Василий Лушин – Экзо (страница 6)

– Знаешь, мне не хотелось бы, чтобы ты уходил… Мы отличная команда!

– Ха!

Я никогда не придавал большого значения работе своего помощника, но мне было приятно слышать эти слова.

– Хочешь виски? – предложил я.

– Давай.

– Отлично! Сейчас принесу.

Я встал и пошел на кухню.

– Патрик?

– Да, – крикнул я с кухни, пытаясь отыскать второй стакан.

– А правда, что ты их всех послал?

– Смотря, что ты имеешь в виду, – я вернулся и передал ему стакан. – Если открыто, то нет. Мысленно – так каждый день!

– И тебе не страшно?

Он положил ногу на ногу и облокотился о спинку неудобного гостевого кресла.

– Что?

– Что тебя уволят.

– Нет. Это нестрашно.

– Ммм… – ему нечего было добавить.

– Это совсем не страшно. Как и многое другое. Наверное, единственное, что я боюсь, – я сделал небольшой глоток и поморщился от горьковатого привкуса, – так это смерти. Не знаю, почему я так цепляюсь за эту пустую по сути жизнь. Она давно не приносит мне удовольствие. И я не приношу никому пользы. Но я ей дорожу. Хотя, в чем ее ценность, я не знаю.

– Ее ценность в том, что она одна.

– Наверное, ты прав.

Пол начинал мне нравиться все больше и больше.

– А тебе самому не надоело работать в офисе? – неожиданно для себя самого спросил я. – Знаешь, иногда я специально захожу в отделы аналитики и статистики, чтобы потормошить сидящих там сонных змей. Хоть какое-то развлечение! А то было бы ужасно скучно. Особенно когда нет работы.

– Да-да! И не говори, – он внимательно разглядывал стоящие в шкафу печатные книги с разноцветными кожаными обложками – пережиток прошлого, доставшийся мне по наследству. – А так… я бы хотел уехать загород, осесть в одном из фермерских кластеров и варить сыр.

– Варить сыр?!

Я рассмеялся.

– Да, а что?

– Вот откуда у тебя такое пристрастие к грибкам! Ладно, шучу. Почему ты не бросишь все и не поедешь туда? Продадите квартиру, вам хватит на небольшое хозяйство.

– Нууу… Это как-то… – Пол растерялся. Видимо, он часто думал о своей мечте, но ни разу о ее реализации. – Как-то… Непрестижно, что ли… Плюс ручной труд. Он убивает.

– Убивает офис, пыль в нем и дрязги с начальством. А насчет непрестижно… даже комментировать не хочу.

– Значит, я еще не готов на серьезные перемены. Значит, не пришло время.

– Да, да, ты прав! Сегодня ты чертовски прав.

– А почему ты ничего не поменяешь? Тебе тоже не нравится офис. Сам говоришь, скучно. У тебя совершенно пропал блеск в глазах. Так и веет безразличием ко всему.

А, правда, почему?

– Скоро поменяю. Мартин хочет запихнуть меня в космическую экспедицию.

Брови на лице Пола арками поползли вверх.

– Ты серьезно?!

– Серьезнее некуда. И что еще хуже – я согласился. Так что, наверное, это мой последний отпуск. За хороший отпуск! – я поднял стакан, поднес его к губам и опустошил до дна.

Пол проигнорировал мой тост.

– Тогда тебе лучше хорошо отдохнуть… Можем быть, даже куда-нибудь съездить? Посмотреть достопримечательности, красоты Земли? Тебе, наверное, будет их там не хватать.

– И опять ты прав! Хорошая идея…

***

Проход между ячейками был настолько узок, что в нем едва могли разойтись два пассажира. Я шел полубоком, плотно прижимая локти, чтобы не задеть оргстеклянных стенок, покрытых густыми мыльными разводами. Видя состояние пластиковой мебели и уровень «чистоты», я пожалел, что не выбрал бизнес-класс. Здесь, помимо отсутствия уюта как такого, в глаза бросались неухоженность и запущенность общественного места. Все было обветшалым и требующем уборки или вовсе замены.

