Веня Хранитель Знаний – Злодей должен сгинуть: Надежда (страница 8)
«Что, если…» — мелькнула отчаянная мысль, и Дмитрий поймал себя на том, что разглядывает свой нож для резьбы по дереву. Острый, идеально заточенный, способный с легкостью рассечь плоть…
«Нет!» — он отшатнулся от зеркала, отгоняя наваждение. Как бы ни было тяжело, самоубийство никогда не входило в его понимание чести.
Дмитрий глубоко вдохнул, выдохнул и повторил этот цикл несколько раз, успокаивая бешено колотящееся сердце. Постепенно ясность мысли возвращалась.
«Если мне не верят, если меня ненавидят, несмотря на все мои старания… что ж, возможно, мне следует прекратить искать их одобрения, — подумал он. — Я должен действовать ради себя самого. Ради выживания».
Он вернулся к рабочему столу, где лежал незавершенный чертеж переносной катапульты, способной забросить человека на стену.
«Сколько раз Варя проходила эту игру? Двадцать? Значит, она знала каждую деталь сюжета. Каждый поворот, каждую смерть… каждое движение героев».
Дмитрий схватил перо и начал лихорадочно записывать всё, что помнил из рассказов сестры. События, которые должны произойти. Места, где окажется Альберт. Моменты, когда Найт, согласно сюжету, совершит свои подлые поступки.
«Если я знаю наперед, что должно случиться, я могу этого избежать. Изменить свою судьбу».
Он работал всю ночь, составляя детальный план, рассматривая все возможные сценарии. Больше никаких попыток понравиться графине или королеве. Больше никаких надежд на то, что кто-то увидит в нем лучшее. Отныне он будет играть по своим правилам.
К рассвету план был готов. Дмитрий отложил перо и откинулся на спинку стула, глядя, как первые лучи солнца пробиваются сквозь пыльные окна мастерской.
«Операция “Выживание Найта” переходит на новый уровень», — подумал он, криво улыбаясь.
Ему не нужна была любовь окружающих. Ему достаточно было остаться в живых, когда опустится занавес этой трагедии.
Утро выдалось свежим и ясным, словно сама природа старалась сгладить тяготы прошедшей ночи. Дмитрий, наконец выспавшийся после долгих часов планирования, решил отправиться в город за необходимыми материалами. Его главной целью был порох — ключевой компонент для производства патронов ко второму револьверу, который он создал после утраты первого.
«Про Альберта можно не беспокоиться, — размышлял он, собираясь в дорогу. — Сегодня, если верить рассказам Вари, он должен встречать гостей — принцессу Альвиду. А значит, все внимание будет приковано к дворцу».
Для выхода в город Дмитрий выбрал простую, но добротную одежду: темно-синяя рубашка, черные штаны, короткий плащ с капюшоном. Ничего вызывающего, никакой графской символики — лучше не привлекать лишнего внимания.
Улицы города кипели жизнью. Торговцы нахваливали товар, дети носились между прилавками, откуда-то доносилась музыка — видимо, уличные музыканты развлекали прохожих. Но стоило горожанам заметить Найта, как атмосфера вокруг него вновь менялась — люди расступались, отводили глаза, замолкали на полуслове.
Дмитрий уже привык к такой реакции и научился не обращать внимания. Сосредоточившись на поиске нужных ингредиентов, он свернул в менее людный квартал, где располагались лавки алхимиков и мастеров-ремесленников.
Завернув за угол, он внезапно остановился. В нескольких метрах от него разворачивалась неприглядная сцена: пятеро подростков, крепких деревенских парней лет пятнадцати-шестнадцати, окружили девочку. Она была худой, с растрепанными черными волосами и в порванной одежде. Мальчишки толкали ее, дергали за волосы, сопровождая это грубыми насмешками.
«Ами», — внезапно вспомнил Дмитрий имя из рассказов Вари.
Один из секретных боссов игры — девушка, заключившая контракт с демоном и получившая сверхъестественные силы. Варя никогда не упоминала почему, считая это не особо важным для сюжета. Теперь ответ лежал перед глазами Дмитрия.
Не раздумывая, он направился к группе.
— Эй, сосунки! — голос его прозвучал низко и угрожающе. — Валите домой, пока целы.
Хулиганы обернулись, и на их лицах отразилась смесь удивления и страха. Но быстро, видимо приняв его за обычного прохожего, самый крупный из них, рыжий мальчишка с веснушчатым лицом, схватил с земли увесистую палку и сделал шаг вперед.
— А не пошел бы ты своей дорогой, дядя? — нагло протянул он. — Не твое дело, чем мы тут занимаемся.
Дмитрий хрустнул шеей — армейская привычка перед неизбежной дракой. Когда рыжий замахнулся палкой, он одним плавным движением перехватил его запястье, вырвал оружие и толкнул парня ногой в живот. Тот рухнул на землю, скорчившись от боли.
— Видимо, ты не знаешь, кто я такой, — спокойно произнес Дмитрий, методично нанося мальчишке несильные, но болезненные удары по корпусу. — Ну так сейчас узнаешь.
