Вера Кожевникова – Как живём, так и рожаем (страница 11)

обратись к себе с поддерживающей фразой – такой, какую ты сказала бы подруге (к примеру: «Ты не одна»; «Твои чувства очень важны»; «Я рядом с тобой»).

Можно не «отменять» боль, а снимать с неё моральную нагрузку. В книгах по гипнородам встречается идея о том, что даже простое переформулирование (к примеру, «волны» вместо «схваток», «ощущения» вместо «боли») меняет проживание неприятных моментов. На уровне науки это соотносится с данными о когнитивной переоценке и языковых фреймах, влияющих на болевое восприятие11.

Важно осознать, что роды – это нормальный, хоть и трудоёмкий, физиологический процесс, во время которого тело приводит в этот мир нового человека. И если убрать оценку и идею, что ты должна доказать что-то кому-то (включая саму себя), остаётся простая задача: находиться в процессе. Это не отменяет трудности, но лишает чувства вины. Ты не обязана страдать, чтобы заслужить материнство. Ты не обязана пройти через унижение, чтобы быть признанной. Ты не обязана «отмучиться». Можно просто родить так, как тебе хочется. Ведь даже если случится что-то неожиданное, не всё зависит от тебя. Помимо тебя в этом уравнении есть ещё медицинская система со своими правилами и регламентами, есть божественная воля или воля случая, есть воля ребёнка. Ведь никогда не следует исключать мысль, что у ребёнка тоже есть право родиться так, как этого хочет он, и заранее мы не можем прогнозировать и предопределять, как будет лучше для него. К примеру, мама может быть сколько угодно готовой, но малыш решит лечь поперёк или тазово, и в таком случае придётся подстраиваться под обстоятельства. И да – так тоже бывает.

Сценарий – это всего лишь привычка интерпретации, которую можно заменить. Когда кто-то будет рассказывать страшную историю или говорить о рисках и у тебя включится тревога, ты можешь не спорить, не доказывать обратное, а просто сказать себе: «Это не про меня». Пусть это будет твоей границей и мантрой, тем, что ты сама для себя выбираешь. В этом месте мне хочется рассказать истории, которые похожи на чудеса, но которые происходили в реальной жизни на моих глазах. Они про то, как невозможное становится возможным во многом благодаря вере и уверенности. Моя подруга родила двойню дома в 38 недель, с обоими детками всё хорошо, они здоровы, но перед родами оба ребёнка лежали поперёк (наверняка ты знаешь, что это прямое и стопроцентное показание к кесаревому сечению). Другая женщина родила ребёнка с операбельным пороком сердца. Всю беременность ей говорили, что у ребёнка какой-то страшный диагноз и он родится «овощем». Врачи собирали комиссии и настаивали на прерывании беременности. Но в результате после рождения малыша прооперировали, и сейчас всё с ним хорошо. Я предостерегаю тебя от повторения подобных историй, но мне хочется показать, что такие чудеса тоже случаются и чаще, чем мы думаем. Самое важное в них то, что женщины из этих историй всегда выбирают своё чувство правды, опираются на себя, а не на внешнее представление о том, как должно быть.

Сценарий, который случится с тобой в родах, не предопределён в полном смысле этого слова, и ты можешь на него влиять. Лучший способ его изменить заключается не в том, чтобы изо всех сил «вдавливать» в себя другую, позитивную модель, а в том, чтобы заметить старую и не дать ей руководить тобой. Роды могут быть сложными, могут быть странными, могут выходить за пределы ожидаемого. Однако если ты не воспринимаешь их наказание, у тебя появляется шанс выйти из них не только с ребёнком, но и с ощущением, что ты отлично справилась даже там, где всё было на пределе. Это чувство появляется, когда у тебя есть возможность понимать, что происходит, соглашаться или отказываться и самой выбирать для себя самую безопасную дорогу.

Глава 4. Таз, которому не мешают

Для того чтобы родиться, ребёнку нужно пройти через родовой канал. Это не прямая труба, а скорее извилистый туннель, где каждое движение требует точности. Сначала малыш опускается во вход таза: его головка как будто примеряется к форме и размеру костей, подбирая правильный угол. Затем он начинает сгибать подбородок к груди, чтобы занять максимально компактное положение. Когда головка входит глубже, ребёнку приходится повернуться: таз устроен так, что на разных уровнях он меняет направление, и малыш как будто прокручивается винтом внутри. Сначала поворот происходит, чтобы лоб оказался ближе к крестцу матери, потом – чтобы лицо оказалось повёрнуто к её спине (ведь только так головка может пройти самый узкий участок), а на выходе ребёнок снова поворачивается плечиками. Всё это напоминает танец. Сначала появляется головка, потом одно плечо, затем другое, и, наконец, всё тело мягко скользит наружу. Для того чтобы пройти этот путь, малышу нужны пластичность и гибкость таза матери, согласованность с её дыханием, а также с гравитацией.

