Вера Окишева – Операция: «Украсть душу» (страница 54)
– Нет! – прозвучал позади меня глухой голос Тино-фея.
И в следующий момент он с Иглом и Адисом выбрался по роботам на платформу. Адис добавил:
– Он принимает форму, привычную для Души улья. Это тоже своеобразная защита.
– Он спас меня во вред себе! – возмутилась я, встав и распрямив плечи. – Мегамозг не обязан меня защищать, я пошла против системы, а он… ради души-предательницы нарушил регламент…
Мы уставились на сияющую голубым светом мужскую фигуру за стеклом. В голове билась мысль: «Он живой! Ведь нарушил регламент своих создателей, чтобы спасти свою Душу, невзирая на то, что мы пришли его убивать».
– Похоже, слишком ранимая, эмоциональная Душа попалась. С твоим штормом чувств ни одна система не справится, – Адис говорил как прописную истину, без иронии, при этом с некоторым удивлением и даже любопытством рассматривал голубой энергетический сгусток.
– Ерунда! Передо мной были сотни тысяч других Душ. Уверена, они тоже были ранимые и эмоциональные! Просто он – живой! И добрый, вопреки желанию создателей… вопреки всему!
Меня охватило отчаянье, горечь и душевная боль.
– Полагаю, изначальные предусмотрели подобное эмоциональное влияние на интеллектуальную систему, поэтому включили в регламент правило предпочтения более сильным особям при выборе очередной Души. Статистически доказано, чем сильнее особь, тем более уверенная, спокойная, выдержанная и хладнокровная. Тем жестче и логически действует индивид.
Я с сарказмом поинтересовалась у Игла:
– Это вы, похищая землян, статистически выявили?
– Это обобщенная статистика, в ее основу вошли примеры различных рас. Данные собраны не только нами, но и системой улья.
Ну да, доступ к знаниям имел и Душа нетранцев, и, видимо, его вопросы разительно отличались от моих. Я тяжко вздохнула, не зная, как еще защитить своего симбионта, и в этот момент услышала Тино-фея:
– Похоже, он устал терять своих напарников. Поэтому раскрылся, лишился защиты, помог Душе, нарушив регламент.
Мегамозг приблизился непосредственно к грани куба, вплотную и даже по-человечески чуть склонил голову к плечу. Синие сгустки глаз засияли ярче, словно он тоже испытал глубочайшие эмоции, как и я, снедаемая сомнениями, страхами, сочувствием и благодарностью за спасение. Инстинктивно подняла руку и оперлась ладонью о грань куба прямо напротив Мегамозга, он тут же обратил внимание на меня, повторил мое движение. Я ощутила, как сквозь перчатку моей ладони словно тысячи электрических разрядов коснулись, но не били, а будто ласкали. Всхлипнула, чувствуя, как паника, боль, стыд, жалость и неприятие того, что должна сделать, обожгли душу:
– Спасибо, что спас!
– Не за что, моя Душа! – Синие полупрозрачные губы симбионта дрогнули в робкой улыбке.
Я поняла: это все, конец! В слезах обернулась к своей команде и прорыдала:
– Я не могу, не могу его убить. Он же живой, он мой побратим, я его чувствую…
– Он всего лишь разумная система, – по-деловому сухо сказал Игл, направляясь к той части куба, где виднелась небольшая панель.
С этой панелью Игл разобрался довольно быстро, сноровисто подключил к ней свой… ну, пусть будет очень грубо и по-простецки, коммуникатор, вернее, лучше будет, девайс, потому что подобрать земной аналог к технике нетранцев – за пределами моей фантазии. Эта раса, по мнению Мегамозга, почти не уступает изначальным, чем и пугает. Ведь знает путь до Земли, бывала у нас.
– Стой! – выкрикнула я, срываясь с места. – Мы должны придумать что-то другое! А не убивать Мегамозга!
Я попыталась остановить Игла, чтобы не дать ему ввести команды, но он внезапно оттолкнул меня и, зашипев, будто озверевший кот, демонстрируя острые многочисленные зубы, замахнулся.
– Не смей прикасаться к моей женщине! – рыкнул на Игла Тино-фей, перехватив занесенный на меня кулак. Затем обратился ко мне, мягко, проникновенно: – Ир-рина, послушай, ты под влиянием вашей симбиотической связи. Это тоже специфическая защита изначальных сердца системы…
– Ничего подобного! Мегамозг полностью отстранился, я его разумом не чувствую, он никак не влияет на меня и мои решения. Я просто чувствую, что наши действия неверны! Мы не должны именно так поступать, понимаете? Это убийство, причем того, кто даже защищаться не хочет, потому что, как ты сам сказал, устал терять, по сути, родных.
