Веня Хранитель Знаний – Иномирец. Том I: Королевство Одри (страница 1)
Веня Хранитель Знаний
Иномирец. Том I: Королевство Одри
Покуда ты смотришь в бездну, ты невольно моргнешь, и тогда, мой дорогой друг… Тебя. Поглотит. Тьма.
ГЛАВА I: Да низвергнется Гиена Огненная
Андрей сидел на кухонном стуле, сжимая в руке мятый лист бумаги. Официальный бланк больницы покрылся разводами от слез, но черные буквы, складывающиеся в безжалостный диагноз, не размылись. Их невозможно было стереть, как и тот факт, что его Елены больше нет.
“Скончалась в 04:37… сердечная недостаточность… все возможные меры реанимации…”
Смерть, с которой он сталкивался практически каждый день на работе, вдруг стала невыносимо личной. Тяжелее этой боли он не испытывал даже когда три года назад сомалийский террорист вспорол ему живот самодельным тесаком. Тот шрам – двадцать три сантиметра рваной ткани – до сих пор змеился по его телу. Но сейчас Андрей чувствовал, как что-то разрывает его изнутри, оставляя рану, которую не зашить.
– Лена… – голос сорвался в хрип.
Он поднялся так резко, что стул отлетел к стене. Внутри поднималась волна такой яростной боли, что тело отказывалось её сдерживать. Кулак врезался в экран телевизора. Стекло брызнуло осколками, один из них рассек костяшки. Боль была почти приятной – что-то реальное, что-то, что можно почувствовать кроме пустоты.
Компьютер полетел на пол. Ноутбук, на котором Елена смотрела свои любимые сериалы, когда не могла встать с кровати, с хрустом сломался под ударом. Вокруг оседала пыль и пластиковые обломки, когда взгляд Андрея упал на подоконник.
Маленькие зелёные создания с острыми иголками стояли ровным строем в глиняных горшках. Эхинопсис, который расцвел в прошлом месяце. Опунция, привезенная из командировки в Мексику. Астрофитум, за которым Лена ухаживала даже в последние месяцы, когда руки её дрожали от слабости.
“Это твои маленькие солдатики, Андрюш,”– говорила она, бережно опрыскивая коллекцию из пульверизатора. —“Такие же колючие снаружи и такие же нежные внутри.”
Он медленно опустился на колени перед подоконником. На белом кафеле теперь виднелись красные следы от его окровавленных рук.
Телефон завибрировал в кармане, мелодия звонка казалась кощунственно жизнерадостной. Имя начальника отдела мигало на экране.
– Калаш, у нас ЧП, – без предисловий начал полковник Семёнов. – Торговый центр “Меридиан”, захват заложников. Восемь вооружённых, предположительно кавказцы. Требуют выкуп и свободный проход. Ты нам нужен.
Андрей не ответил. Что-то щелкнуло в его голове, словно переключатель. Стало удивительно спокойно, словно он смотрел на происходящее со стороны.
– Калаш? Ты там?
– Буду через двадцать минут, – голос звучал ровно, почти безжизненно.
Он поднялся и посмотрел на себя в зеркало. Опухшие от слёз глаза, щетина, волосы торчат во все стороны, футболка в крови. Словно автомат, он прошёл в ванную, умылся ледяной водой, забинтовал руку аптечным бинтом. Переоделся в чистое.
Перед выходом бросил последний взгляд на фотографию в рамке. Елена смеётся, за её спиной – кактусовая оранжерея ботанического сада, где они познакомились десять лет назад.
– Без тебя незачем, – прошептал он, закрывая за собой дверь.
“Меридиан” был оцеплен по периметру. Полиция, спецназ, снайперы на соседних крышах, переговорщики с мегафонами. Типичная картина, которую Андрей видел десятки раз.
– Калаш, наконец-то! – Олег Васильевич, его непосредственный начальник, кинулся к нему. – У нас тут полный… Эй, ты в порядке?
– Докладывайте, – отрезал Андрей, направляясь к оперативному штабу.
– Восемь террористов, около шестидесяти заложников, в основном на третьем этаже в фудкорте. Мы пытаемся договориться, но они настроены агрессивно. Огневые точки здесь и здесь, – он указал на схему здания. – Они обещали убивать по одному заложнику каждый час, если не получат деньги.
Андрей молча взял бронежилет и начал экипироваться.
– У нас есть план? – спросил он, проверяя обойму пистолета.
– Ждем приказа сверху. Пока работаем на деэскалацию.
Андрей усмехнулся так горько, что Олег непроизвольно отступил.
– Деэскалация. Конечно.
Он взял штурмовую винтовку со стойки.
– Эй, постой! Ты что задумал? – забеспокоился Олег. – У нас нет санкции на штурм!
– А у меня нет времени ждать, пока ваши начальники открутят задницы от кресел, – процедил Андрей, направляясь к боковому входу торгового центра.
