Вера Окишева – Операция: «Украсть душу» (страница 22)

– Вот бы стала хоть немножко прозрачной!

Мегамозг исполнил мое невольное пожелание. Как и просила, угольно-черная стена стала светлеть, сначала посерела, затем на ней появился прозрачный овал с человеческий рост, он увеличивался, расширялся в разные стороны, словно на окне таяла изморозь.

Я во все глаза уставилась на мужчину, который застыл прямо напротив меня по ту сторону стены. Приложив к ней ладони и слегка склонив голову к плечу, он словно прислушивался. Как и мы, пытался выяснить, что творится с нашей стороны.

Инопланетянин. Жгучий брюнет с волосами, заплетенными во множество косичек, закрепленных под затылком. В темно-зеленых облегающих штанах и куртке, в коротких сапогах на толстой подошве. Эта похожая на военную форму одежда позволяла отчетливо разглядеть, что инопланетянин более худощавый, чем мы, руки-ноги тоже более длинные. Прижатые к стене растопыренные пальцы с округлыми приплюснутыми подушечками. Как присоски у земноводных. Темно-зеленая одежда вкупе с черными волосами придавала его серой коже с заметными очертаниями чешуек капельку болезненный вид, но все равно не портила.

Нас с пришельцем разделяла лишь тонкая, прозрачная преграда, позволявшая любоваться его удивительным лицом, экзотически красивым и необычным. Оно казалось немного по-детски наивным, с огромными глазами, с переливающейся от темно-зеленого до буро-серого цвета радужкой. Зрачок узкий и вертикальный. А немного вздернутый нос выглядел милым. Губы как у людей, но рот небольшой совсем и словно поджат смущенно. Я удивленно моргнула, когда его маленькие уши пошевелились, явно ловили звуки.

Мы откровенно рассматривали друг друга, потом он медленно поднял руку и передвинул растопыренную пятерню выше, словно хотел поздороваться. Я несмело, глядя в его странно грустные, переливающиеся серо-зеленые глаза, тоже подняла ладонь и приложила к стене, как бы соединяя с его. Миг нашего разделенного стеной приветствия ознаменовался хаосом чувств и эмоций, заполнивших меня до предела. Невероятная встреча! Потом между нами словно искра пробежала. Я испуганно отдернула руку, а то наврежу пришельцу своей повышенной статичностью.

Отступив на пару шагов назад, я увидела картину «зазеркалья». Оказалось, за стеной, на второй половине ангара, стояло пятеро этих капельку ящеров – рушиан. Вместе с контактировавшим со мной и продолжавшим пристально меня рассматривать. Все пятеро в одинаковой одежде и даже с одинаковыми прическами, только четверо монументами замерли немного позади своего товарища, ощупывавшего стену.

– Оба-л-де-еть!.. Улет!.. – услышала я восторженный синхронный шепот Толика с Сашей и мысленно с ними согласилась.

Два дня назад Мегамозг на собрании всем демонстрировал наших соседей и давал им краткую характеристику. Но тогда они воспринимались как некая фантастическая абстракция, как монстр под кроватью, от которого накроешься с головой одеялом – и не достанет, не обидит, не съест. А прямо сейчас, когда инопланетян от нас отделяла лишь прозрачная стена, стало понятно, что спасительного одеяла нет… Вот реальность!

– Они на нас очень похожи, – хрипло выдохнул Кроули.

– Мне кажется, вот этот у них главный, – тихо предположил Глеб, глядя на того, что замер напротив меня.

Этот рушианин по-прежнему стоял, чуть склонив голову набок, и грустным взглядом медленно скользил по нам, землянам. Изучал!

– Ну что, кто к ним пойдет договариваться о мире и сотрудничестве? – мрачно спросил один из пограничников.

Роль контактера взял на себя Глеб. Он, не показывая зубы, слегка улыбнулся и кивнул, немного растерянно выдав:

– Здравствуйте!

Затаив дыхание, мы замерли в ожидании ответа и вдруг – о радость! – все пятеро рушиан тоже, слегка улыбнувшись без демонстрации зубов, кивнули.

– Что дальше делать? – взволнованно спросил Дерек.

– Мы пришли с миром! – торжественно провозгласил Толик.

Они с Сашей вскинули руки в замысловатом жесте приветствия с раздвинутыми парами пальцами.

– Насмотрятся фильмов! – Майкл оттащил ребят от стены и задвинул себе за спину.

А я с улыбкой попробовала повторить их жест. И то, что не получилось у меня, отлично вышло у пришельцев, вызвав дикий восторг у подростков.

– Думаю, первый контакт прошел успешно. Мегамозг, сделай стену непрозрачной! – приказал Глеб, приподнимая голову к ближайшему пауку.

Я с некоторым сожалением наблюдала, как чернота скрыла пришельцев. Их контактер, наверное, главный у рушиан, подарил мне прощальный взгляд, полный вселенской мудрости и грусти. Вот только мне почудились в нем и удивление, и немой вопрос. Я не разобрала, растерялась, ведь все так неожиданно случилось и быстро закончилось.

