Вера Огнева – По следу Синей Бороды. Книга 1: Путь сироты (страница 6)

– Приболел. Еще нужны объяснения? – вкрадчиво поинтересовался Север.

– Нет, Ваша милость. Простите, Ваша милость. Только никак невозможно. Все работники сейчас…

– Двадцать монет серебром.

Интересно, что пересилит, приказ короля, или жадность?

Пако покраснел, хоть и так бледностью не отличался. Физиономия от борения страстей стала вовсе свекольная. Руки бессознательно теребили край рубахи.

– Так это… мессир… двадцать. Да. Я запамятовал, двое найдутся. Им вас верхами сопровождать?

– Пеших достаточно.

– Будет исполнено, мессир. Мальчишка вас пригласит, когда заседлаем, не извольте беспокоиться.

Странноприимный Дом Всех Храмов располагался ближе к центру. Герб на воротах Север разглядел еще вчера. Скромное название существовало исключительно как дань традициям. Такие дома имели четыре предела – каждый для своей стороны света. В центре находилась домашняя часовня, где можно было проводить службы. Изредка тут одновременно останавливались представители разных храмов. Местные власти исключительно из почтения к культу окружали тогда странноприимный дом двойным кольцом стражи, иначе свара, могла выплеснуться на улицы, и под горячую руку храмовников попасть невинные люди.

– Кто такие? – потребовал матерый привратник, облаченный в кольчугу поверх белой хламиды.

– Север граф Блуа. Не откажите в любезности, скажите, в вашем доме сейчас кто-нибудь остановился?

– Легат Западного Храма. Что передать?

– Я прошу аудиенции. Желаю принести дары.

Деньги, как известно, открывают любые двери, однако Север не ожидал, что его примут с такой поспешностью.

– Проходите, ваша милость, – раздался за спиной привратника другой голос. – Мы счастливы, принять у себя наследника Блуа. Да отопри ты ворота! Не видишь, мессир граф ждет. Это ваши слуги?

– Нанял на постоялом дворе.

– Вы не будете возражать, если они подождут у коновязи?

– Как вам будет угодно.

Коня увели. Помощник легата предложил следовать за собой в западный предел. Широкая кольчуга болталась на нем будто с чужого плеча. Штаны, которые, вроде не полагались к храмовому наряду, оказались заправлены в сапоги. Получалось, храмовники, если пока не перешли на осадное положение, были к нему готовы.

Странноприимный дом изнутри мог потягаться с королевскими покоями, если не архитектурой, так убранством. Храмовники отнюдь не бедствовали. Резные камины, кресла, широкие диваны, Гобелены, опять же. Голых стен тут не попадалось вообще. В приемной легата на полу лежал восточный ковер с чудесным узором.

Сам легат приветствовал наследника Блуа стоя. Кольчуга у него была спрятана под долгополую одежду. Ног Север не видел, но мог поручиться, что и там сапоги.

– Мы рады приветствовать столь высокого гостя в наших скромных стенах. Ваше имя мне известно. Меня зовут Себастьян.

Легат протянул руки ладонями вверх. Север, в соответствии с этикетом, возложил на них свои, досчитал до пяти, убрал. Ритуал был завершен.

– Пройдемте к камину, – предложил легат.

Вечер случился весьма прохладный. В топке горели дрова. Немного, только для уюта. По чеканному лицу высокопоставленного храмовника пробегали сполохи, казалось, оно кривится то в усмешку, то в гнев.

– Я слышал, вас вчера принимал король.

– Да. Я имел такое удовольствие.

– Ваши впечатления?

Север не ожидал, что вопрос будет задан в лоб. У этих тоже что-то случилось? Кругом шло некое копошение, а он пока даже примерно не представлял, откуда ветер дует.

С откровениями следовало повременить и для начала самому узнать, как можно больше.

– Впечатление скорее странное. Я бы так выразился. Я не ожидал объятий и заверений в вечной дружбе, но и откровенной неприязни – тоже. Монарх насторожен, или мне показалось?

– Вы произнесли очень много слов, умудрившись ничего не сказать. Вы, насколько я помню, воспитывались при дворе императора. Ваши опасения оправданы. Со своей стороны хочу вас заверить, что западный орден заинтересован в вашей дружбе.

– Взаимно, – согласился Север.

– Будем считать, официальную часть законченной. Могу я спросить, что вас привело к нам?

