Вера Чиркова – Сбежавшая невеста (СИ) (страница 34)

– Так она тебя обманула!

– Всех. Ребенок был от простого наемника из нижнего Гайртона, который сбежал, едва узнав о грядущем отцовстве.

– А ты? Он искал тебя?

– Нет. Тогда не искал. Он был в бешенстве от попытки его провести и зол на всех женщин разом. И на меня в том числе, ведь я, со слов соперницы, была ничем не лучше. Но давай поспешим, а то нас потеряют.

– Постой, Санди, как это «поспешим»? А конец?

– Конец… ну ладно. Давай я тебя причешу и коротко расскажу остальное. Он случайно нашел меня через шесть лет, после того как я сбежала. И сначала провел подробное дознание, как положено темному магу, а потом заявился и первым делом спросил, зачем я так жестоко с ним обошлась.

– Ну и дурак же, – не смогла сдержать своего возмущения хранительница.

– Не спорю, – раздалось от двери, и в комнату вошел глава гильдии. – Но прошу учесть, что тогда я был смертельно обижен и страшно зол.

– Эгрис! – потрясенно ахнула Леаттия. – Неужели это был ты?

– Это и до сих пор я, – покаянно вздохнул магистр, но на его губах играла лукавая усмешка. – И окончание истории тебе лучше узнать от меня. Вот уже почти четыре года я неотступно осаждаю эту крепость, и только ради нее сам служил у Кайора придворным магом. Иначе отдал бы это задание любому магистру. Одновременно с этим, чтобы хоть иногда видеть любимую вблизи, я изображал старичка-травника с пригородного хуторка. Но лишь позавчера она наконец простила меня и позволила провести ритуал объединения судеб.

– Санди?!

– Ну да, – смущенно порозовела та. – Как выяснилось со временем, я однолюбка и не могу даже думать ни о ком другом.

– Так это прекрасно, я вас от души поздравляю! Жаль, подарка нет… но я что-нибудь придумаю.

– Не нужно, ты и сама для всех нас подарок, – нежно целуя руку жены, решительно отказался Эгрис. – Поэтому я могу с полным правом называть тебя племянницей и баловать сколько угодно.

Глава шестнадцатая

В столовую они пришли все вместе, глава гильдии бережно вел впереди жену, которую, как выяснилось, на самом деле звали Ирсаной. Однако она предложила наедине называть ее привычным именем, хотя внешне теперь очень мало напоминала прежнюю травницу.

– Сняла амулет личины, – пояснила она графине, заметив изумление в ее взоре. – Родители подарили, когда уезжала. Только сама и видела в зеркале себя, все остальные – немолодую утомленную женщину, каких много в селах и маленьких городишках. Мне было все равно, а молодым лоботрясам меньше соблазна.

– Доброе утро, – встретил их уже сидевший за столом Джарвис, пришедший в дом позже всех, так как убирал сферу. – Я уж думал, не дождусь, пока соизволите появиться.

Присмотрелся к тихой, светящейся счастьем знахарке и едва сдерживающему улыбку магистру и неожиданно огорченно вздохнул:

– Все ясно, договорились наконец-то. Хотя могли бы и обождать месяца три-четыре. Где я теперь найду такую напарницу?

– Как ты можешь! – устраиваясь напротив него за столом, возмутилась графиня. – У друзей такая радость, а ты о напарнице!

– Они со своим счастьем сами столько лет воевали, все никак не могли разобраться, – похоже, маг досадовал всерьез, – и никого слушать не хотели. А в самый ответственный момент вдруг все разрешили!

– Не думала, что ты настолько жесток, что готов ради каких-то дел лишить друзей любви! – огорчилась хранительница. – Притом такой редкой.

– Я вообще злой, – вспылил вдруг Джар. – И ту пиявку вчера зря обидел.

– Не зря, – мгновенно поджала губы графиня. – Ты все сделал верно, я уже поняла. Но сейчас не прав. Санди же никуда не уходит.

– Да? – едко усмехнулся он. – А Эгриса ты спросила? Неужели ты думаешь, будто есть хоть один темный маг, который позволит любимой жене лезть в самые опасные приключения? Да она уже сегодня вечером будет сидеть в его доме в Гайртоне или в каком-нибудь тайном замке и писать нам письма.

Леа хотела возразить, в поисках поддержки оглянулась на притихших молодоженов и прикусила язычок. Эгрис с женой прятали взоры, но их лица были виноватыми, как у нашкодивших щенков, и это лучше всяких слов убедило хранительницу в правоте учителя.

– В конце концов, они имеют на это право, – помолчав и обдумав сказанное, гордо вскинула голову наследница знаменитого рода, – так как заплатили за это счастье самую высокую цену. А напарницу себе со временем подыщешь, вряд ли Санди была единственной из магинь, кто занимается контрактами такого рода.

– Ну что ж, – оглядев присутствующих, строго и важно объявил глава темных магов, – последний экзамен она сдала. Можем собирать малый совет.

