Василий Головачёв – Ведьмина поляна – 3 (страница 12)

– Тьфу на тебя, – ругнулся молодой человек, когда между деревьями мелькнула оскаленная морда какого-то динозавра. Ящер был из серого камня. Очередной забытый артефакт древней цивилизации, и ничего более.

Отряд прошел десять-пятнадцать шагов, когда из кустов выглянула другая статуя, точная копия первой. Ее голова была расколота, а бока и спину покрывали пятна лишайника. Заметив, что деревья как будто расступились, Макс остановился и поковырял землю каблуком. Под тонким слоем дерна обнаружилась каменная плита.

– Дорога, – сказал он и покосился на кота. – Эй, Рыжий. На всякий случай напоминаю, что мы ищем Ведьмину поляну и Черный столб, а не очередную дурацкую пирамиду.

– Одно не исключает другое, – пожала плечами Любава. – Ящеры могли проложить дорогу к Черному столбу. Или даже построить вокруг него свою «дурацкую пирамиду».

Макс, привыкший, что порталы прячутся в непролазных дебрях, был вынужден согласиться. К тому же он не помнил случая, чтобы котодлака подвело чутье на аномальные зоны.

Отряд прошел еще немного. Дорога стала шире; теперь справа и слева, подобно торжественному караулу, ее охраняли трехметровые статуи, установленные через равные интервалы. Они изображали не велоцирапторов, а каких-то фантастических тварей, похожих на пузатых, коротконогих драконов. Это напоминало египетскую аллею сфинксов, с той лишь разницей, что фоном здесь служила буйная зелень, а не пропеченные солнцем пески. И если допустить, что все разумные существа (и покрытые перьями, и нет) мыслили одинаково, то эта дорога вела к заброшенному храму.

Аллея драконов, ровная как древко копья, тянулась дальше. Нависавшие над ней ветви «пальм» и «магнолий» закрывали обзор, однако Макс разглядел впереди множество каменных столбов, указующих в небо.

Совершая марш-бросок через джунгли, друзья более-менее привыкли к подозрительным звукам, долетавшим из зарослей. Но низкий трескучий рев, внезапно огласивший окрестности, заставил их остановиться и замереть.

– Лучше нам уйти с дороги, – сказал Максим. Возражений ни у кого не возникло, и отряд вернулся под сень экзотических деревьев.

Котодлак продолжил вести притихших людей вперед. С каждым пройденным метром молодой человек все отчетливее слышал грубые голоса велоцирапторов и чей-то басовитый рев. Звучало это так, словно простуженный лев рычал в пустую металлическую цистерну. Чем ближе становились столбы, тем медленнее крался Рыжий. Шерсть на его загривке и спине встала дыбом, хвост стал похож на ершик для мытья бутылок.

– Что, дальше не хочешь идти? – спросил Максим, когда котодлак остановился. Его сотрясала мелкая нервная дрожь.

– Зверррь, – совсем по-человечески произнес Рыжий. – Сожрррет.

– Подавится, – мрачно пробормотал Жаров. – Оставайтесь тут, а я схожу на разведку.

Любава не стала спорить, лишь неохотно кивнула.

До каменных столбов оставалось метров тридцать. Растения и статуи служили надежным укрытием, но это не спасло бы увальня, впервые оказавшегося на вражеской территории. Служа пограничником в Хлумани, попаданец освоил техники маскировки и скрытного передвижения (которые, к слову, практически не отличались от приемов, которыми пользовались бойцы спецназа). Сейчас, по колено в траве, Макс поднимал ноги выше обычного и ставил их на землю с носка на ступню. Живобой он снял с предохранителя и держал наготове, как обычный автомат.

Вот и последняя статуя, а за ней – идеально круглая, вымощенная гранитными плитами поляна, размером с половину футбольного поля. Жаров притаился за спиной каменного дракона. По периметру поляну обступили толстые серые колонны. Навскидку их здесь насчитывалось около полусотни. Примерно треть колонн время пощадило, другие же рухнули, превратившись в груду замшелых обломков. А в центре поляны возвышался до боли знакомый Черный столб.

– Вот же черти, опередили, – процедил Максим, разглядывая пеструю компанию, собравшуюся на Ведьминой поляне.

Это, вне всякого сомнения, был отряд, ранее посланный на поиски пришельцев. Ящеры-солдаты, вооруженные луками, копьями, кистенями и дубинками, держались ближе к джунглям, на почтительном расстоянии от Черного столба. Не иначе считали его священным. Тем временем их командир совещался с тремя жрецами-шаманами, которых не составляло труда узнать по костяным побрякушкам и длинным кривым посохам. А чуть дальше, по ту сторону Черного столба, переминался с одной гигантской ноги на другую тираннозавр.

Крупная голова, полная острых клыков пасть, маленькие когтистые лапки, массивный хвост – все как в книгах и фильмах про ископаемых рептилий. Макс бы не удивился, предстань перед ним очередной зубастый попугай. Однако самый опасный хищник мелового периода оказался голым, как земные вараны. Его тело покрывали серо-зеленые чешуйки разного размера. А еще грубые рубцы. Не один-два, не десяток, а сотни ужасающих шрамов. Похоже, этот хищник побывал во многих битвах, но каждый раз каким-то чудом выживал.

