Василий Никитенков – ПУНКТ НАЗНАЧЕНИЯ (страница 3)
– Вы понимаете, что произошло? – спросил мужчина.
Никто не ответил.
– Вы все вышли по собственной инициативе?
Артём сделал шаг вперёд.
– Я сказал им выйти.
Мужчина посмотрел на него долго.
– Почему именно вы?
Артём открыл рот – и вдруг понял, что не знает ответа.
Где-то глубоко под станцией снова что-то рухнуло. Эхо прокатилось по тоннелю, напоминая: катастрофа не закончилась – она просто остановилась на паузе.
Артём поднял взгляд и впервые отчётливо подумал:
<ГЛАВА 3. ПЕРВАЯ ЦЕПЬ>
Их отпустили под утро.
Не сразу – после протоколов, повторяющихся вопросов, осмотров и бесконечных «присядьте здесь». Временный пункт помощи опустел, свет стал холоднее, голоса – тише. Катастрофа отступала в бумаги и отчёты, оставляя на людях лишь след – как запах дыма, который держится в волосах, даже когда огонь давно погас.
– Вы можете идти, – сказал мужчина в штатском. – Мы свяжемся.
Слова прозвучали так, будто они были уверены, что «связаться» ещё придётся.
Артём вышел на улицу и впервые за ночь почувствовал воздух. Он был резким, сыроватым, слишком настоящим. Город жил своей жизнью – редкие машины, окна с тёплым светом, дворник, толкающий тележку. Ничто не говорило о том, что под землёй только что умерли люди.
– Как тебя зовут? – спросил он у парня с телефоном.
– Илья, – ответил тот. – Миронов.
Илья выглядел моложе, чем показался в вагоне. Теперь, без улыбки, с потухшим взглядом, он был просто испуганным мальчишкой.
– Ты где живёшь? – спросила Лера.
– Недалеко. Хостел. Я… я думал стримить дорогу, – он осёкся. – Глупо.
– Сейчас ничего не делай, – сказал Артём. – Просто доедь и ложись спать.
Илья кивнул, но взгляд его метнулся в сторону, туда, где стоял автомат с кофе. Пластиковый стаканчик уже наполнялся тёмной жидкостью.
– Я возьму, – сказал он. – Руки трясутся.
Артём хотел остановить его. Сам не зная почему – просто ощущение, тонкое, как заноза.
– Илья, подожди.
– Да всё нормально, – отмахнулся тот.
Он подошёл к автомату, вставил карту. Машина загудела, мигнул индикатор. Илья наклонился, чтобы взять стакан.
В этот момент где-то над входом хлопнула дверь.
Громко. Резко.
Поток людей из ночного клуба, расположенного этажом выше, вывалился на лестницу. Кто-то споткнулся, толкнул другого. Кто-то рассмеялся. Кто-то уронил бутылку.
Стекло разлетелось.
Илья дёрнулся от звука. Локтем задел автомат.
Машина качнулась.
– Осторожно! – крикнул Артём.
Поздно.
Автомат накренился и, будто решив довести движение до конца, сорвался с креплений. Тяжёлый корпус рухнул вперёд. Илья попытался отскочить, поскользнулся на разлитом кофе.
Удар был коротким.
Глухим.
Когда автомат остановился, стало тихо.
Лера вскрикнула.
Артём подбежал первым. Он уже знал, что увидит, но всё равно надеялся ошибиться. Тело Ильи лежало под металлическим корпусом, неестественно вывернутая нога торчала в сторону. Глаза были открыты.
Телефон, выпавший из кармана, лежал рядом. Экран горел.
Видео шло.
– Нет… – прошептала Лера.
Люди вокруг закричали, кто-то побежал за охраной. Артём смотрел на Илью и чувствовал, как внутри поднимается холодная, липкая уверенность.
Полиция приехала быстро. Скорая – тоже. Всё происходило почти так же, как на платформе, только без огня и тоннеля.
– Несчастный случай, – сказал фельдшер, закрывая тело.
Артём сжал кулаки.
– Нет, – сказал он.
– Что – нет? – устало спросил полицейский.
– Он должен был умереть в поезде.
Повисла пауза.
– Вы сейчас серьёзно? – полицейский посмотрел на него с тем же выражением, что и ночью.
– Я видел его там, – сказал Артём. – В видении. Он снимал. Он был дальше от выхода.
Лера медленно кивнула.
– Илья сидел за мной, – сказала она. – Если бы мы не вышли…
Полицейский вздохнул.
– Вам всем нужен отдых.
Но Артём уже не слушал.
Он вспомнил вагон. Места. Порядок.
– Кто был следующим? – спросил он вслух.
Лера посмотрела на него широко раскрытыми глазами.