Опять в лоб. Север медлил с ответом. Легат ему нравился. Среди храмовников такого уровня дураков не водилось. Если Себастьян с самого начала предлагал открытую игру, значит, в том имелась острая необходимость. Вилять и обходиться общими фразами, в такой ситуации неразумно. Другое дело, что под внешним смыслом должен быть еще один, а под ним может оказаться следующий.

Ладно, попробуем играть по его правилам, в разумных пределах, разумеется.

– Я пришел предложить вам обмен. Я передаю Западному Храму свои Бретонские владения в качестве дара дружбы, а вы делитесь со мной информацией и не отказываете в поддержке, если таковая понадобится.

– Вы хотите передать земли, которые захватили клевреты короля, после гибели графа Жиля.

– Да. Они не столь обширны, но богаты. Мне сейчас идти на открытую конфронтацию с короной сложно. Я только прибыл в страну. Император далеко. Король ведет себя по меньшей мере странно. Смерть Жиля требует расследования, в котором, боюсь, официальные власти мне помогать не станут. Скорее наоборот. Если вопрос затянется, получить свои земли назад, я не смогу, они отойдут захватчикам, поскольку время для обжалования, согласно местным законам, будет упущено. Вы решите вопрос быстрее. Король не сможет вам помешать.

– Вы хотите стравить Храм с короной? – улыбнулся Себастьян.

– И в мыслях не бывало. Я просто не хочу попустительствовать произволу.

– Вы правильно все рассчитали. Мы не откажемся от такого дара. Вы получите нашу поддержку, а потеря каких-то бретонских земель не станет для вас критической. Владения Блуа обширны. Почти королевство в королевстве.

– Не это ли является главным мотивом поведения короля Филиппа? – теперь уже Север задал прямой вопрос.

– И это, думаю, тоже. Кстати, Ангулем сильно разгневается, узнав о вашем подарке. Он всячески препятствует расширению владений Западного храма. Я уже второй месяц жду аудиенции. Филипп откладывает ее под разными предлогами. Вы знаете о покушении на его величество?

– Слышал. Думаю, что это… как бы поделикатнее сказать, выдуманная угроза.

– Мне тоже так кажется.

Два месяца держать легата на пороге, отказывая в приеме? Филипп или рехнулся, или действительно ничего не боится.

– Вас ведь еще что-то волнует? – спросил проницательный Себастьян.

– Исчезновение легата Южного Храма.

– Странно. Где вы и где Южный храм? Или это ваш знакомец?

– Нет. Я мало встречался с вашими коллегами. Дело в том, что меня могут обвинить в исчезновении легата. Мой слуга имел неосторожность купить на улице сапоги италийской работы. Не хотелось являться при дворе в пыльной обуви, только и всего. Легат пропадает, я объявляюсь в его сапогах, кто-то из бдительных придворных обращает на это внимание – корона привлекает меня в качестве подозреваемого. Как вы думаете, свидетели, что я собственноручно зарезал легата, найдутся?

– Легко.

– Тогда позвольте мне прямой вопрос?

– Сделайте одолжение.

– Не вы ли приложили руку к его исчезновению?

– Антонио Бальди ехал сюда для встречи со мной. Переговоры санкционированы главами Храмов. О них знал весьма ограниченный круг высших членов капитула.

– Сопровождавшие его люди остановились в этом доме?

– Хотите заручиться их свидетельством?

– Да.

– Я вас разочарую. Они пропали вместе с Антонио.

– Шел по лесу отряд вооруженных людей. Налетели разбойники, всех положили, а тела утопили в ближнем болоте?

– Официальная версия, которую мне представили за полчаса до вашего прихода, звучала похоже. Вы-то откуда почерпнули сии сведения?

– Тоже самое случилось с Жилем де Ре. Не удивлюсь, если труп легата через неделю найдется. Жиля перед смертью пытали. Конвой утопили. Я даже не могу забрать трупы. Угодья, по которым путешествовал мой дядя, принадлежат любовнице короля. Любые действия без санкции короны на чужой земле чреваты.

Себастьян молча смотрел в огонь. Беседа застопорилась. Легат Западного храма решал, стоит ли дальше раскрываться перед мутным наследником, к тому же приближенным императора. У Храмов, как и у Всеволода при дворах имелись свои глаза и уши. Не исключено так же, что уважаемый храмовник в данный момент прикидывал, не отказаться ли от подношений опального графа, дабы не ухудшать собственные позиции.

А Север просто отпустил ситуацию. Он узнал достаточно. Дела храмовников его не интересовали, со своими он как-нибудь разберется. Лишние вопросы только насторожат легата.