Ти-рекс рыкнул, широко раззявив внушительную пасть, и нетерпеливо ударил о землю многотонным хвостом. Даже на таком расстоянии Жаров ощутил, как вздрогнула почва. «Могли бы надеть на эту тварь ошейник или намордник!» – подумал он, невольно удивляясь смелости велоцирапторов.

Тем временем один из шаманов отделился от группы, обогнул Черный столб и приблизился к ти-рексу. Вместо того чтобы сожрать мелкого ящера вместе с посохом, тираннозавр согнул ноги, вытянул хвост и распластался на плитах. Маленькие, скрытые костистыми надбровными дугами глазки смотрели не моргая. Шаман положил руки на чешуйчатую башку монстра и замер. Спустя несколько секунд зеленый камень на конце посоха вспыхнул зеленым. И точно так же полыхнули глаза ти-рекса.

«Это не чудеса дрессуры! – понял Жаров. – Шаман держит его под ментальным контролем!»

Тираннозавр, неуклюже переваливаясь с боку на бок, поднялся на ноги. При этом его глаза все так же полыхали зеленым. Шаманы и военачальник, щеголявший Живобоем, недолго посовещались, после чего весь отряд направился к тропе, видневшейся меж двух колонн. Вскоре на Ведьминой поляне остался лишь ти-рекс. Он принялся нарезать круги, неторопливо вышагивая вдоль колонн, фыркая и глухо порыкивая. При этом он заметно припадал на правую лапу. Многочисленные боевые шрамы, хромота – Максим вдруг осознал, что это очень старое существо. Решив, что увидел достаточно, он поспешил к своим.

– Это называется бойся своих желаний, – сказал Жаров, когда из кустов навстречу ему шагнула супруга. – Там здоровенный тираннозавр! И он охраняет Черный столб.

– А остальные ящеры? – спросила Любава.

– Они-то его и привели. Похоже, ти-рекс у них под контролем. Шаманы управляются с ним как с цирковым пуделем.

– Цирковой пудель – это тоже какой-то монстр из твоего мира? – девушка округлила глаза. – Он страшный?

– Нет, не страшный. А вот цирковых клоунов многие боятся, – сказал Макс, и прежде, чем жена начала выяснять, кто же такие клоуны и что в них такого страшного, произнес: – Так вот. Отряд ящеров опередил нас, что, в общем-то, неудивительно. Они тут знают все тайные тропы, а мы ломились напрямую через джунгли.

Котодлак недовольно мяукнул. Во взгляде, которым он наградил хозяина, читалось: «В другой раз сам поведешь, раз такой умный!»

– Прости, Рыжий, к тебе никаких претензий. – Жаров изобразил примирительный жест, выставив перед собой раскрытые ладони. – Проблема в том, что трехглазые знают, как работает Черный столб, и понимают, что мы попытаемся улизнуть через портал. А поймать нас – это теперь для них дело чести.

– Дело чести? Они первые напали! – возмутилась Любава.

– Посмотри на это с их точки зрения. Мы для них – пришельцы, чужаки. Угроза, которую следует устранить.

– Кто еще здесь угроза, – проворчала девушка, явно не желавшая ставить себя на место агрессивных рептилий.

– Ну мы-то с тобой живы-здоровы, – молодой человек развел руками, – а два рептилоидских воина убиты. А еще я проник в деревню и прикончил их шамана. Не говоря уже о том, что присвоил Живобой. Такое они нам точно не простят.

– Ладно, понимающий мой, и какой у нас план действий?

– Рептилоиды уверены, что ти-рекс не подпустит нас к Черному столбу. И что теперь можно спокойно прочесывать джунгли.

– Умно, – поморщилась Любава.

– Не особо. Они забыли про это, – Макс похлопал по Живобою. – Жалко допотопную зверушку, но что поделать. Ти-рексу не повезло встать между нами и домом.

– Тогда давай сделаем это! – решительным тоном произнесла Любава.

Отряд подошел к Ведьминой поляне и спрятался за каменным драконом. Тираннозавр продолжал ходить вокруг Черного столба, зыркая по сторонам зелеными глазами-фонариками.

– Страшный, – сказала Любава. – Настоящий клоун!

Макс предпочел никак не комментировать подобное сравнение. Вместо этого он вышел из-за укрытия и вскинул Живобой. Ти-рекс в этот момент находился на другой стороне поляны, но заметив человека, резко развернулся. Его хвост прочертил размашистую дугу, кончиком пересчитав ближайшие колонны.

– Прошу прощения, ничего личного, – пробормотал молодой человек, нажимая на курок.

Раздался свист, и кристалл на «дуле» Живобоя озарил поляну зеленой вспышкой. Цель была, прямо скажем, немаленькая – метров пятнадцать в длину и около пяти в высоту. А с учетом, что импульс Живобоя достигал в ширину полуметра, промахнуться было просто нереально. Максим выстрелил чудищу в грудь, между маленьких лапок. Плоть вскипела и почернела, словно на нее плеснули концентрированной кислотой, обнажились ребра. Многочисленные шрамы, покрывавшие грубую шкуру динозавра, заставили Макса почувствовать с ним некоторое родство. Они оба были воинами, оба прошли множество битв и выжили. Он надеялся, что, умирая, бедная тварь ничего не почувствует.