообщить вам, что в кабинете вашего покойного супруга находится потайной ход, который открывается неким тайным рычажком. К сожалению, я не знаю, где он находится и как работает. Именно через этот ход пришел и ушел убийца вашего мужа. И да, смею вас заверить, что это был не я.
С искренним почтением – ваш преданный друг А. Б. В.»
Я уставилась на эти инициалы. А. Б. В…. Серьезно? Видимо, сей господин просто решил процитировать начало русского алфавита – лучшая стратегия, чтобы никто не догадался.
И что мне теперь делать с этой странной запиской?! Сообщить полицейскому инспектору, что ко мне во сне прилетают зверушки с крылышками, а еще являются красавцы в атласных пижамах, дабы сообщить ценную информацию?
Ардальон
В эту ночь я твердо решил быть осмотрительнее.
Вы спросите, как может сочетаться осмотрительность с маниакальной одержимостью, но смею вас заверить: может, да еще как. Практика показывает: чем безумнее цель, тем аккуратнее ты ее достигаешь.
Потому что не будешь осмотрительным – опять рискуешь оказаться в бочке с дождевой водой. А я не хочу. Больше. Никогда. Это, знаете ли, портит настроение и прическу.
А потому задался вопросом: мое превращение в летучую зверушку происходит под воздействием воды – или просто это вопрос времени? То есть, если я скажу «Луна, возлюбленная моя, я иду к тебе!» - проходит пара минут, и вот я уже летучий зверек – или без воды никак? Вода – типа катализатора в химической реакции? Надо проверить.