Вера Окишева – Операция: «Украсть душу» (страница 25)
В моей бедной голове звенел закономерный вопрос: «Кто это?»
Жаль, что он не способствовал облегчению или спокойствию в окружающем меня хаосе и ужасе.
Вцепившись друг в друга и вереща, абсолютно деморализованные, мы с Улей беспомощно наблюдали, как черные, упакованные в защитные, но скорее всего, облегченные боевые костюмы, воины теснили наших мужчин. Пятеро призраков – против пятнадцати землян! Буквально за секунды они выводили наших из строя, чуть ли не ровными штабелями укладывая на полу. Без крови и особенных повреждений, живыми, но бессознательными. Хотя воспринималось это еще хуже: неужели чтобы жрать потом проще было? И мясо свежее.
Вооруженный «напечатанным» Нестеровым кортиком и кулаками, Глеб дрался как лев, но ему достался воистину великан. К тому же ловкий и быстрый, как вихрь. К сожалению, воин-вихрь легко блокировал удары, упорно наседая и выматывая и так уставшего за последние, очень тяжелые дни Глеба, оттесняя его от наших. Мы поняли это слишком поздно, как, впрочем, и сам Глеб. До того стремительно все случилось. Вот мы замерли небольшой группой перед стеной, собравшись дружить и союзничать, а уже через минуту – разбросаны, разобщены, разоружены, большинство и вовсе без сознания. Полное фиаско!
Глеб окончательно проиграл бой, когда упал, всего на долю секунды на спину из-за умелой подсечки соперника, а в следующую – его спеленали как паук муху светящейся гибкой веревкой. Феранец закинул Глеба на широченное плечо и полез по стене в тот самый угол под потолком, про который еще утром заикнулся Толик. Именно там зиял черный провал, обнаружить который можно лишь точно зная, куда смотреть.
– Глеб! – отчаянно заорала Уля, бросившись сначала за своим ножом, сиротливо валявшемся на полу, а затем в погоню за призраками.
Но те, как заправские пауки, цепляясь за незаметные трещины и выступы, а может, у них костюмы специально для таких вот прогулок по стенам предназначены, стремительно уносились прочь. Еще и ввысь, под потолок. Нам за ними не угнаться.
Улька словно сошла с ума, кидалась на стену и пыталась докричаться до любимого. У меня душу выворачивало от ее боли и ужаса. А ведь без Глеба мы все – трупы, рано или поздно. Он безоговорочно лидер для всех землян, наша настоящая душа!
Поэтому дальше я не думала, только действовала – в отчаянии крикнула:
– Мегамозг, останови их! Как угодно, только останови!
Я разозлилась:
– А что ты вообще можешь?
Все так стремительно происходило, а в голове – сплошное безобразие из мыслей и сумбур, что вот прямо здесь и сейчас выдавать гениальные мысли по спасению…
– Мегамозг, заблокируй проем! Заплаткой или зарасти! – заорал Кроули, усаживаясь на полу и вытирая с лица кровь.
Я чуть не завизжала от радости, когда созданный призраками проем успешно «зарос», а ведь мне и в голову не пришло, что раз она способна становиться прозрачной, значит, ею можно и по-другому управлять.
– Стена! Пусть поставит им еще стену, – срывающимся голосом прохрипела Ульянка, на миг обернувшись ко мне, останавливаясь под тем местом, над которым замерли черные призраки, явно собравшиеся что-то предпринять.
На любые возможные опасности ей было плевать, она судорожно осматривала пространство, пытаясь сообразить, как добраться до Глеба. Ох и боевая ему подруга досталась! Я заразилась ее отчаянным азартом и уверенностью! Правда, всего на пару мгновений, потому что пятеро феранцев чем-то шарахнули по «заплатке» у потолка и пробили дыру. А земляне, сгрудившиеся снизу, невольно присели и закрылись руками от разлетевшихся осколков.
– Глеб! – приникнув всем телом к стене и протягивая вверх руки, закричала Ульяна, а затем прорыдала мне: – Ира, ну сделай что-нибудь! Чего ты стоишь?! Я прошу тебя!
Забыв о том, что могу отдавать приказы мысленно, срывая связки и задрав голову, чтобы следить, как все ближе к цели подбираются феранцы, я заорала:
– Мегамозг, заращивай дыру снова и снова, если потребуется! И стену толще сделай. Нет, сделай ее в пять раз толще! Не дай им уйти, прошу тебя, Мегамозг!
И симбионт послушно заделывал дыры и утолщал стены. Мы все видели этот толстый пласт, возникавший как по волшебству, но феранцы оказались упорными и крайне настойчивыми. Снизу было не разобрать, но очередной вспышкой они пробивали новую дыру и вновь устремлялись к спасительному проему. Я чуть не выла, осознав, что опаздываю, еще чуть-чуть – и Глеба украдут.
