Василий Шарлаимов – Дуэль с кроликом. Книга Первая (страница 13)

– Да ты что, сдурел, слякотный лиходей! – отплёвываясь и отфыркиваясь, по-русски проквакал я. – Ты почто, душегубец, великого боярина замочил?! То есть, я хотел сказать, светлейшего графа Олешкинского!

Я вытащил из кармана носовой платок и принялся усердно промокать моё личико, шею и залитую затхлою жидкостью грудь.

– Я тебя замочил?! – возроптал великан, обиженный моей чёрствой чёрной неблагодарностью. – Да я же как раз наоборот – воскресил тебя из мёртвых! Причём по настойчивой просьбе нашей гостеприимной хозяйки!

А поскольку «реаниматор-водонос» возмущался по-португальски, то смуглянка тут же вступилась за услужливого Водолея, а, если быть точнее, за услужливого медведя:

– Василий! И действительно, на Вашем лице было такое ужасающее выражение, будто Вы отошли в Мир иной!

– Я Вас вовсе не осуждаю, Моника, – успокоил я девушку, выкручивая мой носовой платок. – Вы ещё недостаточно хорошо знакомы с моими индивидуальными особенностями. Но он-то отлично осведомлён, что значит подобное глубокомысленое и высокоинтеллектуальное выражение на моём лике! А это обозначает, что я, пронзив пространство и время, заглядываю или в Прошлое, или же в Будущее!

– Да разве удержишь в голове все твои сверхъестественные таланты и способности, – мрачно повинился пристыженный богатырь. Однако тон, которым было высказано это публичное покаяние, мне не очень-то и пришелся по вкусу. Очевидно, и адвокатесса уловила скрытую иронию в словах лукавого исполина. Её глаза превратились в щёлочки, и она с неприкрытым недоверием поинтересовалась у меня:

– И что же Вы, Василий, так пристально высматривали в Будущем?

– Вообще-то, я заглядывал в Прошлое, во времена Андре Мартинша, – стараясь не терять хладнокровия, выложил я итоги моих ментальных изысканий. – И мне удалось выяснить, что у свевского властителя было двенадцать отпрысков-погодок, причём все поголовно мужского пола.

На этот раз я попал в самую точку. И изумлению потрясённой Моники не было ни границы, ни предела.

– Теперь я уверена, сеньор Василий, что Вы действительно обладаете уникальными, феноменальными возможностями! – пламенем нескрываемого восторга вспыхнули очи смуглянки. – Конечно, Вы могли додуматься, что у Андре было двенадцать детей! Но то что все они являлись мальчиками-погодками мог знать только читавший «Хронику рода Куэлью»! А Вы этого никак не могли, так как летопись существует в единственном экземпляре и хранится в бронированном, несгораемом сейфе в поместье мэтра Жуау!

Адвокатесса вскочила с кресла, вытащила из ящика письменного стола салфетки и, подбежав ко мне, принялась заботливо промокать моё истерзанное бурными водами тело. От ласкового касания её рук, волна безудержной эйфории захлестнула всё моё чувственное мужское естество. И я был на седьмом небе от невыразимого счастья, ощущая холящие и голубящие прикосновение волоокой красавицы.

– Ну об этом и без всякой летописи или хроники не трудно было бы догадаться, – прогундосил знакомый, насмешливы голос, добавляя в чашу моего упоения как минимум три ложки зловонного дёгтя. – О плодовитости Андре и Аделины, а также их многочисленных потомков, наглядно свидетельствует широчайшее распространение фамилии Куэлью в Португалии и Бразилии. В процентном отношении Куэлью там столько же, как в России Зайцевых, а в Украине Зайченко. Да возьмите хотя бы португальскую Ассамблею и правительство. Да там же каждый десятый – Кролик!

– Быть может, в некоторой степени Вы и правы, дорогой сеньор Степан, – снова переключила внимание на гиганта моя заботливая хлопотунья. – Хотя в роду Куэлью и применялось право майората, но не всегда земельные владения наследовал старший сын. Как Андре, так и его потомки давали своим детям прекрасное по тем временам образование. Обычно их сыновья учились в Куимбрском университете и становились священниками, юристами или медиками. Когда юноши достигали совершеннолетия и завершали образование, родители выделяли им солидные денежные средства на обустройство их самостоятельной жизни. А эти финансовые субсидии по тем временам считались весьма и весьма щедрыми. И посему зачастую старшие сыновья отказывались от наследственных прав и, получив субсидию, оседали в оживлённых крупных городах, где жизнь была куда интересней, чем в захолустной приграничной долине. Да и нередко главные наследники гибли в многочисленных войнах и далёких заморских походах. В те времена чаще всего Пикавальские владения наследовал второй или третий сын. А когда началась эпоха Великих географических открытий, то многочисленные потомки Андре разъехались по всем континентам нашей планеты. С теми деньгами, что им выдавали родители, они отлично обживались и процветали и в Бразилии, и в Африке, и в Индии, и в Индонезии, и в Китае, и даже в Японии. А в более поздние времена младшие Куэлью зачастую обосновывались в Южной Африке, Соединенных Штатах, Канаде, Австралии и Новой Зеландии. Последние же поколения предпочитали более развитые страны Европы. Девушки нечасто рождались в роде Андре Мартинша. Однако, взрослея, они довольно удачно выходили замуж, получая очень даже богатое денежное приданое. Подозреваю, что Андре истратил на оборону от кастильцев лишь малую толику тех несметных сокровищ, которые накопили его предки. Меня нисколько не удивит, если в Пикавальских горах где-то существует хранилище драгоценностей, наподобие тайной пещеры свевского Аладдина.