Подвижность таза – это ещё один ключ к благополучным родам. Когда женщина слышит от врача, что у неё узкий таз или что ребёнок слишком крупный, чаще всего эти слова звучат как предупреждение о возможных осложнениях и практически всегда оставляют в теле напряжение, даже если ничего катастрофического на самом деле не происходит. Но ведь беременной женщине зачастую крайне сложно во всём разобраться самой, и, кроме того, мы привыкли доверять словам медицинских работников. Ведь кто, как не врач с его опытом, может знать лучше? И к кому нам ещё обращаться, чтобы подтвердить или опровергнуть услышанное или прочитанное? Разумеется, возникает волнение. Однако подобные формулировки нередко строятся не на объективных функциональных характеристиках тела, а на примерных показателях, полученных с помощью УЗИ или визуального осмотра, которые, во-первых, могут быть неточными, а во-вторых, не учитывают самого главного – подвижности таза матери и адаптивности ребёнка.

Таз – не жёсткая коробка, он не фиксирован в пространстве и не имеет одного постоянного размера. Это сочленённая структура, образованная несколькими костями (подвздошными, седалищными, лобковыми и крестцом), которые соединены между собой с помощью суставов и эластичных связок, обеспечивающих его естественную подвижность. В норме у взрослой женщины таз способен адаптироваться к процессу родов, изменяя свои размеры за счёт:

отведения крестца назад (через крестцово-подвздошные суставы);

расхождения лобкового симфиза (всего на несколько миллиметров, но этого, как правило, достаточно);

откидывания копчика;

а также смещения мягких тканей тазового дна, если они не находятся в спазме.

Если эти суставы и ткани не ограничены в своей подвижности, если женщина не зажата и может принимать удобные положения (особенно вертикальные или с опорой на руки), а также если нет хронического перенапряжения в пояснично-крестцовой области или рубцовых ограничений (которые возникают, например, после операций), таз обладает бóльшим потенциалом к раскрытию, чем это можно определить при статическом осмотре в положении лёжа.

Разумеется, имеет значение и размер головы ребёнка. Однако череп новорождённого устроен таким образом, что его кости способны немного смещаться и наезжать друг на друга (этот процесс называется молдинг), за счёт чего объём головы уменьшается, позволяя ей легче пройти по родовому каналу. Кроме того, положение ребёнка – например, то, насколько его подбородок прижат к груди и в каком направлении его тело поворачивается, проходя через таз, – также существенно влияет на лёгкость его продвижения через тазовое кольцо.

Таким образом, ключевым параметром является не столько геометрия таза или масса ребёнка, сколько то, как эти две системы могут адаптироваться друг к другу в процессе, если им не мешать. А мешают чаще всего внешние условия: неудобное положение тела (например, лёжа на спине), насильственные вмешательства, стресс, яркий свет, холод или грубая манера общения. Всё это через активацию симпатической нервной системы вызывает напряжение мышц и спазм связок, особенно в области диафрагмы, поясницы и тазового дна, что, в свою очередь, ограничивает нормальную подвижность таза и нарушает ритм родовой деятельности. Если же женщина может двигаться свободно, дышать глубоко, чувствовать своё тело и имеет возможность находиться в безопасной и поддерживающей среде, её таз будет работать так, как задумано природой: раскрываться, смягчаться, подстраиваться под форму ребёнка, а малышу тем временем будет легче искать и находить путь. Поэтому даже при объективно неидеальных параметрах, например при небольшом расхождении лонного сочленения или относительной крупности плода, роды могут пройти физиологично, если сохранены движение, связь с телом и если происходит минимальное количество вмешательств.

Если бы я могла напечатать памятку для беременных, там обязательно были бы написаны следующие три рекомендации: «Не зажиматься. Не сдерживаться. Не мешать». Ведь хорошие роды – это движение сквозь пространство, где каждая структура тела матери соглашается с происходящим и вступает в своеобразный танец с силами, выталкивающими ребёнка и помогающими ему появиться на свет. Танец – лучшая метафора. Если ты когда-нибудь танцевала с партнёром, то точно помнишь, как важна согласованность ритмов и движений. Если её нет, ты и партнёр начинаете оттаптывать друг другу ноги.