Вера Огнева – По следу Синей Бороды. Книга 2. Путь наследника (страница 7)

- Готовиться к героической смерти? – невесело усмехнулся хазарский царевич.

- Штурм крепости начнешь перед рассветом. Отправь туда пару сотен не больше. Чисто, для видимости. Предупреди, если из каньона последует нападение, пусть отходят к лагерю, не принимая боя. К реке не спускаться! Тыловым прикажи, перегородить ущелье обозами.

Игаль отстегнул деревянный протез, начал тереть натруженную культяпку.

- Получится, у тебя, не получится… надеюсь ты сам останешься жив. Если что, сюда не возвращайся. Выбирайся к побережью. Лучше потерять небольшое войско, чем его и командора в придачу.

- Забудь слово командор. Для всех я просто Марио. Обещаю, буду осторожен.

Охранники наконец-то пригодились по-настоящему. Каждый тащил по кожаному мешку с порохом. Свой мешок Север набил сухой соломой вперемешку с хвоей.

Путь на плато занял почти всю ночь. Еще не светало, но темнота уже подернулась ознобной поволокой.

Они остановились на невысоком гребне почти у самого истока. Вода озера бесшумно переливалась через край, грохоча о камни далеко внизу. Над протокой угадывался горбатый мостик. Из-под ног к сливу петляла узкая тропинка.

Спускались на ощупь. Север стоял у самой воды, когда из долины пришли первые звуки – Игаль начинал осаду.

В слабом свете фонаря удалось рассмотреть довольно большую нишу в скале. Вода отгораживала ее прозрачным занавесом. С самого края имелся сухой проход в полсажени.

Охранники перенесли в нишу мешки с порохом, развязали и обложили сухой соломой. Следовало поспешать. Порох мог быстро отсыреть. Тогда – все!

Тонкий горючий шнур протянули по тропинке.

- Теперь уходите, - приказал Север.

- Мы не можем тебя оставить!

- Это – приказ! Бегом! Чтобы на счет десять вас близко не было.

- Командор нас…

- Он знает. Быстро!

Как только смолкли шаги, Север поднес огонь к кончику шнура, да только, гореть тот не захотел. Порох в вощеных мешках всю дорогу пуще глаза берегли от воды, а шнур просто лежал в походном сундуке – вполне мог отсыреть.

Снизу пришел глухой рокот. Даже отсюда стала различима река факелов, которая по руслу текла к крепости.

Он не успевал! У него совсем не осталось времени. Север спустился ближе к потоку, достал стрелы и небольшой арбалет. Первый обмотанный горящей тряпкой болт ушел в поток и потух. Второй последовал за ним. Третий пришлось залить греческим огнем. Полыхнуло, так, что затлели кончики волос, но пущенный болт прошел сквозь воду и воткнулся в разложенную вокруг мешков солому.

Север, наверное, никогда в жизни так не бегал. Он успел подняться на край скалы, когда за спиной грохотом и огнем разверзлось мироздание.

Чудовищная, непреодолимая сила подняла его в воздух, пронесла над землей и ринула в темноту.

2

Тряска и тишина.

На каком свете он находится?

Ничего не болело. Тела как будто вообще не было, только голову тревожили мелкие толчки.

После очередного ухаба пришла боль. Затылок заломило, перед глазами пошли разноцветные круги.

Вроде живой, - решил Север, - или это Харон перед тем, как спустить лодку на воду, тащит ее по прибрежной гальке?

В пальцах закололо. Харон оказался не причем! Вывод больной головы сильно порадовал. Однако, продвигаясь по бесчувственным конечностям, мурашки тащили за собой боль. Скоро даже самый мелкий толчок стал отдаваться во всем теле.

Север лежал в телеге на какой-то подстилке совершенно голый.

От тряпки, которой его накрыли, несло лошадиным потом.

Он не стал сопротивляться накатившему беспамятству, все, что могло случиться, уже случилось.