– Какой еще экзамен? – нахмурилась хранительница, мгновенно начиная закипать. – Какой совет? Эгрис! Запомни! Если ты сейчас скажешь, что рассказанная Сандией история была сказкой, я откажусь от вашей помощи и от учителя!

– Я сказала тебе чистую правду, – открыто посмотрела в глаза девушке спасительница. – Никогда в таких делах не лгала и не буду. Но есть одна тонкость – темные маги просто ненавидят рассказывать о себе такие вещи. И я рассказала потому, что Эгри очень попросил. Они ведь не знают ни твоих убеждений, ни характера, хотя и наблюдали за тобой не один год. Но то была совсем другая девушка, я и сама теперь вижу.

– Так вы действительно помирились или только разыграли меня? – Графине почему-то было очень важно это знать.

– На самом деле, – снова порозовела Санди. – Хотя я и не собиралась сдаваться раньше осени… бывают у меня такие приступы упрямства.

– А что с советом? – Леа перевела взгляд на Джара, только теперь сообразив, что он никак не мог быть в стороне от этих планов.

– Про совет скажу я, он знает только закон, – мгновенно встал на защиту друга Эгрис. – И этот закон непреложен для всех. Мы можем брать любые контракты на обучение, и если со временем выяснится, что ученик по своим действиям и рассуждениям подходит нам, собираем совет и принимаем его в гильдию.

– А с чего вы решили, что я захочу войти в темную гильдию?! – изумленно охнула хранительница.

Но хотя в душе еще кипело возмущение, вызванное таким самоуправством, графиня уже начинала понимать, как прав сейчас глава темных магов. У нее действительно нет другого пути.

– Мы и не надеялись, что ты захочешь, – вздохнул Эгрис. – Более того, предполагаем, что хранителям вообще запрещено вступать в сговоры с магами, кроме как в исключительных случаях. И понимаем, что для решения такого важного вопроса тебе понадобится время, и немалое. Но по нашим законам, мы имеем право на совете принять постановление считать любого человека, ценного для гильдии, подопечным и защищать как своего собрата. Поэтому после завтрака сюда придут магистры, входящие в верховный совет гильдии, и я прошу лишь об одном – просто поговори с ними.

– Пей взвар, – подвинула «племяннице» чашечку его жена. – Вот свежие булочки, в вазочке молодой мед с первоцветов. И позволь мне попросить прощения, я ведь только вчера узнала, кого мы спасли.

– Тебе не за что извиняться, Санди, – твердо прервала ее Леаттия. – Ты ничем меня не обидела, и твои советы помогли мне в самый трудный момент. За это я всегда буду благодарна.

Говорить, что уже придумала, какой подарок сделает гордой травнице, хранительница не собиралась, не положено ей разбрасываться обещаниями.

– Тогда я хочу спросить… – Знахарка в нерешительности смолкла, делая вид, что не замечает сердитого взора своего мужа.

– О чем?

– Как ты предпочитаешь получать не очень приятные известия, сразу или после успокаивающего зелья?

– Вообще-то это был секрет верховного совета, – обреченно вздохнул Эгрис.

– Я помню, – упрямо задрала нос знахарка. – Но так же хорошо знаю, что некоторые люди не переносят угроз и принуждения, и уверена, Лайна – именно такой человек. Поэтому и считаю нужным разговаривать с ней открыто, а не плести интриги.

– Я благодарна тебе за комплимент, – невольно улыбнулась Леаттия, сообразив, что «тетушка» только что выдала ей все стратегические планы магистров, – и жду новость.

– Тогда я сам скажу, – властным взглядом остановил жену Эгрис. – Вчера вечером мне пришло срочное сообщение из Брафортского герцогства. Кайор наконец решил объявить о твоем побеге. Но сделал это с присущей ему подлостью. В зачитанном на площади указе говорится, что невеста герцога уличена в порочной связи с охранником замка. Вместе они убили его жену, заставшую их на месте… хм, измены, собрали все фамильные ценности и сбежали за пределы герцогства. Всем правителям соседних стран посланы официальные требования посодействовать в поимке преступников и возвращению их в Брафорт для справедливого суда и наказания.

Такого грязного оскорбления Леа не ожидала даже от Кайора, все же он сын знатного рода и воспитан гувернерами, обязанными привить детям понятия о чести и благородстве. И хотя с ней самой его светлость изначально обошелся нечестно, но это можно было списать на заботу о своем герцогстве, где недостаток магии с каждым годом сказывался все сильнее.

Но решиться опозорить ее имя на весь мир, натравить на бывшую невесту тайный розыск, сыщиков и стражников всех государств мог только человек, совершенно лишенный таких понятий, как честность и справедливость.

Где-то в груди родился и начал разгораться сплетенный из обиды, возмущения и гнева жаркий клубок, и с каждым мгновением он становился все горячее.