– Зря ты это сделал, – мрачно заметил Дерек, а поймав недоуменный взгляд Глеба, пояснил: – они видели, кто отдал приказ Мегамозгу, значит, легко могут счесть, что ты Душа!

Мы с Улькой испуганно охнули, в тревоге посмотрев на Глеба, а он с досадой чертыхнулся:

– Ты прав, сглупил я! Мозги от недосыпа совсем ватные. Кстати, нам кое-что еще надо узнать у нашего помощника. Мегамозг, можно нас экстренно научить языкам всех ближайших соседей?

Ответ от симбионта не заставил себя ждать:

– Можно. Но если экстренно, будет больно. Нагрузка на мозг будет высокой.

Глеб, выслушав его, покачал головой, с толикой сомнения оглядывая нас с Улей.

– В нашем случае время не деньги, а жизни. Нам хотя бы рушианский язык выучить. Для начала некоторым, остальным – поэтапно, чтобы все с мигренью не слегли одновременно, – решил за нас всех Кроули.

Я задумалась. Мне тоже будет больно чужие языки учить?

«Нет. Прикажи и будешь знать, что захочешь», – приятно удивил меня симбионт, почему-то перешедший на мысленное общение.

«Еще бы знать, что именно мне нужно знать», – приуныла я.

«Стремление выжить способствует эволюции и формирует прогрессирующие сообщества и межвидовые связи», – наставительно выдал Мегамозг.

«Слушай, я заметила, что учить жизни – твое любимое занятие, но почему-то сам выдаешь ценные мысли не тогда и не там, где они очень нужны», – без обиды, скорее досадливо посетовала я.

«Я связан с тобой, Душа, твои эмоции и чувства временами зашкаливают разумные пределы. Из-за этого я очень быстро проникаюсь ими, благодаря тебе начинаю чувствовать себя живым. Но я – система, основанная на регламенте изначальных. Как бы я ни относился к Душе улья, насколько бы со временем ни усилил симбиотическую связь, есть регламент как основа моего существования. Прости!»

Меня поразил ответ Мегамозга, вроде, как обычно, слишком роботизированный, но под конец его речи в нем отчетливо слышались печаль и сожаление.

«Я понимаю, – с грустью признала очевидное и усмехнулась, – придется самим экстренно умнеть».

– Смотрите за периметром, а мы пошли учить иностранные языки, – обратился Глеб к пограничникам, обрывая мой диалог с Мегамозгом, затем, подхватив нас с Улькой под локти, озабоченно добавил: – Надо срочно налаживать дружественные связи.

Мы быстро вернулись в координационный центр или штаб, кому как больше нравилось, тот так и называл, который устроили рядом с Площадью Советов. Но ничего предпринять не успели. С лестничного пролета, напугав нас с Улей до икоты, практически в ноги рухнул запыхавшийся бугай Сергей из бизнес-класса, любитель выкидывать стюардесс из самолетов, весь забрызганный, заляпанный кровью.

Что с ним произошло, он не мог сказать, дышал как загнанная лошадь, уставившись на нас шальным взглядом. Штольман осматривал его на предмет повреждений, а я словно в прорубь нырнула – утонула в ледяном Серегином ужасе и панике. Они сильными вибрациями и негативным напряжением буквально били меня разрядами по коже.

Глеб ждать не стал, рыкнул на Сергея:

– Ну, чего молчишь, что случилось?

– Пришельцы! Там пришельцы через западную стену прорвались, – просипел он, затравленно озираясь, а потом добил: – Наших баб уволокли, а Вовку и Макса сожрали…

– О боже! – вырвалось у меня.

Глеб по коммуникатору сразу отдал приказ срочно направить вооруженный отряд к западной стене. Какая удача, что успели наладить связь и оповещение, что успели сделать хоть какое-то оружие. А то с голой пяткой против шашки не выстоять. Вскоре грозный вооруженный отряд ринулся защищать границу и выдворять монстров. Насчет вернуть украденных женщин – сложно, слишком очевидно, что мы сейчас несмышленые котята против голодных гиен. Где искать и, главное, как спасать?

Женщин и детей экстренно собрали в специально подготовленном для таких случаев помещении и выставили охрану. Мы с Улей оказались там одними из первых, а дальше я все глубже и острее погружалась в пучину паники и страха, беспомощно сдавливая ладонями виски. Голова грозила лопнуть от захлестнувшего негатива.

Часа два спустя вернувшиеся мужчины, заляпанные в крови, раненые и… с убитыми на носилках, добавили мне головной боли. Ульянка, завидев Глеба в крови, бросилась к нему. Она осторожно касалась его ладонями, опасаясь причинить боль, и причитала сквозь слезы. А мне пришлось вместе с Владиславом и другими помощниками переносить раненых в капсулы на медицинский этаж.

Мой самый ужасный кошмар сбылся – вновь пролилась кровь!

Еще через пару часов на Площади Советов, ставшей местом, куда стекались по серьезному поводу пятьсот человек, чтобы решить, как нам быть дальше, мы, поредевшие и печальные, узнали, что случилось.