Второе пробуждение случилось в сумерках, уже не трясло. Откуда-то сверху нависло морщинистое лицо с редкой бороденкой. Губы беззвучно шевелились.

Точно не Харон. Стал бы Перевозчик беседовать с пассажиром! Рядом образовалась вторая голова, толстощекая женская. Губы у этой головы тоже шевелились. Двое переговаривались, но звуков Север не слышал.

- Пи-и-ить, - то ли сказал, то ли подумал.

Наверное, все же сказал. Головы засуетились. Женская пропала, появилась сбоку, в рот полилась вода. Глотать оказалось трудно. Север закашлялся. Окружающее пространство начало обретать контуры.

Где-то высоко шевелились ветки деревьев. Ноздри уловили запах костра. Рядом нет-нет мелькали головы спасителей. Опять накрыло тьмой.

Третье пробуждение принесло звуки. Разговаривали мужчина и женщина.

- Скажи мне, дурында, зачем мы его подобрали? Как есть, не сегодня завтра помрет, - проскрипел сварливый старческий голос.

- Молодой, крепкий. С чего ему помирать?

- Так лежит же-ж!

- Его видать молнией зацепило. Волосья попалены. Очухается.

- И что с ним делать? На такого вся снедь уйдет! Нет, бросим тут. Выживет – его счастье.

- А чем дань платит станем? Лесные по мужику со двора требуют, либо деньгами. Деньги нам и самим пригодятся, а найду отдадим.

- Им здоровые нужны!

- Тогда ты иди. Толку с тебя, только спорить умеешь! Полежит в сарае, опомнится, на ноги встанет и пойдет как есть.

- Не молния это была! – заспорил дед, переводя разговор, лишь бы не соглашаться.

- А что, по-твоему?

- Колдовство!

- Это каким колдуном надо быть, чтобы одним махом утопить целое войско? Сроду в наших краях такого не водилось.

- Имперские с собой привезли, - отрезал дед.

- Ты доел, допил? Поздно уже, пошли в шалаш.

- Тебе лишь бы на бок завалиться!

Эти двое, так существовали. Жизнь – вечный спор. От скуки, должно быть. Кто они друг другу? Дед, внучка, отец, дочь, муж, жена? Еще какие-то лесные…

Простые размышления канули в наплывах памяти: он с двумя помощниками карабкался на склон… поток… стрела с подожженной тряпкой. Последнее, что помнил Север, как огонь вгрызается в сухую солому.

Разрушить перемычку получилось! Целое войско погибло, сказала тетка. От тех, кто оборонял крепость Игаль отобьется.

Ветки деревьев над головой пошли в хоровод с потоком то ли звезд, то ли белых искр.

На следующее утро попытка сеть кончилась плачевно. Только успел перегнуться за бортик телеги, рвотой вывернуло на изнанку. Пришлось улечься и замереть, иначе мир норовил перевернуться и придавить бренное тело младшего наследника и теперь уже Первого командора Особого корпуса Византийской империи.

- Приехали!

Тетка откинула рогожу, оглядела найду, хмыкнула и приказала идти в сарай.

- Будешь тут лежать. Маринка! - крикнула она кому-то. - Кашу свари пожиже. Его накормить надо. Не ровен час, примрет. В дороге-то одной водой поили.

Они объехали обмелевшее озеро по дальнему краю, дальше двигались на юг. Все путешествие заняло без малого трое суток. Как только сможет ходить, он отсюда сбежит. Хотя, бежать – громко сказано. Пять шагов от телеги и те дались огромным трудом.

Замотанный в старую попону Север опустился на солому. Куда двигаться, он себе представлял. Уйдет, лишь бы раньше времени не нагрянули сборщики дани, не исключено, сподвижники Твердислава, а бо еще какие разбойники.

Миску жидкой каши принесла девочка лет двенадцати совершенно нездешнего вида.

- Мне бы какую-нибудь одежку, - попросил Север.