Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 1. Computerra 1997-2008 (страница 80)
Когда-то я баловался радиолюбительством, собирал приемнички по схемам. Оговаривалось, что параметры конденсаторов, резисторов, катушек индуктивности и прочей начинки могут отклоняться от указанных на двадцать процентов. На удивление, работало. Порой.
В повседневной речи мы подбираем слова с той же погрешностью - и это в лучшем случае. А чаще суем то, что на языке вертится, с пылу, с жару, все равно, мол, поймут. И понимают, потому что мысли у нас жеванные-пережеванные, у всех из одной лавочки. Совсем недавно экс-премьер казался непревзойденным кудесником словесных нелепостей, но вчера по радио услышал я другого чиновника: «По этому вопросу мы приняли около трех решений». Он что, до трех толком считать не умеет? Умеет. Умеет и до миллионов. Но вот больше двух стратегических планов в голове уживается плохо, тесно им, оттого и «около».
Язык - великий обличитель. Как ни ври, тайны не скроешь, само слово несет в себе правду. Скажешь о человеке «недалекий», подразумевая, что он глуповат, а получается, характеризуешь себя, любимого. Недалекий-то от кого?
Бунин негодовал над горьковской фразой «Море смеялось» и доказывал, отчего это неправильно. Возможно, и зря. Море России Бунина, действительно, смеяться не могло, но море России Горького - и смеяться, и хихикать, и плясать гопака - что велят, то и сделает. Времена-с!
Тургенев, говоря о великом, могучем русском языке, поражался необычайной силою его. Коли народ сумел создать богатейший язык, значит, с целью, языка достойной, считал он. Лебезить перед начальством, ругаться и ныть - для того совершенно ни к чему десятки тысяч понятий. Избыточность, бархат на портянки. Все равно что в чипе микроволновой печи обнаружить программу полета на Плутон и обратно, с попутной высадкою десанта на каждую планету. Случись подобное - иначе станешь смотреть и на микроволновку, и на завод, ее выпустивший.
Где ж та цель?
Удручает - вдруг она в прошлом? Быть может, мы - обанкротившиеся потомки, и из осколков Великого Наследства выбираем то, чем хватает ума попользоваться: сочинить песенку по Ксюшу, станок с тройным лезвием и волшебный шампунь против перхоти.
Реформы русского языка, уже проведенные и только намечаемые, направлены на одно - на упрощение. Значит ли это, что средний человек просто не в состоянии усвоить требования не гимназии - какое! - а восьмилетки шестидесятых годов? Прощее и прощее, как сказала бы Алиса. Можно и дальше пойти - составить список рекомендуемых к употреблению слов, тысячи на полторы, никто и не заметит нехватки. Остальные слова, с пометкой «устар.», оставить чудакам, которым погрешность в двадцать процентов кажется чудовищной и которые часами (хотя и в фоновом режиме) перемалывают предложение так, чтобы единственное нужное слово встало на единственное годное место.
Хотелось бы мне игру сделать. «Изгнание из Рая, или Антицивилизация». Поначалу человек знает все, от космических полетов и проникновения в n-мерный мир до секретов бессмертия. Но время, орды варваров и внутривидовая борьба отнимают сначала одно, потом другое, пока не останутся - будем милосердны - Собирательство, Охота и Огонь.
Хромая поступь прогресса{271}
Рассуждения об отсутствии прогресса и закате цивилизации - отчасти лукавство. Так дети пугают себя Тем, Кто Сидит В Шкафу, и Подкроватным Ногоцапом. Хочется ужаснуться, почувствовать ледяной ветерок в груди - зато потом привычный, поднадоевший уют становится слаще вдвойне.
Прогресс превращает чудо в обыденность - в том главное его свойство. Всеобщая компьютеризация наступит тогда, когда компьютер поставят в сельмаге между швейной и стиральной машинами, а тетя Маня с дядей Ваней будут выбирать модель исходя из собственных представлений о красоте - «в цвет паласа».
Так случилось с радиоприемниками, вот-вот случится с телевизорами (когда сто герц станут стандартом). Дяде Ване просто неинтересно, что у телевизора внутри. Принес домой, подключил антенный кабель - всё. Сиди, смотри да пыль время от времени вытирай. Ушли в прошлое ящики с дюжинами рукояток («частота строк», «частота кадров», «размер по вертикали», «линейность по вертикали» и т. д. и т. п.), крутить которые мог только Глава Семьи, раскрыв Инструкцию, подстелив резиновый коврик и пообещав соразмерную жертву домовым, ларам или гремлинам. Кто послабее духом, вызывал на дом Мастера - «настроить телевизор», но и заветная поллитра доставалась ему, а не домовому. Домовой - душа щедрая, только понюхает, а Мастер - с собою унесет. Вот и крутили ручки, покупали стабилизаторы и трансформаторы напряжения, мастерили диковинные антенны, наливали интересные растворы в линзы «Русский Щит» (или как там они в ту пору назывались), чтобы потом вместе с соседями восторгаться игрой нашей хоккейной сборной или грустить, глядючи на сборную футбольную.