– А доктор Жуау поддерживает отношение с другими отпрысками древа Куэлью? – задал Степан наводящий вопрос. Хотя, как мне лично почудилось, в данный момент он размышлял вовсе об ином.

И куда только подевалась сонливость и заторможенность моего компаньона? Утвердительно кивая головой, он заглядывал в рот Монике так внимательно, будто в мыслях разбирал каждое её слово по слогам, а заодно и пересчитывал её белоснежные зубки. Гигант с такой непритворной заинтересованностью вслушивался в повествования рассказчицы, словно ему сейчас выбалтывали местоположение и пароли к золотоносной пещере сорока свевских разбойников.

– Каждый год, в августе месяце, метр устраивает в своём поместье нечто вроде съезда потомков Андре Мартинша, – продолжала вещать не подозревающая подвоха адвокатесса. – Мне посчастливилось в прошлом году присутствовать на одном из таких сборищ. Каких только Кроликов я там не увидела! Это были и белокурые альбиносы из северных просторов, и личности, напоминающие суровых индейских вождей, и желтокожие Кролики с характерными раскосыми глазами. Были так же и рослые африканцы, рядом с которыми я могла бы Вам показаться истинной Снежной королевой. Но все они считали себя доподлинными потомками Андре Мартинша Куэлью да Пика ду Кумулу.

И тут я не только понял, но и физически ощутил, почему Степан так заворожено внимал Монике. Он с затаённой ревностью старался отвлечь её внимание от меня к своей не заслуживающей доверья порядочной девы персоне. И, похоже, что эта проделка матёрого обольстителя ему уже почти что полностью удалась. Позабыв о своём верном почитателе, то бишь обо мне, волоокая смуглянка целиком сосредоточилась на гипнотизирующем её своим колдовским взором белокуром исполине. И чтобы остаться «в кадре», мне нужно было что-то экстренно предпринять.

– Ай-ай-ай!!! – болезненно вскрикнул я.

– Ой! Что сучилось?! – будто очнувшись от наваждения, поинтересовалась моя оплошавшая заботница. Всё это время она мягко протирала салфеткой мою шею и грудь, однако делала это теперь чисто автоматически.

– Кажется, у меня на том месте, где Вы сейчас вытираете, то ли ссадина, то ли царапина, – морщась от боли, простонал я.

Девушка тщательно осмотрела мою шею и недоумённо пожала плечами:

– Нет-нет, здесь никаких ранок или кровоподтёков не заметно. Ну разве что какое-то покраснение, похожее на раздражение кожи.

– Конечно, – нервно подумал я. – Если всё время тереть в одном и том же самом месте, то и салфеткой можно дыромаху невзначай протереть.

– Какая жалость, что я не знаю, как по-португальски «чесотка», – услышал я голос моего статного доброжелателя.

Так как сказано это было по-русски, то Моника вопросительно взглянула на великана, а затем на меня. Я нежно улыбнулся ей и ласково промурлыкал:

– Он сказал, что ваши чувственные ручки, несомненно, обладают удивительными исцеляющими свойствами. И если Вы и дальше будете заботиться обо мне в том же духе, то запросто излечите все мои травмы, недомогания и расстройства.

Адвокатесса не смогла скрыть удовольствие, озарившее её личико, и, немного замешкавшись, деловито оповестила:

– Ваше лицо и шея, Василий, уже полностью высохли, а вот рубашка спереди промокла насквозь, почти что до нитки. Давайте, сходим в туалетную комнату и высушим её моим феном.

Смуглянка встала, взяла меня под руку и заботливо повела в коридор, к той самой двери, которую она предусмотрительно оставила приоткрытой.

– Я с вами! – резко возгласил Степан, вскакивая на ноги. – Вам, несомненно, может понадобиться моя неотложная помощь.

– Твоя помощь понадобиться непосредственно здесь, – указал я кивком в угол кабинета на останки некогда пышного букета хризантем. – Маленькая уборочка тут и действительно не помешает. Тем более, что этот бедлам и кавардак в кабинете нашей радушной хозяйки устроил именно ты, мой суматошливый друг.