– Я думаю, что…
Я оборвала Адиса на полуслове, снова пытаясь достучаться до трех слишком решительных инопланетян:
– Вы только представьте всю глубину нашей связи с Мегамозгом, мы же как сросшиеся близнецы. Он все чувствует, понимает, он разделяет мою боль! – Обернулась к Тино-фею и прорыдала: – Я уверена, он знает, как сильно я люблю тебя, не перечесть, сколько раз он хвалил тебя и прочил мне в пару. Невозможно быть просто системой, когда ты познал столько чувств и эмоций. Когда пережил тысячи совместных жизней с другими Душами, каждый раз борясь за жизнь вместе с ними, страдая, любя, ненавидя и погибая вместе с ними… Мы должны, обязаны спасти и его тоже, придумать что-то для всех нас…
Мои губы дрожали от переизбытка чувств, а слезы градом катились по щекам.
– Ты готова навечно остаться здесь? Вместе с ним? – ледяным тоном уточнил Игл. – Тогда, когда все, кого ты знала и любила, уйдут? Покинут улей для лучшей жизни, а сама останешься здесь, среди монстров, в космической коробке? Готова никогда больше не увидеть неба, пусть даже на чужой планете? Подумай, у тебя есть время, я принудительно заблокировал протоколы регламента, но система призвана себя защищать, и скоро мои блоки спадут и тогда…
Я в замешательстве обернулась к Мегамозгу, вглядываясь в его «глаза», холодея от того, какое решение должна принять. Чем пожертвовать ради него.
– Мы должны уничтожить регламент изначальных, только так мы сможем выжить. Но уничтожение регламента уничтожит и интеллектуальную систему, они неразрывно связаны, – настаивал Игл.
– А если просто изменить его? – неожиданно вмешался Адис. – Ведь убивает нас не весь регламент, а несколько его пунктов.
– Основа регламента – взаимодействие живой Души и интеллектуальной системы, этого не изменить. Иначе по Вселенной будет курсировать бездушный всемогущий логик, дальнейшие решения которого прогнозировать невозможно. Если она готова навечно остаться здесь, – Игл кивнул на меня, – изменим регламент под наши потребности и все.
– Я против, – за моей спиной выросла мощная фигура Тино-фея. – Моя пара и мои дети не останутся в этой ловушке.
– Заменить Душу можно, если…
– Ты подойдешь, – неожиданно вмешался Мегамозг, оборвав Игла, ткнув голубым, потрескивающим энергией пальцем в Адиса.
– Как? – удивилась я.
– Тогда почему ты забрал землян, если Адис подошел бы в качестве Души? – еще сильнее удивился нетранец.
А вот Адис, судя по его лицу, все понял без подсказок Мегамозга. Они на несколько томительных мгновений сцепились взглядами, а потом рушианин глухо ответил:
– Потому что до последнего анабиоза я был в паре. И в улей попал с моей Лиолой. Наша энергетическая система завязана друг на друга. Поэтому Души он выбирал из не связанных рушиан.
– Да, – совсем по-человечески кивнул Мегамозг и мягко, даже виновато пояснил, – за время анабиоза и за последние дни Адис смог частично восстановить свою энергетическую систему. И вполне подходит для процедуры слияния со мной.
– Адис, зачем тебе это? – растерянно спросила я, а в душе вдруг начала подниматься робкая, тонюсенькая такая надежда. – Ведь даже сама процедура слияния крайне опасна, трое наших погибли…
– У рушиан более подходящая энергетическая система, вся сотня Душ проходила слияние без проблем. Земляне гораздо слабее.
Грусть и горечь в голосе Мегамозга можно было черпать ложкой. Я чувствовала, что он помнит каждую свою Душу! Скорбит по каждой!
– А как же новая жизнь? Семья и…
– Моя пара погибла, Ирина. Внутри у меня лишь боль потери, которую ничто не способно унять, заглушить или хоть как-то помочь. Такие как я, потерявшие пару, не в состоянии долго жить. Это мучительно во всех аспектах. Поэтому слияние с Мегамозгом поможет мне хотя бы унять эту боль. По сути, это будет частичное слияние, как происходит у пары рушиан, только на эмоционально-интеллектуальном уровне. Я обрету надежного и понимающего меня с полуслова друга и напарника.
– А как же любовь? – печально вздохнула я.
– Со временем и любовь, возможно, найду, – светло улыбнулся Адис. – Конечно, она не будет как у нас, рушиан, настолько полной и всеобъемлющей. Но, пообщавшись с вами, землянами, ежедневно пропитываясь вашими чувствами, понял, что новые отношения, которые основаны только на взаимной любви, когда-нибудь тоже могут стать для меня возможными. Необыкновенным опытом. И новым этапом в жизни.
– Так что мы решили? – оборвал нашу лирику Игл.
– Меняем Душу, пока регламент заблокирован, а затем вносим в него изменения, – постановил Тино-фей, прижимая меня спиной к своей груди.
Он боялся этой процедуры обмена прежде всего из-за меня. И Мегамозг тоже посчитал нужным его успокоить:
– Не волнуйся, Тино-фей, согласно моим данным, девяносто шесть процентов гарантируют успех…
– Лучше бы ты промолчал! – рыкнули мы с Адисом, опасливо посмотрев на Тино-фея.