Наконец я нашел нужную ячейку в середине вагона и зашел внутрь. В моем распоряжении было четыре квадратных метра. Почти все пространство занимало кресло коричневого цвета. Я потрогал его рукой. Не шаталось. И на том спасибо.

Я с облегчением плюхнулся в кресло, убрал в специальный отсек экран и выпрямил ноги. Мне предстояла трехчасовая поездка, в течение которой я надеялся выспаться и отдохнуть от навалившихся за последнее время забот. За окном начинало светать. Мне было приятно наблюдать за открывающимся видом в предвкушении нового, пусть небольшого, но путешествия и ни о чем не думать.

Поезд тронулся.

Дверцы кабины бесшумно закрылись. Сверху из скрытых ниш плавно опустились три поцарапанных монитора. Первым включился центральный. Воспроизводящийся ролик не мог не привлечь мое внимание: он изобиловал красивыми девушками и глупыми клишированными сценами. Я насчитал не менее десяти слабо связанных между собой сюжетных линий, которые чередовались так быстро, что мозг уловил лишь действия двух героинь: блондинку с белоснежной улыбкой, рекламирующую зубную пасту для восстановленных зубов, и шатенку, которая подпрыгивала и соблазнительно крутила в руке помадой для губ. Спустя несколько минут включились соседние мониторы. На левом брюнетка в махровом полотенце и с мокрыми волосами проводила гигиеническую процедуру. На правом шла прямая трансляция Недели моды: мужчины с суровыми лицами выходили по одному на подиум, демонстрируя цветастые жакеты и жилеты.

Я перевел сидение в максимально горизонтальное положение, желая, как можно дальше отодвинуться от экранов. Однако масштаб изображений автоматически увеличился, и картинки продолжили маячить у меня перед глазами.

В это время по коридору бесшумно курсировал робот-официант.

Я не стал пользоваться встроенной в подлокотник кнопкой, чтобы обратить на себя его внимание, и просто постучал по оргстеклу. Машина повернула грузную квадратную голову. Две точки цифровых безрасовых глаз увеличились, и на коммуникативном дисплее появилось крупным шрифтом: «Чем могу помочь?». Сам же робот громко и членораздельно произнес:

– Вы говорите на едином языке?

– Нужна повязка для глаз, – сказал я не церемонясь.

Секундная пауза. И отрицательный кивок пластиковой головой.

– Нет в наличии. Желаете снеки?

Я отказался, и робот продолжил запрограммированный путь.

В окне чередовались улицы города. Справа сквозь прозрачные стенки были видны сидящие по соседству люди. На перегородках красовалась яркая символика компании-перевозчика. Навязчивые картинки агрессивной рекламы сильно раздражали. Я закрыл глаза и еще какое-то время наблюдал частое мельтешение медиа-брызг на темно-красных веках, пока не начал засыпать. Но уснуть мне так и не посчастливилось. В правом кармане нервно завибрировал гаджет.

– Слушаю.

– Здравствуйте, – прозвучал знакомый мягкий женский голос, но уже лишенный прежних сладостных ноток. – Патрик?

– Добрый день, Клара.

– Мне… Меня… Просил…

Она выдохнула и заново начала озвучивать свою мысль:

– Господин Райли просил передать… – секундная пауза, – что по возвращении из отпуска вам придется написать заявление об увольнении по собственному желанию в связи с…

Я перебил ее:

– Передай господину Райли, чтобы он шел…

Поезд на суперскорости вошел в подземный туннель, и связь оборвалась. Думаю, она догадалась, что я имел в виду!

Реклама на мониторах к этому времени сменилась. Теперь это были медицинские услуги, нижнее белье и курсы по саморазвитию.