Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 2. Computerra 1997-2008 (страница 162)
Заболит у человека голова - каково будет идти с мигренью в поликлинику, выстаивать три часа в очереди и вместо привычного пенталгина получить рецепт на простенький парацетамол?
Но вдруг парацетамол тоже можно превратить в какую-нибудь дрянь? Если не парацетамол, то другой или третий препарат. Пятновыводитель. Клей. Удобрение. Фрукты. Рыбу. Кисель. Да что угодно.
Нет никаких сомнений, что бороться с немедицинским употреблением наркотических препаратов необходимо. Нет никаких сомнений, что сегодня эта борьба малоэффективна.
Что делать? Чётко, громко и прилюдно назвать причину роста численности наркозависимых граждан. Объяснить, почему в тысяча девятьсот восьмидесятом году их было на сельский район двое, а теперь двести. Запрещать же кодтерпин, не трогая причину, – всё равно, что отмахиваться от пуль мухобойкою, а пулемётчика щадить. Не сомневайтесь, пуля дырочку найдёт. Оставить людей без седала легко. Подозреваю, что принимающие решение способны в минуту не то что седал заполучить, а и самый отборный героин, кокаин или ЛСД. Что пожелают, то им на блюдечке и принесут. Ладно, пусть, не жалко, но вот улучшится ли жизнь России без пенталгина?
Оборот наркотических средств по мере сил контролируют. Карают и стращают тех, кто на виду и не обладает определённым статусом. Как наказывали ветеринаров за кетамин. Оно и просто, и наглядно, но масса наркопотребителей продолжает расти. Достигнет ли она критического значения, после чего наркохиросима и наркочернобыль явятся уже в каждом уезде?
С другой стороны, ну поболит голова у одних, ну будут кашлять другие, зато наркопотребители вместо кодеина начнут модифицировать что-нибудь другое, уже из магазина бытовой химии. Или вернутся к традиционным наркопоставщикам.
Глубокой ночью думаешь, что последнее и есть цель всей антикодеиновой затеи.
Чтение по требованию{265}
Любопытная штука – print on demand. Сколько нужно книг, столько и печатают. Одну, две, шестнадцать. Можно создать воистину оригинальную коллекцию: ни у кого нет, у меня есть. Эксклюзивная полка литературы в библиотеке дома, который построит Джек. Если овладеть навыками переплётных работ, раз и навсегда отпадает проблема подарков.
Уровень повыше – письмо по требованию. Вы хотите знать, что было дальше? Как протекали события в промежутке между "Томом Сойером" и "Гекльберри Финном"? Как сложилась дальнейшая судьба Петра Петровича Гарина после того, как его и Зою Монроз с необитаемого острова сняла круизная яхта "Штандарт", принадлежащая миллиардеру – другу советской державы? Или же вас беспокоит судьба Ихтиандра? Чего проще: нанимаете писателя - он и старается, отрабатывает задаток. Ещё и вашу фамилию поставит автором. За самые смешные деньги можно получить эксклюзивную книгу, при этом с окончательным расчётом не зазорно и повременить. Распечатать по требованию, переплести и поставить на полку в доме, который построил Джек.
Но высший пилотаж – это чтение по требованию. Требовать будет хозяин. Что толку в уникальной библиотеке, если её никто не читает? А так - назвать гостей, пообещав фуршет и всё к нему причитающееся, и устроить коллективное чтение собственного (или какбысобственного – в одно слово) произведения в доме, который построил Джек. Транслятором чтения, понятно, будет артист, а читателями пассивными, сиречь слушателями – гости. Милосерднее читать стихи: достаточно пятнадцати-двадцати минут, чтобы привести слушателей в состояние "грогги", после чего они искренне или полуискренне будут говорить об открывшихся им глубинах.
Если у хозяина положение высокое и прочное, фуршет для всех читателей необязателен. Помню, в студенчестве вместо следующих по расписанию семинарских занятий мы, питомцы Воронежского медицинского института, дружно изучали "Малую землю" незабвенного нашего генерального секретаря Леонида Ильича Брежнева. Ладно бы одни мы – вся страна манкировала прямыми обязанностями! А уж без штудирования трудов Владимира Ульянова-Ленина невозможно было представить студенческую жизнь в принципе, независимо от выбранной специальности. Вот уж где чтение по требованию явило себя в полный рост!
Причём чтение толкуется расширительно: под чтением следует понимать и прослушивание радиопередач определённого толка, и просмотр передач телевизионных, тоже особого толка, и даже походы в кино, где перед просмотром фильма особого толка не зрителя кормят дармовым бутербродом, напротив, зритель пополняет казну страны – и прекрасно пополняет, советский кинопрокат был своего рода мельницей Сампо. Хочешь "Джентльменов удачи", а перед сеансом десятиминутные "Новости дня" с визитами, объятиями и поцелуями.