А соседи, воротясь с погляделок, думали - купить им этакую замечательную штуку или повременить, уж больно хлопотно ухаживать. Но ручек с каждым годом становилось все меньше, линза вообще пропала, и теперь если в доме телевизора нет, значит, хозяин либо старомодный чудак, либо притворяется.
Современному компьютеру до современного телевизора - как месячному щенку до матерого кобеля. Щенок (теленок, цыпленок, чухренок) растет буквально на глазах, кажется, что к трем годам он превзойдет слона, к четырем - кита, а к пяти - годзиллу. Где ж ему будку-то ставить? Но к году угомонится.
Взрослую, воспитанную и обученную собаку взял бы каждый, а щенка… Беспокойство большое, а мы люди занятые. Телевизор и тот смотреть сил не хватает, хорошо, добрые люди «лентяйку» придумали, лежишь на диване, с канала на канал прыгаешь, пытаясь отыскать кого-нибудь по душе, да пусто, все ушли за пивом.
Плюнуть и тоже пойти? Зима, холодно, неохота.
Лучше помечтать: и выходить на мороз не нужно, и картинка лучше, чем в телевизоре. Простор мечтам необычайный. На какую букву мечтать сегодня? Весь алфавит мой, от А до Я. В Японии роботы-кошки появились, и роботы-собаки. Не гадят, есть не просят, блох не бывает, всегда можно выключить, если не в настроении. Хотя начинать следовало, конечно, с электроовцы. Американцы купят. У них если дом, то непременно с лужайкою, а лужайка без овцы нехороша. Обычные, белковые овечки и ящуром болеют, и прионной инфекцией, опять же гадят, а электроовца, знай, щиплет себе травку вместо газонокосилки - прагматично, эстетично, экологично. Заодно дом посторожить может, почту из ящика принести, да мало ли дел овце в хозяйстве по плечу? Россия, пожалуй, до электроовец не доросла. Маловато в нашем городе домов с лужайками. А в деревне люди трезвые - в переносном, разумеется, смысле, им если овца, так чтобы шерсть и мясо, и ягнят еще подай, от коровы непременно молоко, кошки должны ловить мышей, а собаки чтоб кусались, кусались! Экие бестии! Никакой возвышенности. Нет, японцам свой зверинец селянину не втюхать. Градуса нужного в их товаре мало. Сакэ, сакэ… Сельский самогон синем племенем горит, а что сакэ? И суси… С гнильцой кушанье, пробовали-с, знаем. Правильно Собакевич насчет заморских яств говорил. Хотя насчет чего другого… Телевизоры, автомобили, экскаваторы. Почему японцы в космос не рвутся? Денег в казне японской полно, а что-то не торопятся. Не понимают, что престиж того требует. Помню, прежде частушку пели:
«Восток» свое отлетал. Теперь «Союз» да «Прогресс». Как там последний, причалил, нет? По телевизору как-то глухо об этом говорят. Газету из моего ящика некто любознательный уже вытащил. Электрокозел японский?
Остается сходить в Сеть.
Задаю поиск: «Прогресс, Стыковка, МКС». В ответ предлагается пролистать 1842 страницы. По счастью, в разделе «Новости» попадаю на свеженькое. Космонавтам придется выйти в открытый космос, отрегулировать стыковочные узлы. Как знакомо!
Прогресс - это прекрасно. Позавчера на столе стояли «трешки», вчера «четверки», ныне загигагерцные «Пентиумы», завтра… Правда, порой накатывает грусть. Каждые два года покупать новый компьютер? Дело даже не в деньгах, просто человек к своей собаке привык. Свыкся с нею, она ему радуется, он ей. Знаете заветную мечту хозяина собаки? Чтобы жила она бодро шестьдесят лет и умерла с хозяином в один день.
2002
Пропавшая грамота{272}
Вениамин Каверин. «Два капитана»
Много радостей, коими богат был век девятнадцатый и отчасти двадцатый, впору вносить в Красную Книгу: охоту с борзыми, ужение стерляди в дачном поселке Радчино, игру на рояле в минуты душевного смятения, наконец, прогулку босиком по траве без риска наступить на бутылочное стекло. А каким событием прежде было получение письма! Распечатать конверт, извлечь листки, исписанные то милым знакомым почерком, а то и совершенно чужим, прочитать, перечитать заново, вдумчиво, а затем засесть за ответ - обстоятельный, остроумный, душевный…
Существовали специальные пособия для начинающих, письмовники - как писать письма официальные, полуофициальные и приватные; но многие полагались на авось и, начиная выводить затейливые буковки в обращении, не знали, чем кончат. Перо повиновалось не сколько разуму, сколько сердечному порыву. Выходило премило. Иногда. Написал, запечатал, отослал - в Париж, в Санкт-Петербург, в Ясную Поляну - и жди ответа.