Василий Седой – Кровь не вода 3 (страница 36)

Я минуту подумал и махнул рукой.

— Этих можете продавать, нет сил и желания с ними носиться, а на обмен мы потом ещё добудем, — попытался я пошутить и, оказалось, как в воду глядел.

Почти неделю мы жили спокойно, потом перехватили купеческий обоз и всё-таки сплавили пленных степняков, неплохо при этом заработав.

Только вздохнули с облегчением, как через день примчался один из наших патрулей с вестью, что вверх по реке идёт сильный отряд степняков.

Я только и подумал, когда это услышал:

«Им что, здесь мёдом намазано?»

Глава 16

Когда пришла весть об идущих вверх по реке татарам, я как раз отправлял с местными хуторянами очередную партию лошадей численностью в сотню голов на одно из полей, принадлежащих местным.

Прокормить все поголовье в одном месте не представлялось возможным, вот мы и старались рассредоточить их по как можно большей территории.

Повезло, удалось договориться с местными, чтобы они не только растащили лошадей по разным полям и полянам, пригодным для временного пребывания, но и занялись охраной табунов.

Понятно, что не бесплатно понятно, но и недорого нам обошлась их помощь. Договорились на своеобразный обмен. С них работа, с нас взамен десяток лошадок. В итоге, всем выгодно и хорошо.

Сейчас я как раз отправлял последнюю партию.

Даже своих заводных тоже перегнали на другое, если его так можно назвать, пастбище.

На хуторе осталась сотня лошадок, больше здесь не прокормить.

Услышав новости о татарах, я, признаться, растерялся.

Мы ещё не оправились после прошлого столкновения, а тут опять напасть подвалила.

Самое поганое в этой ситуации то, что отсидеться нам не получится. Слишком уж мы здесь наследили, а снегопада не было уже довольно давно. Вот и получается, что нас обнаружат, собственно, как и наши табуны, вообще без проблем. А лишиться нажитого непосильным трудом — последнее дело.

В общем, пару минут я пребывал в ступоре, лихорадочно размышляя, что можно сделать, а потом начал действовать.

Как бы там в дальнейшем все не сложилось, а раненых и припасы нужно спрятать и сохранить при любом раскладе.

Поэтому я первым делом придержал отправку табуна и по-быстрому собрал соратников, чтобы совместно решить, что будем делать в сложившихся обстоятельствах.

Не успели все собраться, как Степан спросил, улыбаясь:

— Что, Семен, придумал уже как будем бить поганых?

«Фига себе вопросы», — подумал я про себя и ответил вопросом на вопрос:

— Думаешь не получится отсидеться или договориться?

Степан с удивлением на меня посмотрел и произнес:

— О чем ты? Даже если татары не в набеге и торопятся, они не станут оставлять у себя за спиной отряд, подобный нашему. Вдруг их впереди встретят, а мы в спину ударим? Был бы снегопад, который скроет следы, шанс пропустить их без боя был бы. А так по-любому придётся биться.

Вроде бы ничего нового он не сказал. Да я и сам так думал, а пока он говорил, мне в голову пришла интересная идея.

— Скажи, Степан, как поведут себя степняки, если мы полусотней столкнемся с ними на реке и станем убегать по тропе в лес, к хутору?

— Известная хитрость. — С улыбкой произнес Степан и добавил: — Погоню организуют, конечно, но гнать будут с осторожностью, чтобы не угодить в ловушку.

— Хорошо, по-другому вопрос задам. Сможем мы заманить их сюда, к хутору?

— Так мы же сами в ловушку попадём, — с недоумением произнес Степан, секунду подумал, просветлел лицом и уточнил:

— Запереть их здесь хочешь, как ногаев, и лишить лошадей?

Дождавшись от меня подтверждающего кивка, он задумчиво произнес:

— Возможно получится, если их вести сюда полусотней. Плохо, что в засаду на выходе с поля посадим совсем мало казаков. Можем и не удержать их здесь.

— А если тем, кто сядет в засаду, собрать все огнестрельное оружие, чтобы они могли стрелять без перезарядки много раз?

— Если ещё и деревья подрубить заранее, чтобы потом быстро перегородить тропу, то может и получиться. Но полусотне все равно нужно будет очень быстро добраться до засеки, иначе татары, не глядя ни на что, все равно будут пытаться вырваться. И у них может получиться, если помощь не придёт быстро.

Степан говорил, как бы размышляя вслух, и я поневоле подстроился под его манеру речи, тоже начав размышлять вслух:

— Полусотня, заманив татар в ловушку, бросит здесь коней и уйдёт к реке. Там она, сделав петлю, быстро вернётся к засеке. Возле реки должны быть спрятаны лошади. Тогда они через какие-то минуты смогут прийти на помощь.