Однако сейчас это ответственное, а для укрепления устоев государства и необходимое дело – чтение по требованию – находится в небрежении. Читают кто во что горазд (опять же чтение беру в широком смысле). Да и после Брежнева ни один кремлёвский квартирант не издал ничего, обязательного к конспектированию. Утрачена культура Великой Книги. "Капитал", "Материализм и эмпириокритицизм", "Марксизм и вопросы языкознания", наконец, "Малая земля" – и всё. Горбачёв с Ельциным ещё баловались художественным словом, но без "чтения по требованию" влияния на окружающих плоды их трудов оказать не могли, а с фуршетами как-то не складывалось. То есть фуршеты были, но ходили на них "разнообразные не те", которые ели-пили, но за спиной авторов говорили гадости.
Вот и растёт поколение безо всякого идеологического стержня. Попытки привнести этот стержень внелитературным путём покамест заметных и даже незаметных успехов не принесли. Ну, попоют, погуляют новоселигерские мальчики и девочки, порой кое-что и нагуляют, но на идеологию нагулянное никак не тянет.
Умные тексты массы встречают неохотно. Взять да хоть тот же "Манифест коммунистической партии". Одна лишь первая глава, если доверять статистике текстового редактора, требует уровня образования не менее тринадцати с половиной, то есть практически читательская аудитория – серьёзный выпускник серьёзного ВУЗа. Это вам не на берегу озера вдохновляться пивом. "Материализм и эмпириокритицизм" немножко полегче (9.9), но всё равно запросто не пойдёт. Сталинский труд "Марксизм и вопросы языкознания" требует читателя с образованием одиннадцать плюс.
Доклад Хрущёва на двадцатом съезде КПСС тянет по шкале образования опять на одиннадцать с плюсом (кто писал этот доклад, не столь важно).
Самотёком подобные тексты в массы не двинутся. Нужны мощные насосы, бетонирование дна и берегов, чтобы в песок не ушло, и каждодневные усилия обеих сторон – народа и власти.
Давали указания явить национальную идею попроще, чтобы уровень образования требовался не выше четырёх, лучше трёх классов, а благозвучие с лёгкостью чтения и вовсе к ста подкатывали. Но не получается. Если у человека есть выбор, он будет смотреть хоть лекарей-чудотворцев, хоть сплетни домохозяек, хоть футбол, но на съезд партии власти переключаться не станет, покуда небо над всей Россией безоблачное и гром не грянул.
Лишить выбора, отрубить все каналы? Не дадут. Не народный гнев стоит на страже свободы прессы, радио и телевидения, а рекламодатели с деньгами.
Потому любите рекламу – мать нашей свободы!
Вот разве кто додумается включить вопросы по программе партии в ЕГЭ. Тут уж действительно – чтение по требованию.
Но – не в этом году. Её ещё нужно написать – программу партии. А кому писать? Писать-то кому?
Наркоград (утопия){266}
Не хочется из собственного, часто напряжённого бюджета выделять гигантские средства на зелье для наркоманов? Это я понимаю. Не понимаю, почему гигантские и почему вообще нужно что-то выделять. Сами заработают, была бы работа. Даже самая простенькая, на один-два часа в день - двор подмести, утиль собрать, газон выполоть. Опиаты, как и подавляющее большинство других наркотиков, в принципе очень дешёвая вещь. Замена хлеба голодному. На хлеб у него, голодного, денег нет, потому и курит траву, жуёт лист коки или пьёт перебродивший сок лесных ягод.
Упаковка из десяти ампул раствора морфина гидрохлорида в семидесятые годы при покупке в аптеке стоила сорок копеек, промедола (тримеперидина) - семнадцать копеек. То есть стоимость одной ампулы четыре копейки и две копейки соответственно. И торговали не в убыток. Уж пятачок-то заработать не трудно, если за пятачком стоит доза.
Дорогими наркотики становятся потому, что с ними идёт непримиримая война. Участников войны много, каждый хочет пить, есть и жить согласно существующим стандартам достоинства: "Бентли! Ведь я этого достоин!" По сведениям из открытых источников, соответствующие службы перехватывают десять, много - пятнадцать процентов объёма наркопоставок. Этого явно недостаточно, чтобы хоть сколько-нибудь снизить наркопотребление на местах: просто из мест производства наркотики будут посылать (и посылают) с учётом предполагаемых потерь. Но факта борьбы с наркотиками достаточно для того, чтобы гарантировать каждому участнику наркобизнеса сверхприбыли. В цену включены платы за место, риск, страх, коррупционный налог, да мало ли за что...