Неожиданно по «призракам» ударили из арбалетов. Это очухавшиеся земляне снова включились в бой, но метко стрелять, да еще на бегу, не научились, поэтому болты, ударяясь о стены рядом с огромными фигурами феранцев, с искрами отлетали, не задев их. Конечно, все боялись задеть и Глеба. Но наши парни создали заминку, благодаря которой Глеб с такой силой забился в своих путах на плече великана, что тот не удержал равновесие и сорвался вниз…
На миг мы с Улей буквально захлебнулись в крике ужаса, ведь высота от потолка до пола метров двадцать, не меньше. А феранец… как заправский человек-паук, выпустил из браслета очередную светящуюся струю, которая, зацепившись за стену, затвердела. Он повис, раскачиваясь, но надежно удерживая драгоценную ношу – нашего Глеба. Феранец бросил быстрый взгляд сначала на своих, потом вниз, на нас с Улькой.
– Отдай его! – умоляла сквозь слезы Ульяна, протягивая к нему руки.
Сквозь застилавшие глаза слезы я с не меньшей мольбой прохрипела:
– Отдай, пожалуйста…
Тщетно. Через пару секунд спутники настойчивого феранца добрались до него, забрали Глеба и с добычей поперли вверх. А вот этот великан продолжал висеть, но не беспомощно, а с угрозой наставляя на нас посох, тем самым предупреждая: очередная выходка – и начну отстрел, позволяя своим со связанным Глебом безопасно добраться до проема. Глядя на зловеще светящийся наконечник посоха, мы с Улей невольно пятились, но не наши храбрые мужчины, они стреляли по похитителям, пытаясь отрезать им путь к дыре. Дальше мы опешили: оказалось, что оружие инопланетян способно генерировать защитное поле, которое отражало наши средневековые арбалетные болты, совершенно бесполезные в этом бою. Я поняла, что черные воины, впятером легко справившиеся с пятнадцатью землянами, при этом лишь чуть задев их, старательно избегали кровопролития.
Мы оказались на порядок, а может и два слабее: украсть у нас Глеба, которого явно сочли новой Душой улья, им оказалось проще, чем забрать конфетку у ребенка. Ульяну сотрясали рыдания, она дергала меня за руку, требуя чудес, чтобы я спасла ее Глеба. Но что я могла? Лишь ощущая полную безнадегу и бессилие, сквозь слезы с мольбой таращиться в черную, непрозрачную маску похитителя, удерживающего землян подальше от стены.
– Ира, скажи ему, скажи Мегамозгу, пусть прикажет или попросит, чтобы мне вернули Глеба, он же обязан подчиняться приказам… – ссутулившись, выла Ульяна.
Великан, что еще мгновение назад без особого напряга давал возможность убраться своим товарищам и уже дернулся, чтобы уйти самому, вдруг замешкался. Его невидимый взгляд метнулся от нас к стене, месту, где сгрудились взволнованные рушиане. Я поняла это по резкому движению его головы и тоже посмотрела туда рефлекторно.
Адис замер как раз напротив меня, он внимательно следил за нами с Ульяной и, похоже, не успел отвести глаз и стереть с лица странное, невероятно взволнованное выражение. Наконец, оба инопланетянина, рушианин и феранец, встретились взглядами. Через пару томительных, словно изучающих или анализирующих друг друга мгновений, оба уставились на меня.
Почему-то именно взгляд феранца я чувствовала, невзирая на то, что не видела его лица, ощутила даже через защитный шлем. Каждой своей клеточкой чувствовала сгущавшееся напряжение, чужие, мощные, но при этом ровные эмоциональные вибрации. Этот «призрак» не волновался, он охотился. И добыча, кажется, – я! Наконец, «маска» отпустила мой затравленный взгляд и вновь вперилась в Адиса. Тот глядел мне в глаза мгновение, перед тем как отвести взгляд, а меня будто импульсом опасности прошило: «Беги!»
Шаг назад, другой, я натолкнулась на Ульянку, а дальше хватило лишь взгляда на феранца, который словно сорвался с крепления и полетел вниз.
– Бежим! – рыкнула я подруге, хватая ее за локоть и собираясь унести ноги от захватчиков.
– А как же… – закончить мысль она не успела, позади нее появился великан и выстрелил в меня светящимися путами.
Я, наверное, рухнула бы на пол, но стремительный последний шаг – и оказалась в сильных руках в черных перчатках. Жестких и беспощадных, выбивших весь дух из меня, аж в глазах поплыло. Меня резко развернули, и я увидела в черном отражении шлема свое перепуганное лицо и огромные глаза. Услышав крик Ульяны, я сместила взгляд за спину великана и тоже задохнулась от крика, дернулась совершенно неосознанно к стене, в каком-то душевном порыве спасти близкого человека, потому что феранец, державший на плече Глеба, бросил его вниз.