Довольно долго мы ещё обсуждали все детали задуманной авантюры. Благо, было достаточно времени на то, чтобы посовещаться и подготовиться. Татарам, чтобы добраться до нас, нужно ещё, как минимум, сутки.

Сразу после совещания, несмотря на запас времени, мы начали подготовку к будущему противостоянию. Первым делом занялись эвакуацией раненых, которых перенесли в лесное укрытие хуторян.

Пока готовились и ждали супостата, я искренне молил всех известных богов сразу, чтобы они наслали какой-нибудь снегопад, а лучше и вовсе метель.

Просто с прибытием остатков нашего дозора стало известно количество идущих татар. Их было две полные сотни.

Кстати сказать, это шли вовсе даже не татары, ногаи, только какие-то другие. Они сильно отличались от тех, которых мы побили.

Этот отряд шел с обозом и охранял десяток тяжело груженых саней. Это и напрягало, потому что не ходят степняки с обозом, зачастую обходятся вьюками. А тут такой казус.

Странно все, непонятно, оттого меня и одолевали мысли, чтобы это могло значить.

Как бы там ни было, а к моменту подхода незваных гостей мы успели подготовиться на все сто процентов. Не только спрятали взятую ранее добычу, припасы и лишних лошадей, но и распределили кто и чем будет заниматься во время противостояния.

Конечно, нам этот бой, в принципе, не нужен. Я с огромным удовольствием пропустил бы этих степняков и даже не смотрел бы в их сторону. Только вариантов избежать боя не было. Дело в том, что этот отряд степняков шел по всем правилам военной науки, то бишь с дозорами, охранением и разведкой всех маломальских подозрительных мест.

Говоря проще, они, заметив натоптанные тропы, отходящие о реки, или человеческие следы обязательно отправляли по ним, как минимум, десяток воинов для проверки местности. Боялись, похоже, засады. Вот и сторожились.

Далеко и надолго эти десятки от основного отряда не отдалялись. Но в нашем случае это не имеет особого значения, потому что нас они как раз в любом случае обнаружат и не станут игнорировать.

Была мысль уйти по тропе подальше от реки и таким образом избежать боя. Но тогда рисовалась другая беда. Всех наших лошадей мы при всем желании увести не сможем, а терять их я был не готов. Опять же, раненых далеко везти тоже не получится, можно растрясти и погубить, что, понятно, я позволить себе не мог. И так сильно переживал, когда их носили в убежище местных, подальше в лес. Но одно дело аккуратно перенести, а другое — везти на лошадях. Разница несравнимая.

На самом деле, все вышесказанное — это только предположения. И возможно, если бы мы ушли, все обошлось бы благополучно. Может быть, степняки не стали бы искать раненых, идя по свежим следам, и трогать чужих лошадей при их обнаружении. Но, как я уже говорил, рисковать своими людьми и имуществом я не готов. Поэтому, бою быть несмотря на то, что мы снова будем драться в меньшинстве.

Дожидаться, пока ногаи подойдут к началу нашей тропы, мы не стали, и этому были сразу несколько причин. Глупо было бы рассчитывать на то, что они всем скопом кинутся в погоню за напавшей на них полусотней казаков. Соответственно, подпускать обоз совсем уж близко нельзя, чтобы оставшиеся на его охране воины не перехватили казаков, которые, заманив преследователей в ловушку, вернутся к реке.

Весь расчет был на то, что обоз встанет после того, как часть его охраны уйдёт в погоню, дожидаясь её результата. Это позволит нам осуществить задуманное. В противном случае все может усложниться до невозможности.

На самом деле, ещё мы обыграли вариант, когда обоз продолжит движение. Тогда части от нашей полусотни придётся вставать заслоном на тропе на то время, пока мы не уничтожим попавших в ловушку. Но это самый плохой вариант, не сулящий нам ничего хорошего.

Казалось, что мы предусмотрели все возможные сценарии развития событий. Но оказалось, что это не так. Не зря же говорят, что все планы работают только до начала войны, а дальше, как Бог на душу положит.

Поначалу все шло просто замечательно.

Полусотня казаков под руководством Степана недалеко от нашего месторасположения на одной из излучин реки тихо, используя одни только луки, уничтожила ногайский дозор и смогла очень результативно обстрелять из засады основной отряд. Степнякам, не ожидавшим нападения, нанесли немалый урон.

Дальше, как и было задумано, состоялась погоня ногаев за напавшими на них казаками. Преследовать нашу полусотню кинулась большая часть степняков, это нам было на руку.

С ловушкой тоже все срослось замечательно, и к бывшему хутору удалось заманить сто тридцать ногаев. Я точно смог их посчитать, когда они проносились мимо меня. Да, захлопнуть ловушку должен был именно я вместе с двадцатью пятью оставшимися казаками из числа тех, кто хорошо обращается с огнестрельным оружием. Пятеро из них были легко ранены в прошлом бою.