Василий Головачёв – Ведьмина поляна – 2 (страница 35)

Расположились в горнице.

– Чаю? – спросила раскрасневшаяся девочка.

– Не откажусь, – согласился Корнелий.

– И я, – добавила Зоана, расстёгивая колет.

– Тогда и мне чаю, – сказал Сан Саныч.

Приятели промолчали.

Верика снова занялась приготовлением, и Александр напомнил ей шутя:

– В познавар не опоздаешь?

– Неа, – махнула она рукой, – могу вообще сегодня не ходить, я на два туса наперёд материал знаю.

– Туса?

– Ну, это что мы учим.

– А, тема?

Взмахнув подолом сарафана так, что стали видны стройные, совсем не тонкие девчоночьи ноги, Верика убежала, а Сан Саныч на несколько секунд впал в ступор, с испугом спрашивая себя, не сошёл ли он с ума? К счастью, его состояние никто не заметил, даже остроглазый Семененко, и военком с облегчением вздохнул. Хотя мысль – что, если остаться в Хлумани? – не ушла навсегда, а спряталась поглубже в массивы обязательств, ответственностей перед начальством дома и размышлений о своей несвободной жизни.

Верика принесла чай, те же пряники, уселись вокруг стола. Сама девочка снова подсела к коту, не стесняясь перед гостями и улыбаясь своим мыслям. Она вообще была до невероятности улыбчивая и искренняя, что ещё больше погрузило Сан Саныча в обдумывание дальнейшего пути.

– Что собираетесь делать? – спросила Зоана, мелкими глотками поглощая горячий травяной чай. Посмотрела на Корнелия. – Переводи.

– Хотим помочь вам, да пока не знаем как, – ответил Семененко, выслушав перевод. – Оказывается, если мы проживём тут месяц, у нас там пройдёт всего день. Это решает нашу проблему возвращения.

Зоана покачала головой.

– Боюсь, вам надо срочно уходить за Грань.

– Почему?

– Мы думали, что переход вот-вот закроется, потому и держали там небольшую группу охраны. Моя вина, не воеводы, потому что нельзя рассчитывать на лучшее, правильнее – на худшее. Но стовп по-прежнему работает вопреки ожиданиям, хотя Хорос уверен – это ненадолго. Если переход закроется, вы останетесь здесь.

– Но тот же Хорос говорил, что таких порталов много.

– Не много, но они есть. К сожалению, на тепуе Роси он, наверно, остался один. Другие где-то по лесам прячутся, мы их ищем, но пока не обнаружили.

– А в болоте их нет?

– Наверняка есть, хотя опять-таки наши моряки не встретили ни одного.

– А в Еуроде?

– Подозреваем, что были, потому что автоматы у выродков появились не так давно, а производства такого уровня на Еуроде нет.

– Но они же подлодки клепают, хладоносцы, технику разную, те же мечи.

– Повторяю, уровень их производства ещё низок и до изготовления собственных ракет и автоматического оружия не дошёл. Все их автоматы – кальки земных огнестрелов времён Великой Отечественной войны. Производства Еурода могут лишь с грехом пополам копировать немецкие шмайссеры и лить пули. По-видимому, эту технологию когда-то выкрали у ваших фашистов и теперь пользуются. Наши разведчики работают там, тот же Гвидо Орловец, который вернулся и возглавил десантную сотню на тримаране, ушедшем к Клыку Дракона. Так вот по их докладам можно судить, что порталов там не осталось.

– Так это же хорошо! – воскликнул Шебутнов. – А то ещё атомную бомбу сюда привезут.

Корнелий усмехнулся.

– К счастью, Хорос утверждает, что цепные атомные реакции в мире Великотопи идут иначе, уран здесь не радиоактивен, и атомный взрыв нам не грозит.

– Повезло, хоть какое-то облегчение. Кстати, этот ваш Хорос…

– Он тоже переходец из-за Грани, российский гражданин, физик. Попал сюда раньше меня.

– Попаданец? – хохотнул Шебутнов.

Сан Саныч показал ему кулак.

– Попаданец, – кивнул старик. – Образовал научно-технический центр в Клетне, под Микоростенем. Его ученики много полезного сделали для Роси.

– Именно об этом я и хотел сказать. Огнемёт, которым пограничники сожгли медвора, – их работа?

– Их, недавно сотворили. Долго искали горючую смесь, чтобы мгновенно вспыхивала и хорошо горела.

– А «коктейли Молотова» они не изобрели?

– Коктейли?

– В Великую Отечественную наши солдаты наливали в бутылки бензин, подпаливали и бросали по танкам. Много немецких машин пожгли. Эти бутылки и назывались «коктейлями Молотова».

– Нет, такого у нас нет.

– Так поручите Хоросу сделать зажигательные снаряды, весьма неплохое средство защиты в ваших условиях. Либо пусть делают бутылки со слюной хладунов. Тоже будет прекрасным средством для остановки атакующих.

Зоана и Корнелий переглянулись.

Руководительница края что-то проговорила по-росичски.

Корнелий ответил. Выслушал ещё тираду, повернулся к гостям.

– Мать Зоана благодарит за хорошую идею. Я сегодня буду у Хороса и передам ему повеление делать, – старик фыркнул, – коктейли. Правда, бутылок стеклянных у нас нет, но мы найдём им замену. Если честно, о зажигательных гранатах мы почему-то не подумали. Да и о слюне хладунов тоже. Гранаты из них действительно могут получиться славные.

– Хорошо бы приспособить под них ваши мушкеты. Я видел у пограничников.

– Это пневматика, – отмахнулся Корнелий. – Стреляет едкопаралитиками, на небольшое расстояние, до пятидесяти метров.

– Чем стреляет?

– Шариками с пыльцой семян раффлезии, парализующих человека. Шарик начинён мелкими частичками, глазом не увидеть, но действует прекрасно.

– Так вы владеете нанотехнологиями? – пошутил Семененко.

Корнелий улыбнулся в ответ.

– К сожалению, нанитов мы не создаём, хотя и выращиваем мелочь вроде фитопланктона для лечения больных. Это такая молекулярная штука, нечто среднее между вирусом и растительной клеткой.

– Я и большие изделия видел, – сказал Сан Саныч. – Инфразвуковые короба под берегом тепуя.

– Отпугиватели, – кивнул Корнелий. – Это специально выращенные водоросли.

– Зато очень длинные.

– Вернёмся к нашим планам, – прервала диалог Зоана. – Сейчас вы сможете сравнительно легко вернуться домой. Но мир трещит и ломается, как корочка льда на поверхности лужи под ногой. Вполне может случиться, что через три-четыре десятины стовп исчезнет, и Грань закроется.

За столом стало тихо.

Мужчины обменялись взглядами, молчали. Сомнения бередили их души, и даже Александр, уже почти принявший решение остаться, вдруг задумался, ещё и ещё раз спрашивая себя, как поступить.

– Мы обсудим эту проблему, – сказал он наконец, заметив, что на лице Верики отразились её чувства: печаль и одновременно ожидание. Взгляд девочки, превратившейся в красивую девушку, сказал ему, что она не хочет его отъезда. Сердце сжалось.

– Хорошо, думайте. – Зоана встала. – Вечером соберёмся с воеводой и поговорим.

Ушла, провожаемая Верикой.

– Чо замолкли, словно язык проглотили? – буркнул Шебутнов, у которого испортилось настроение.

– Вот и говори первым, – буркнул в ответ Семененко.