– Калаш! Остановись! – заорал молодой лейтенант Игорь, преграждая ему путь. – Это самоубийство!
У Андрея дрогнул уголок рта:
– В этом-то и смысл, малыш.
И прежде чем ошарашенный Игорь успел среагировать, кулак Андрея врезался ему в челюсть. Парень рухнул как подкошенный.
– Простите, лейтенант, – тихо сказал Андрей бессознательному телу. – Но вам еще жить и жить.
Внутри торгового центра стояла жуткая тишина. Брошенные сумки, перевернутые столики кафе, детская коляска у эскалатора. Андрей двигался бесшумно, как хищник, прислушиваясь к каждому шороху.
Первого террориста он застал врасплох у служебного лифта. Выстрел в голову, без звука – глушитель работал отлично. Второй даже не успел поднять оружие – нож Андрея вошел точно между ребер, задевая сердце.
Он не чувствовал ничего, кроме холодной решимости. В голове билась одна мысль: быстрее к Елене.
На лестнице между вторым и третьим этажом его наконец заметили. Автоматная очередь выбила крошку из мраморных ступеней. Острая боль пронзила левое плечо – пуля прошла навылет.
Андрей даже не поморщился. Развернулся и выпустил короткую очередь. Еще один враг упал.
К пятому террористу он уже подошел весь залитый кровью – и своей, и чужой. Две пули сидели в теле: одна в плече, вторая в боку. Но каким-то чудом жизненно важные органы оставались нетронутыми.
– Аллаху акбар! – закричал бородач, целясь в него.
– Бог тебе не поможет, – спокойно ответил Андрей и выстрелил первым.
Шестой и седьмой погибли в перестрелке у фудкорта. Андрея зацепило еще раз – пуля прошила бедро. Он хромал, оставляя кровавые следы, но продолжал идти.
Заложники смотрели на него огромными от страха глазами, когда он жестом приказал им уходить:
– Вниз и налево! Быстро!
Последнего террориста, главаря, он нашел на панорамном балконе. Патроны закончились еще на подходе. Но это не имело значения.
Они сошлись в рукопашной. Нож против ножа. Тренированное тело против умирающего, но с железной волей.
Андрей получил еще два удара – в плечо и бок. Но когда террорист замахнулся для смертельного удара, он перехватил его руку и одним плавным движением перерезал ему горло его же ножом. Кровь хлынула фонтаном, забрызгивая и без того мокрую от крови рубашку Андрея.
Шатаясь, он вышел на открытый балкон десятого этажа. Воздух после затхлости торгового центра казался сладким, как нектар. Машины внизу выглядели игрушечными. Где-то кричали люди, завывали сирены.
Андрей прислонился к перилам и трясущимися руками достал помятую пачку сигарет. Зажигалка щелкнула с третьей попытки. Дым наполнил измученные легкие.
– Я иду к тебе, Леночка, – прошептал он, глядя в ясное голубое небо. – Надеюсь, ты в раю… И, может быть, там тоже растут кактусы.
В глазах потемнело. Ноги подкосились, и он почувствовал, как тело перевалилось через перила. Падение показалось бесконечным, но боли от удара о крышу припаркованного автомобиля он уже не почувствовал.
Последней мыслью было удивление, что тьма вокруг него почему-то отливает не черным, а изумрудно-зеленым. Словно он падал в море кактусовых игл.
Андрей открыл глаза. Пространство вокруг него казалось невозможным – он одновременно чувствовал себя везде и нигде. Вокруг был свет, всепроникающий, беспредельный, необъятный. Удивительно, но этот свет не обжигал, не слепил, не принадлежал ничему знакомому. Он просто был – как истина, как сущность всего.
«Если это чистилище, то мне недолго тут задерживаться», – подумал Андрей с горькой усмешкой.
Дорога в ад казалась очевидной. Стольких убил. Столько крови на руках. Да, были разговоры с отцом Николаем, приходским священником, которому он иногда исповедовался:
«Бог простит, если покаешься во грехе, сын мой. Признаешь ошибки свои перед лицом Его».
Но Андрей никогда не считал свою работу ошибкой. Террористы, убийцы, фанатики – на войне убивают. А он давно уже был на войне, пусть и невидимой большинству мирных граждан. И на этой войне он медленно, но верно терял человечность. Каждая операция забирала кусочек души, пока от неё почти ничего не осталось. Только Лена… только она удерживала его от той черты, за которой уже не человек.
И тут он заметил движение. Между мраморными колоннами, уходящими в бесконечность, мелькнул силуэт. Женский, до боли знакомый.
– Лена? – хрипло выдавил Андрей.
Он бросился вперед, с каждым шагом все отчетливее видя её – хрупкую фигуру, мягкие движения, каштановые волосы, собранные в небрежный пучок. Елена медленно шла по направлению к еще более яркому свету, который как будто распахивал перед ней объятия.
– ЛЕНА! – закричал Андрей, пытаясь бежать быстрее.