Остальные хулиганы замерли, глядя, как их лидер корчится от боли. Когда Дмитрий поднял голову и посмотрел на них своими необычными красноватыми глазами, их словно ветром сдуло — они бросились врассыпную, крича что-то о “сумасшедшем графе”.
Девочка забилась в угол между двумя домами, закрывая голову руками в защитном жесте. Её зеленые глаза, широко раскрытые от страха, напомнили Дмитрию глаза Вари в детстве, когда она боялась грозы.
Он медленно подошел к ней и присел на корточки, стараясь не делать резких движений.
— Эй, всё хорошо, малышка, — произнес он мягко, совсем не тем тоном, который ожидали бы от графа Найта. — Никто больше тебя не обидит.
Он осторожно заправил прядь её волос за ухо, осматривая ссадины на лице. Губа была разбита, на щеке наливался синяк, одежда порвана и испачкана.
— Проклятье, какие же дети бывают жестокими, — пробормотал он.
Дмитрий протянул ей руку:
— Ты голодна? Хочешь помыться и переодеться? У меня дома есть всё необходимое.
Девочка смотрела на него с недоверием, которое вдруг сменилось каким-то странным пониманием.
— А что… что вы захотите взамен? — тихо спросила она, и её голос дрогнул. — Вы… собираетесь сделать меня своей игрушкой?
Дмитрия передернуло от этих слов. Тошнота подкатила к горлу, когда он понял, что имеет в виду девочка, и что Найт, возможно, был способен и на такое.
На мгновение перед его глазами встало лицо Вари — такой же юной, такой же беззащитной. Как бы он отреагировал, если бы кто-то посмел…
— Нет! — его голос прозвучал резче, чем он хотел. — Никогда, слышишь? Я клянусь тебе, что не причиню вреда. Я не… — он запнулся. — Я не тот человек, которого ты боишься.
Что-то в его тоне, в интенсивности его взгляда, заставило Ами поверить. Она нерешительно протянула руку и позволила поднять себя с земли.
— Как тебя зовут? — спросил он, поддерживая её за локоть.
— Ами, — ответила она, всё еще с опаской поглядывая на него.
— Хорошо, Ами. Меня зовут… — он запнулся, почти произнеся “Дима”, но вовремя исправился, — …Найт. Граф Найт. И сегодня ты будешь моей гостьей.
В поместье графа они прибыли, когда солнце уже стояло в зените. К счастью, графини Мун не было дома — очевидно, она отправилась во дворец на встречу принцессы Альвиды.
Эбигейл встретила их в холле, и её глаза расширились от изумления, когда она увидела растрепанную девочку рядом с хозяином.
— Милорд? — в её тоне сквозило недоумение.
— Эбигейл, — распорядился Дмитрий, — приготовьте обед для Ами. Что-нибудь питательное, но не слишком тяжелое. Также нужна горячая ванна и чистая одежда.
Служанка смотрела на него так, будто он внезапно отрастил вторую голову.
— Немедленно, — добавил он тоном, не терпящим возражений.
Эбигейл поклонилась и поспешила выполнять распоряжения, бросая через плечо недоверчивые взгляды. Очевидно, она ожидала увидеть совсем другое обращение с юной гостьей.
Когда Ами, вымытая, одетая в простое, но чистое платье, сидела за обеденным столом, Дмитрий не мог не улыбаться, наблюдая, как она с аппетитом поглощает еду. Девочка двигалась с осторожностью раненого зверька, всё еще готового в любой момент броситься наутек, но постепенно её напряжение уходило.
— Расскажи мне о себе, — мягко попросил Дмитрий. — Как ты живешь? Учишься? Часто ли тебя обижают?
Ами отвечала между кусочками хлеба и глотками молока. Она жила с матерью, прачкой, в бедном квартале города. Пыталась учиться у местного священника, который бесплатно обучал детей бедняков. А обижали её… почти каждый день.
— Они называют меня шлюхой, — тихо сказала она, опустив глаза. — Говорят, я выгляжу слишком… зрело для своего возраста. Но мне всего четырнадцать!
Дмитрий покачал головой, чувствуя, как в нем поднимается волна негодования.
— Это совершенно не правильно, Ами. То, как ты выглядишь, не имеет значения. Ты ребенок, и никто не имеет права обижать тебя, тем более за то, что от тебя не зависит.
Эбигейл, стоявшая у дальней стены столовой, наблюдала эту сцену с нескрываемым изумлением. Она не могла поверить своим ушам и глазам. Граф Найт, известный своими порочными наклонностями, тот, кто никогда не упускал возможности домогаться даже её самой, вел себя с Ами… по-отечески?
«Что он задумал? — размышляла служанка. — Втереться в доверие к девочке, а потом добраться и до неё, и до её матери? Какая мерзость!»
После обеда Ами поблагодарила графа за гостеприимство, но сказала, что должна вернуться домой — мать будет беспокоиться.
Дмитрий понимающе кивнул, но перед уходом девочки вызвал секретаря.
— Подготовьте грамоту о покровительстве графства Лайт для Ами и её матери, — распорядился он. — И принесите мешочек золота.